Демон-император - Сертаков Виталий - Страница 17

Ван поманил Артура, указал на лестницу, начинавшуюся с пола, в противоположном конце зала. Он что-то пытался прокричать прямо в ухо, но неумолчный рев воды заглушал любые звуки. Артур понял одно – придется прыгать! Перед тем как сигануть вниз, он обернулся. В жерле тоннеля уже мелькали факелы и пучки света от фонарей.

Вода обожгла, Кузнец поджал колени, но все равно больно ударился о дно. Отфыркиваясь, вынырнул, яростно заработал ногами. Неумолимой силой его тащило к решетке, нависавшей над руслом канала. Толмач в своем мешке тоже нахлебался воды, колотил тонкими ручками. С третьей попытки Артуру удалось зацепиться за парапет. Более легкие спутники не удержались, их унесло к полукруглому своду, к самой решетке. Под аркой Луламба и Ван схватились за штыри, стали подгребать к берегу.

Кузнец убедился, что все целы, подтянулся, выглянул… и едва не получил алебардой по голове. Оказывается, их появление не прошло незамеченным. К нему со всех ног спешили четверо вооруженных мужчин, по виду – явно не инженеры. Откормленные, наглые ряхи, в кольчужных рубашках, как минимум двое – с корявыми ружьями. Артур отцепился, ушел с головой в воду. Когда достиг дна, вытащил нодати, снова всплыл, подтянулся на правой руке. Левую лапу, с полутораметровым мечом, спрятал за спиной. Во время второго «погружения» порвался ремень автомата, Артур остался без огнестрельного оружия.

Охранник радостно замахнулся, целясь по пальцам. Другой поднимал пистолет. Еще двое спешили в угол, где высунулась мокрая голова китайца. Рабочие у генератора разинули рты.

Артур хлестнул мечом снизу вверх, из самой неудобной позиции, отсек японцу ногу в колене. В левой руке вес меча почти не ощущался, но инерцией Артура развернуло и опять швырнуло в воду. Рядом чвакнула пуля.

Он позволил себя протащить еще пару метров, вынырнул у самого бортика. Второй стражник сделал глупость – слишком обогнал беглеца и свесился вниз, стоя на четвереньках, поводя стволом охотничьего карабина. Он стал оборачиваться, но слишком медленно – Артур ткнул острием снизу, прямо в грудь, и дернул на себя. Освободившись от трупа, вылез наверх, но сразу упал и покатился.

Потому что сверху, из жерла трубы, открыли огонь. Но то ли стрелки попались никудышные, то ли в сумраке не могли прицелиться. Артур прижался спиной к горячей обшивке трансформатора. К нему зигзагами уже спешил Ван.

– Луламба? Где Луламба? – проорал Кузнец.

Китаец жестами показал, что мол, все, нет больше Луламбы. Перед тем как рвануть к спасительной лестнице, Артур откачал полузадохшегося толмача и осторожно выглянул за угол. Бравые солдаты Юкихару поодиночке прыгали из верхнего тоннеля в канал, стараясь не попасть на колесо турбины. Рабочие побросали инструменты и спешили к своему вагончику. По пристани ползал охранник с отрубленной ногой.

Ван рванулся первым и тут же откатился обратно. Вдалеке, из незамеченной прежде, железной дверки, показалась еще одна группа вооруженных людей. Первым наступал пузатый детина, с тяжелым пулеметом на плече. Один плюгавый помощник на ходу подавал ему ленту, двое других прикрывали номер первый щитами. Приметив китайца, толстяк, недолго думая, нажал на курок. Кожух трансформатора затрясся от попаданий. Ван тяжело дышал, прижавшись к Артуру горячим боком.

«Идиоты, сами себя без электричества оставят!» – подумал Кузнец.

Решение пришло внезапно. Собственно, другого пути не было. Лодка! Раз есть лодка, стало быть – по реке можно куда-то доплыть! Под прикрытием ящиков и разобранных моторов Артур пополз обратно к пристани. Хватило двух секунд, чтобы нырнуть в лодку и оторвать веревку. Ван запрыгнул на ходу. Оба упали плашмя, поверх голов ударила очередь. Над ними промелькнула решетка, и сразу стало темно. Клокотала вода, тучи брызг залетали через борт, лодка носом билась о стены, ее разворачивало, крутило и опасно раскачивало. В какой-то момент вращение прекратилось, прежде чистая вода запахла тухлятиной.

