Мост птиц - Хьюарт Барри - Страница 52

— Заход солнца, — решил я. — Солнце уходит, становится холодно, но свет еще остается.

— Замечательно, — воскликнул мастер Ли. — Так в своей игре дети спрашивают: «Где Принцесса Птиц?». Ван отвечает, что «если они посмотрят с дозорной башни при заходе солнца на восьмой день шестой луны, то увидят, куда хромой коробейник увел Нефритовую Жемчужину». То есть они увидят что-то, похожее на огонь, сияющий льдом, который сначала приобретет оттенок серебра, а потом золота. Через несколько минут, — сказал мастер Ли, — мы сможем проверить, верны ли наши догадки.

Я почувствовал, как краснею, и чуть не разозлился.

— Мастер Ли, мы разыскиваем Великий Корень Силы для детей Ку-Фу! Мы не ищем какую-то мелкую богиню для Императора Небес!

— Дорогой мой мальчик, неужели ты думаешь, что император этого не понимает? Подожди еще несколько минут, — успокаивающе ответил мудрец.

Солнце медленно заходило за горные вершины, а облака уже сияли лучами заката. Я не увидел ничего похожего на огонь, сияющий льдом. Свет начал меркнуть, показались еле заметные на небе звезды, но все еще ничего не происходило. Почти стемнело, сказать по правде, я уже разочаровался в версии мастера Ли.

Неожиданно заходящее солнце нырнуло в невидимый провал западной горной гряды. Ослепительный сноп света, как стрела, пронзил всю долину до самых восточных гор. Только в это время, только в этот день угол падения лучей был настолько совершенным, что маленькое круглое пятнышко, скрытое между скал, стало переливаться ледяным огнем. Оно налилось серебром, потом поблекло до тусклого золота, а затем исчезло.

Мастер Ли знаком приказал мне сесть на колени и помолиться.

— Прекрасная работа, Ван! — крикнул он. — Ты выполнил миссию, возложенную на тебя Небесным Императором. Теперь твоему духу обязательно позволят взойти к звездам. Там ты найдешь множество детей, которые захотят поиграть с тобой, а богиня Нюй Ва будет несказанно рада помощи такого стража в охране небесных пределов.

Мы выразили свое почтение, отвесили девять земных поклонов, а потом встали на ноги. Ли Као улыбнулся мне.

— Бык, ну и как ты думаешь, что же нас послали найти?

Я взглянул на него и спросил:

— Разве не то самое место, где коробейник спрятал Принцессу Птиц?

— Несомненно он унес её туда, возможно, для того, чтобы найти город, где жила Царица Женьшеня, но для поисков Нефритовой Жемчужины это совершенно бесполезно, — терпеливо объяснил мастер Ли. — Если в голове князя Цинь есть хоть капля мозгов, он отвел её к Горному Старцу. Богиню нельзя убить, но можно изменить ей внешность, поэтому Принцесса Птиц сейчас может быть дождевой каплей, спрятанной в пучине шторма, или лепестком на поле цветов, или особенной песчинкой среди миллиарда подобных ей на берегу. Нет, ты, я и Нефритовый государь теперь прикрываем друг другу спины, потому что есть только одна вещь в мире, которая может заставить князя отдать Великий Корень Силы, а также освободить Нефритовую Жемчужину. Могу поставить на кон все, что ты пожелаешь. Небесный Император предвидел сей очевидный факт: мы не получим одного, не получив другого.

Он потянулся, зевнул и почесал свою клочковатую бороду.

— Нам надо поспать. Утром мы отправимся в путь за гнусным сердцем князя Цинь, — сказал мастер Ли.

27. Озеро Мертвых

Мы тронулись в путь на рассвете, а к исходу четвертого дня достигли подножия гор и принялись карабкаться вверх, оставив лето позади себя. Зеленые деревья, благоухающие цветы и струящиеся ручейки уступили место самому угнетающему пейзажу, который я когда-либо видел.

Эту сторону гор сковал странный холод, мертвый, стылый, будто какой-то всесильный волшебник забросил на вершину чудовищный айсберг, где тот неподвижно пролежал тысячи лет, не тая. Иногда мы шли часами, не видя даже белки, не слыша даже малейшего чириканья птиц.

На третий день подъёма все признаки жизни исчезли. Мы напрасно искали хотя бы след муравья на земле или орла в небе.

