Безумный экстаз - Гудмэн Джо - Страница 80

— Этан, скажи правду: если бы Хьюстон и Ди не сбежали, ты приехал бы в Нью-Йорк?

Этан отвел глаза, но тут же взглянул на нее в упор, ответив с мучительной прямотой:

— Нет, не приехал бы. Самое трудное, что мне когда-либо пришлось сделать, — отпустить тебя из Денвера. Но я не могу представить, что оставлю тебя здесь.

Мишель перевела дыхание.

— Мне всегда казалось, что я полюблю человека, который не будет строить предположений насчет моих чувств, гадать, что я думаю. Я надеялась, он будет уважать меня — настолько, что позволит иметь собственное мнение, и никогда не воспользуется обстоятельствами моего рождения против меня. Я дочь не только Джей Мака, но и Мойры Деннехи. И я — это я. — Мишель указала пальцем себе в грудь, чувствуя, как на глаза выступают слезы. — Я Мэри-Мишель, Этан. Всего лишь Мэри-Мишель. И я не хочу, чтобы ты бросил меня. Я никогда не хотела расставаться с тобой.

Этан в замешательстве шагнул к ней, поднял руку, чуть не обнял ее, и снова отстранился.

— Почему бы тебе не поверить, что я люблю тебя? — умоляюще произнесла она.

— О Боже! — выдохнул Этан. Он одним шагом преодолел разделяющее их расстояние и поднял Мишель за подбородок. Его пальцы прикоснулись к ней в тихой ласке, глаза испытующе и вопросительно вглядывались в ее лицо.

Мишель положила ладонь поверх его руки, прижала его пальцы к своей раскрасневшейся щеке.

— Я люблю тебя.

Она казалась ему мучительно прекрасной теперь, с сияющими изумрудными глазами и разметавшимися волосами.

— Мне никогда не хотелось отпускать тебя. Никогда не хотелось расставаться. — Склонившись, он нежно поцеловал ее в губы. — Будь моей женой, Мишель.

Отдаленный намек на прежнюю широкую улыбку появился на ее губах.

— Да.

Беспокойная возня Хьюстона разбудила Детру. Усталая, она повернулась на бок и взглянула на Хьюстона, надеясь, что он вскоре погрузится в глубокий, менее болезненный сон. Его узкое лицо заливал неестественный румянец, капли пота выступили на лбу и над верхней губой. Детра коснулась ладонью его лба и обеспокоенно прищурилась, ощутив, как горит кожа под ее рукой.

Откинув одеяла, Ди, осмотрела рану на ноге Хьюстона. Он настоял, чтобы Ди не обращалась к врачу, а сама занялась раной. Хьюстон не хотел, чтобы врач опознал их, — пришлось бы спасаться бегством. Хьюстон был готов пойти на риск и даже потерять ногу, лишь бы не провести остаток жизни в тюрьме.

Детра сползла с кровати и зажгла лампу на тумбочке. В этой комнатушке на Бауэри не было никаких удобств, в том числе и газового освещения. Они охотно пожертвовали удобствами в обмен на тихое существование в грязном, заселенном бедняками районе Манхэттена. Проституткам, которые снимали комнаты в ветхом доходном доме, не было дела до новых соседей. Грузный, багроволицый домовладелец удовлетворился недельным задатком за комнату. Детра всеми силами старалась скрыть, что денег у нее достаточно для уплаты за комнату в течение многих лет.

Стоя у тумбочки, Детра сонно перебирала флаконы и коробочки с лекарствами Хьюстона. Она не мерила и не взвешивала, но с поразительной точностью определяла дозу на глаз. Растерев гранулы в ступке, она добавила туда воды, чтобы получилась густая паста, затем присела на край постели и принялась втирать пасту в рану Хьюстона.

Ощутив прикосновение, Хьюстон дернул ногой, и Детра услышала легкий, отдаленный присвист в его дыхании. Потом он затих.

— Лучше бы врач вытащил пулю, — сказала она. — Незачем было делать это самим. Нам все-таки придется обратиться к врачу, Хьюстон. Не знаю, смогу ли я спасти тебе ногу.

— Никаких врачей! — процедил он сквозь стиснутые зубы и сделал попытку повернуться, чтобы разглядеть рану на бедре. Втирая лекарство, Детра заслоняла собой рану. — Значит, с раной все по-прежнему?

— Пожалуй, слегка подживает. Но я не знаю, будет ли этого достаточно. — Детра оглянулась через плечо. — Ложись. Тебе сейчас остается только отдыхать и ждать.

— Даже это мне не удается. Я разбудил тебя? Детра пожала плечами.

