Демон-император - Сертаков Виталий - Страница 18

– А красные на своей земле тоже убивают портовых? – Артур следил за колыханием высокой травы.

Где-то там полз Ван, его передвижения выдавали встревоженные птицы. Ван крался туда, где на пустоши, прямо на нейтральной полосе, паслось стадо коз.

– Нет. Хозяину Юкихару нужны живые рабы, чтобы драться с обезьянами.

– Да уж, он у вас большой гуманист… А чем заняты портовые?

Коз пасли двое мальчишек. Они устроились на рельсах и варили что-то в котелке. Артуру до помутнения рассудка хотелось жрать…

– Портовые ловят рыбу, – объяснил Маса. – Ловят все, что есть в море. Нападают на чужие корабли. Продают то, что находят в порту на больших кораблях. Драться с ними трудно. Они прогрызают любую лодку снизу. Они едят всю рыбу, а мы меняем у них только хорошую. От которой нельзя заболеть.

– Но раз вы умеете различать… отчего же среди красных столько… столько?..

Кузнец так и не засек момент, когда китаец перешел в атаку. Секунда – и оба подростка лежали ничком, а Ван уже направлялся к козам.

– Столько больных? – уловил Маса. – Потому что люди непослушные. Мой дед говорил портовым – не ловите рыбу в пресной воде, не меняйте у крестьян, ловите только рыбу из соленой воды. Людям говорят – не ешьте ничего на севере, не ешьте в метро. Они не слушают! Они слишком хотят кушать.

Ван издалека помахал рукой и принялся свежевать козу. Артур последний раз обернулся, с высоты кабины экскаватора изучая местность, затем подобрал оружие и стал спускаться вниз, по разорванной ржавой гусенице.

Очень не нравилась ему благостная тишина. И пахло нехорошо. Вроде никакого гнилья вокруг, травяные пустоши, стрелки семафоров, тусклые рельсы, но несло затхлостью…

– Значит, твой дед родом из порта?

В сморщенном личике японца что-то дрогнуло.

– Это было давно, никто не помнит. Если Юкихару узнает – он съест мои руки. Давай не будем говорить об этом.

– Погоди-ка! – Кузнец следил, как над башнями города кругами парят орлы. – Стало быть, вы не всегда воевали между собой? Вы раньше жили в мире? Скажи мне – может, все дело в вашем трупоеде Юкихару?! Может, это он мешает жителям города помириться, а?!

– Не только он, – японец снова продемонстрировал удивительную проницательность. – Всем хозяевам районов выгодно, чтобы шла война. Иначе им придется выбирать одного главного. Так рассказывал мой дед. До Большой Смерти якудза умели договориться между собой. Теперь не умеют. Теперь все враги…

– Ты говорил, что в порту стоят корабли с вакциной? – Кузнец потер переносицу. Память встрепенулась, словно облачко промелькнуло перед глазами. – Маса, зачем эта вакцина?

– Корабли стоят у дальних пирсов. Туда не плавают даже портовые. Вакцина против Большой смерти. Говорят, она опаснее, чем сама болезнь. Говорят, что химики Асахи один раз пытались взять вакцину. Все умерли. Портовые однажды нашли закрытую бочку. Они продали бочку с вакциной секте Соко Гаккай, те живут на западе, на краю Вечного пожарища. Ходили слухи, что от одной коробки вакцины Вечное пожарище отступило на сорок метров…

– Вот как? Но ведь это здорово! Значит, вакцина убивает вредоносные бактерии?

– Я не знаю, что такое бактерии. Но те портовые, кто нес на себе бочку, все умерли. Еще я знаю, с кем не хочет терять дружбы блистательный Юкихару, хозяин Красного Токио. Юкихару не хочет ссоры с подземниками, особенно с кланом Смотрителей тишины. А те пьют воду с пожарища.

– Ах вон как у вас все запутано! Вроде есть полезная вакцина, только ее нельзя вылить на пожарище, так? А что скажешь насчет этого? Отравимся, если съедим? – Артур указал на козью ногу, подвешенную над костром. Пастухов китаец на стал убивать, только разорвал на них одежду и обрывками крепко связал.

– Нельзя было трогать коз! – позеленел инвалид. – Это собственность братьев.

– Каких еще братьев?

– Разве я тебе не говорил? Желтым Токио заправляют два брата – Маро и Мико. Козы меченые, – застонал уродец. – Я вижу клеймо. Я надеялся, что мы сможем проскользнуть вдоль порта к верхней дороге. Чуть дальше начинается дорога, которая лежит на столбах, высоко над землей. Она тоже ничейная, между границей бешеного леса и мазутной пристанью. По ней можно выйти из города… Но теперь мы украли собственность Желтого Токио, теперь мы враги!