Кузнец осторожно выглянул. Их наполовину затопленное суденышко уперлось в бетонный тупик. Дальше полноводный канал разделялся на несколько рукавов, каждый проток перегораживала частая металлическая сетка. Сюда прибивало груды мусора. Среди залежей органики Артур заметил человеческие останки. Свет с трудом проникал сквозь сетку; казалось, что с той стороны играет бликами целое озеро. Ван постановил лезть через крайнюю справа трубу, там сеть по углам проржавела и оторвалась. Артуру понадобилось время, чтобы расчистить проход. Выглянув, он не сразу сообразил, где же находится.

Док. Рукотворное озеро, правильной прямоугольной формы. Отвесные железные стены, и два раскоряченных крана, зависшие в небе. Над головой с тихим скрипом покачивался рыжий от ржавчины крюк. На крюке, вверх ногами, головой в воде болтался связанный человек. Человек был мертв, его череп обгладывали крабы.

Приятели проплыли до железных ворот дока. Из левой створки торчали скобы лестницы. На верхотуре свистел ветер. Артур вытащил из мешка переводчика, уложил его на просушку, сам приставил ладонь к глазам. Они выбрались из канализации на территории порта. Рядом зияли пасти еще восьми мокрых доков, в некоторых догнивали небольшие суденышки. На стапелях навсегда замерли недостроенные траулеры, в иллюминаторах вили гнезда чайки и ласточки. С крыши дока открывалась прекрасная панорама токийского залива, ее слегка портили затонувшие пароходы, сгоревшие пакгаузы и жалкие останки сотен яхт. На илистом берегу, свободном от асфальта, зеленели квадратики огородов. За огородами неожиданной веселой стеной топорщились джунгли. С другой стороны за портом мертвыми окнами наблюдали небоскребы. Над городом, как над гигантской могилой, висела звенящая тишина.

Кузнеца передернуло. До сего момента он дрался, кушал, бегал, как заведенный автомат. Именно сейчас до него дошел масштаб трагедии. Он вспомнил, как покойный Гавря морщил лоб. Рыбак понятия не имел, где находится Петербург.

– Хо! – Ван вывел из тягостной задумчивости, ткнул пальцем вниз.

За россыпью железнодорожных путей тянулись две знакомые до боли линии – красная и желтая. Беглецы находились во владениях Желтого Токио. Артур придал толмачу сидячее положение, тот дрожал от холода и пускал пузыри.

– Ты знаешь, как выбраться из города на юг?

– Это очень опасно… через порт вам не выйти… через лес идти нельзя, там падальщики… в метро нас убьют дикари.

– Тогда ты нам не нужен. Я убью тебя прямо сейчас. Просто скину вниз.

– Постой, подожди, не надо! – инвалид заслонился спичечными ручками. – Я покажу… обещай мне, что не убьешь меня. Я вам нужен. Без меня вам не пройти по землям императрицы…

– Мне нужна дорога в Йокогаму, к русской фактории.

– Зачем тебе к русским? – от удивления толмач даже перестал дрожать. – Ты умный и сильный! Юкихару тебе не простит побега, но ты можешь добиться высокого положения при дворе любого префекта. Ты можешь поступить на службу к императору… Зачем тебе к глупым варварам?

– Тебя как зовут, красавчик? – перебил Артур.

– Маса…

– Так вот, Маса. Такие уж мы русские глупые, вечно хотим домой.

12

Живые машины

Вдоль желтой линии на кольях покачивались черепа. Не все принадлежали виду хомо сапиенс. Какой-то юморист постарался, расставил колья так, что ветер непрерывно насвистывал в глазницах. Пока Ван ходил на разведку, Артур с переводчиком спрятались от ветра в кабине брошенного экскаватора.

– Это портовые разбойники, но на суше они смирные, – зашмыгал носом Маса. – Хозяева Желтого Токио ненавидят портовых. Всегда убивают, если те перейдут границу. Портовые тоже убивают всех, кого поймают…

Артур пригляделся к железным кольям вдоль путей. На некоторых болтались диски запрещающих знаков. По стене ангара змеились ряды полустершихся иероглифов.

– Что там написано?

– Знаки вкопали в годы Большой Смерти, – пояснил инвалид. – Там написано, что никто не должен искать в порту продукты и выносить их в город. Иначе он будет застрелен патрулем. Еще написано, что воздух и вода, и продукты – все ядовитое… Мой дед еще кушал консервы с кораблей, – вспомнил вдруг Маса. – Потом от них начали умирать и кушать их перестали. Но воздух там давно хороший, и воду можно пить! Вот у падальщиков в лесу лучше ничего не кушать, дерево может вырасти сквозь кожу.