— Не важно. — Закончив втирать лекарство, Детра обтерла лицо и шею Хьюстона тканью, смоченной холодной водой. — Ты должен снова заснуть, — сказала она. — Я посижу на стуле, чтобы не тревожить тебя.

Хьюстон удержал ее за руку. Его глаза потемнели, стали почти темными, выдавая сдерживаемую боль.

— Нет, лучше иди ко мне. Ты мне не мешаешь.

Возможно, таким терпимым его делает благодарность к ней, подумала Детра, или же эта терпимость — всего лишь постоянное, намеренное напоминание о ране и боли. Детра не желала знать, какие чувства движут Хьюстоном. Она поняла только, что Хьюстон зовет ее к себе. Сила собственной любви к этому человеку до сих пор изумляла Детру, а мысль о жизни без него вызывала парализующий страх.

Детра была уверена, что уже не раз доказала: ради Хьюстона она способна на все. Хьюстон мог бы согласиться с ней. Она устроила побег из тюрьмы, заботилась о нем, только благодаря ей они добрались до Нью-Йорка. Детра улыбнулась и скользнула в постель рядом с Хьюстоном, вспомнив, что он не знает и половины ее поступков ради него.

— Ты уже придумала, как найти ее? — спросил Хьюстон, обнимая Детру.

Она потянулась, чтобы погасить лампу, и плотно прижалась к нему.

— Значит, ты не передумал?

— Нет. А ты надеялась, что передумаю?

— Вообще-то нет. Я надеялась образумить тебя еще по пути сюда, но сегодня утром, когда мы прибыли в Нью-Йорк, я поняла, что обратного пути нет.

— Ты не согласна со мной?

Детра вздохнула;

— Ты же знаешь. Зачем убивать ее? Сейчас мы могли бы уже быть в Канаде. Или в Мексике. У нас хватит денег, чтобы уплыть в Европу. Убить ее — значит создать лишние осложнения, а не найти решение.

Хьюстон коснулся груди Детры, Теплая упругая плоть заполнила его ладонь, согревая через тонкую ткань рубашки.

— Убить ее — значит выполнить клятву, которую я дал себе, — тихо объяснил он. — Это единственный ответ на предательство… единственно возможный.

Ди вздрогнула, но не потому, что Хьюстон задел ее сосок большим пальцем. В его голосе прозвучало ледяное спокойствие, от которого по ее спине пробегали мурашки.

— И потом, убив ее, я заставлю его страдать, — добавил он спустя минуту.

Детре не понадобилось спрашивать, кого имел в виду Хьюстон.

— Откуда у тебя эта уверенность? Они же не были женаты, Хьюстон. Эта ложь нужна была, чтобы защитить Мишель. И потом, он ее не любил. Ты же видел их на суде. Разве ты не помнишь, как они смотрели друг на друга?

Хьюстон отлично помнил, но несколько иначе, чем Детра. Этан и Мишель сидели поодаль друг от друга, лишь изредка переговаривались, но Хьюстон заметил, как Этан наблюдал за Мишель, пока она давала показания. Мгновенное выражение на лице Этана объяснило Хьюстону все, что он хотел знать. Поверить в чувства Этана было не трудно, В конце концов, пока Детра не доказала Хьюстону, что Мишель нельзя доверять, он чуть не влюбился в нее сам.

— Он будет страдать, — повторял Хьюстон. — Можешь поверить мне, Ди.

Она смутилась всего на долю секунды:

— Разве я когда-нибудь тебе не верила? Осторожно передвинувшись, Хьюстон склонился и поцеловал ее блестящие черные волосы.

— А теперь расскажи, как ты собираешься найти ее?

Ди взяла Хьюстона за руку.

— Начну с редакции «Кроникл». После этого много времени нам не понадобится — недели две, самое большее месяц.

— Никто не узнает про яд?

Детра тихо рассмеялась:

— Дорогой, даже ты до сих пор не веришь слухам о смерти мистера Келли!

— Ну, сынок, теперь самое время поцеловать ее.

Этан усмехнулся. Он чувствовал на себе взгляды присутствующих, но сам смотрел только на Мишель. Склонив голову, он прикоснулся губами к ее губам, они были мягкими и податливыми, отдавали легким привкусом мяты. Отстранившись, Этан увидел на лице Мишель многообещающую улыбку.

Джей Мак вложил платок в руку Мойры, борясь с собственными чувствами. Мойра искоса взглянула на него, слабо улыбнулась и пожала руку. Мэри-Фрэнсис заметила, как нежно переглянулись между собой родители, и ее сердце забилось сильнее. Всякий, кто видел вместе Джей Мака и Мойру, не сомневался в глубине их чувств. Мэри-Фрэнсис толкнула Мэгги в бок, когда Джей Мак притянул к себе Мойру, обняв за талию.