Кузнец успел расправиться с ногой и половиной лопатки, когда Ван забеспокоился. Мгновением позже Артур ощутил еле заметную дрожь рельсов. Одежда еще не полностью просохла, от нее валил пар.

– Машины, – вздрогнул толмач. – Очень быстрые. У братьев самые быстрые машины в городе. Надо бежать!

Солнце вставало в туманной дымке над рогатыми портовыми кранами. Связанный мальчишка-пастух что-то залопотал, с ненавистью рассматривая белого великана.

– Он говорит, что с ними был третий, его младший брат, он побежал за помощью. Он говорит – нас повесят за ноги над низкой водой. Потом будет прилив, и наши лица съедят рыбы… Он говорит так. Если вы их развяжете, отдадите все оружие и оставите меня, тогда они покажут, как вам сбежать.

– Господи, а ты-то им зачем?

– Они знают, кто я, – не сдержал горделивого тона японец. – Даже детям известно, что я советник и переводчик самого Юкихару.

– Ну, уж нет, – заявил Кузнец. – Я тебя не брошу!

Артур напялил непросохшие штаны, схватил оружие и рысью устремился вдоль желтой полосы. Черепа напевали тоскливую песню, в небе кружили хищные птицы. Ван сосредоточенно трусил рядом, сжимая свой дзитте.

– Тогда лучше бежать вдоль проводов, – обреченно пропыхтел Маса. – Там вода, в воду машины не пойдут… Твой друг Ван спрашивает – ты разве не можешь заколдовать людей, как ты заколдовал крыс?

Артур по-прежнему никого не видел, но все яснее ощущал чью-то голодную страсть. Послышалось тарахтение моторов. Железнодорожные пути свернули влево, доки остались позади. Теперь бывшие гладиаторы мчались по островкам асфальта, вдоль сплошной линии угрюмых серых ангаров, по широкой разбитой магистрали. В промежутках между ангарами мелькали вполне мирные огороды, на них с мотыгами работали люди. Далеко на западе замаячили столбы трехуровневой развязки, о которой говорил Маса. Столбы были густо увиты лианами, зеленая бахрома покрывала землю и близлежащие постройки. Падальщики настойчиво вгрызались во владения других банд.

– Людей заколдовать не могу, – на бегу признался Артур. – И зверей не всех могу. Обезьян не могу, у них не мозг, а железо…

Первый танк Артур заметил еще до того, как затрещал двигатель. Неуклюжая конструкция, внешне похожая на скособоченного дикообраза, пряталась в пустых бетонных аркадах. Желтые использовали раму и шасси от многоосного тягача, но сверху навалили массу лишнего металла, наверняка для устрашения противника. Танк вывалился из склада на дорогу и развернул в сторону беглецов два орудийных ствола. Сразу стало ясно, что стрелок в башне серьезно болен. Его мучнисто-белое лицо густо покрывали пятна, глаза прятались за темным щитком.

Вторая боевая машина ломилась за ними по кустам, оставляя за собой широкую просеку. Это был настоящий, легкий бронетранспортер, побитый временем, весь увешанный поверх брони связками шлангов, покрышками и прочей резиновой ерундой. Пулеметчик грозно наблюдал из самодельной сварной башни, но от тряски никак не мог прицелиться. Из люка механика до пояса высунулся парень, с ручным гранатометом на плече. Этот тоже страдал кожным заболеванием. Женщины в портовых огородах прекратили работать, все с интересом следили за развитием событий.

Из орудийной башни танка-тягача выглянул человек с замотанной тряпками физиономией и принялся визгливо выкрикивать.

– Он говорит, что нам не надо драться. Они не хотят нас убивать, – доложил Маса. – За живого демона Асахи щедро платят. Они отпустят китайца и меня, а тебя вернут колдунам, вот и все…

– А эти откуда про меня знают?

До оратора оставалось семь шагов, когда Ван дернул Кузнеца за рукав. Китаец гибко метнулся в распахнутые ворота ближайшего ангара. Японцы яростно завопили, тяжелый грузовик заревел, готовясь проломить ворота. На дороге, за бронетранспортером показался трубоукладчик, невероятный гибрид, похожий на многоногого лангуста, и почему-то с краном. На толстой цепи за танком трусила железная обезьяна незнакомой конструкции.