Всю дорогу нас преследовал еле слышный гул падающей воды, пока, наконец, источник этого звука не открылся. Скудный на вид водопад струился по стене угловатого утеса. Когда мы взобрались на его вершину, то увидели, что это часть гигантского каменного обвала, заблокировавшего узкое устье долины много веков назад. Вдалеке с более высокой скалы падал другой водопад, а вся долина между ними превратилась в гигантское озеро. Моему взгляду предстала самая холодная, самая серая, самая непривлекательная вода во всем Китае. От неё веяло пронизывающим до самых костей злом. Ли Као присел на камень и произвел несколько быстрых вычислений.

— Бык, это озеро правильного размера, правильной формы и расположено под правильным углом, — сказал он. — Именно его мы видели, когда оно вспыхнуло сначала серебром, а потом золотом. Похоже, нам придется выяснить, что же находится на дне.

Задача была гораздо труднее, чем казалась на первый взгляд. Мы соорудили плот и доплыли до середины озера, но когда решили замерить глубину при помощи камня, привязанного к верёвке из лианы, то он ушел в воду, опустился на двадцать чжанов, но дна так и не коснулся. С практической точки зрения озеро можно было считать бездонным. Ли Као аж покраснел, опаляя воздух Шестьюдесятью Логическими Святотатствами, благодаря которым три раза подряд становился победителем на Всекитайском Соревновании по Богохульству Вольным Стилем, проводимом в Ханьчжоу. Наконец, он решил взобраться на утес с дальней стороны озера и обозреть проблему под другим углом.

Подъём был очень тяжелым и опасным. Скала состояла из сланца, перемешанного с глиной. Вершина же оказалась вообще из какой-то мягкой пористой породы. Только поток воды бежал по ложу из цельного камня. Мастер Ли на цыпочках подошел к краю утеса и посмотрел вниз на находящееся примерно в пятидесяти чжанах от нас серо-золотое озеро, тускло мерцающее в солнечных лучах.

— Потрясающе, проблема решается элементарными законами гидравлики! — воскликнул он. — Если мы не можем достичь дна, значит, нужно поднять его к нам. Но для решения этого вопроса понадобится немало крепких спин.

Пришлось совершить долгий путь, прежде чем мы добрались до деревни, жители которой наотрез отказались помогать нам, как только услышали, где будут проводиться работы. Они называли затопленную долину в горах Озером Мертвых и клялись, что там даже рыба не живет.

— Каждый год, в полночь пятого дня пятой луны, к Озеру Мертвых подъезжает призрачный караван, — поведала мне одна старуха срывающимся шепотом. — Когда-то, еще во времена моей бабки, несколько глупых мужчин решили подсмотреть за зловещим ритуалом, а потом люди нашли их со вспоротыми животами и вырванными кишками! С тех пор на пятый день пятой луны мы закрываем двери в нашей деревне и прячемся под кроватями.

Мастер Ли посмотрел на меня, и я понял, о чем он думает. Похоже, это происходило именно тогда, когда князь Цинь завершал свой поход по сбору налогов и отправлялся домой, а его путь проходил как раз мимо холодной горы и Озера Мертвых.

Убедить крестьян было нелегко, но мы предложили им больше денег, чем они могли заработать за двадцать жизней. В конце концов, мужчины взяли в руки кирки и лопаты и, дрожа от страха, последовали за нами на утес. Они работали, словно одержимые, стремясь убраться отсюда как можно быстрее. Мы начали с прокопки траншеи от берега ручья до ущелья, а потом соединили её канавами с другими впадинами, пока у нас не получилась одна длинная яма, тянувшаяся от одной стороны утеса до другой. После этого мы повалили деревья и сделали дамбу. Убедить поток двигаться в другую сторону было нелегко, но в конечном итоге вода, злобно ворча, сдвинулась со своего каменного ложа и стала утекать сквозь пористую землю на дно впадин и ущелий. Мы выдали работникам премию, и те, поблагодарив нас, подхватили ноги в руки и быстренько ретировались.

Мастер Ли и я перешли на другую сторону озера и разбили там лагерь. Оба понятия не имели, как долго это продлится, поэтому проводили время, мастеря приспособления для погружений на глубину. Неплохие баллоны для воздуха получились из пузырей диких свиней, а дыхательные трубки — из их кишок. Пришлось сделать специальные бамбуковые копья для плавания, а на поясах — особые петли для камней, придававших нам дополнительный вес при погружении. Но все произошло гораздо быстрее, чем мы думали.