Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Страница 71

Декер согласно кивнул.

— Готовы, Джек? — Он сосчитал до трех, и они подняли Грэма. Он был высокий, гибкий, но мускулистый, и в бессознательном состоянии оказался весьма тяжелым. Впрочем, Декер этого и ожидал. Джек споткнулся. — Осторожнее! — сказал Декер. — Не уроните…

Восклицание Джонны заставило его замолчать. Она тут же закрыла рот рукой, а другой указала на Грэма. Там, где полы его куртки разошлись, на жилете виднелось темно-красное пятно.

Джек оглянулся через плечо, чтобы посмотреть, на что указывает Джонна.

— Черт меня подери, если я знал, в чем тут дело, — тихо проговорил он.

Декер ничего не сказал, хотя тоже был изумлен.

— Давайте же, Джек, быстро наверх. Джонна, придержи, пожалуйста, дверь.

Она пошла впереди них. Когда Грэма внесли в его комнату, она быстро откинула одеяло на постели и звонком вызвала на помощь служанок. Пока Декер и Джек стягивали с Грэма одежду, она ждала за дверью. Когда появились Аманда и Рейчел, она остановила их в коридоре, отдала Рейчел грязную одежду Грэма, а Аманду послала за горячей водой, полотенцем и бинтами.

— И проводите врача наверх сразу же, как только он появится! — приказала она вслед убегающим девушкам.

Джонна вошла в комнату. Джек стоял в ногах кровати, заложив руки за спину, а Декер сидел и кресле, придвинутом к кровати. Подойдя к Декеру, Джонна легко положила руку на его плечо. Грэм лежал неподвижно и с трудом дышал. В лице его, обрамленном темными волосами, не было ни кровинки. Даже губы его были бледны. На простыне, которой его укрыли, проступило кровавое пятно.

— Джек сказал, что его зовут Грэм Денисон, — проговорила Джонна. Она помолчала и нерешительно продолжила, не зная, стоит ли об этом говорить:

— У нас есть контракт с какими-то Денисонами из Чарлстона. Он что…

— Да, — ответил Декер. — Он из этой семьи.

— Но Джек никогда не видел его до сегодняшнего вечера. А мы ведем дела с этой семьей уже много лет.

— Джек знает деда Грэма. И еще там есть младший брат.

— Откуда ты его знаешь?

Декер ответил не сразу. Сначала он посмотрел на Джека, указав глазами на дверь.

— Вы не возражаете?

Услышав этот более чем тонкий намек, Джек осклабился:

— Если понадоблюсь, я буду поблизости.

Они остались одни, и Декер взглянул на Джонну. Она задумчиво покусывала нижнюю губу.

— Я встретился с ним в Чарлстоне, в доме Мишель Моро, — сказал он. — Она время от времени приглашает к себе джентльменов поиграть в карты. Грэм там частый гость.

— А ты?

— Просто сажусь за стол, если нужно кого-то заменить.

Джонна сняла руку с его плеча и сжала в кулак.

— Это ведь бордель, не так ли? Вот почему ты услал Джека! Ты понимал, что он узнает имя хозяйки и выдаст тебя.

Декер попытался что-то объяснить жене, но в эту минуту дверь открылась, и показалась голова Джека.

— Приехал доктор Харди.

Декер кивнул и встал.

— Мы поговорим об этом позже, Джонна.

— Я не уверена, что мне этого очень хочется, — еле слышным голосом проговорила она.

Он легко коснулся ее губ. Они были прохладные и сухие. На поцелуй она не ответила.

— Не делай вид, будто тебе известно, что это значит, — сказал он, — и не делай поспешных выводов. — Он положил ладонь ей на щеку и слегка приподнял подбородок. Она достаточно уважала мужа, чтобы взглянуть на него и выслушать его слова. Если бы только она могла ему верить! — И не нужно думать обо мне самое плохое, — добавил Декер.

Джонна пристально смотрела на него. Время, когда она думала о нем самое плохое, давно прошло. Она понимала, что он не слишком в это верит, и у него есть для этого основания. Ведь она ни разу не сказала ему, что ее отношение к нему изменилось, и часто своим поведением доказывала обратное. Джонна не знала, что ей думать о его посещении борделя. Она ведь знала, что в его жизни были другие женщины, хотя предпочитала не думать о них.

Декер отвел руку от ее лица. Она ничего не сказала, но все же ему показалось, что он добился от нее обещания. Он очень надеялся на это.

Появился доктор Харди. Джонна и Декер отошли друг от друга.

Джонна отступила от кровати и отодвинула стул, освобождая место для врача. Пока тот осматривал пациента, появилась Аманда с горячей водой, полотенцем и бинтами. Джонна взяла у нее таз и велела Аманде положить все на стул. Девушка неуверенно топталась у камина, и Джонна выпроводила ее из комнаты. Чем меньше людей будет знать о ране Грэма, тем лучше.

За время своей практики доктор Харди не часто имел дело с пулевыми ранениями. Он больше разбирался в подагре, инфлюэнце и вывихах. Он лечил мигрени, лихорадки и желудочные болезни. Его пациенты чаще проваливались под лед на реке Чарлз, чем получали кусок свинца в грудь.

Харди перевернул Грэма, чтобы рассмотреть выходное отверстие. Оно было окружено воспаленной кожей, запекшейся кровью и обрывками ткани. Врач удовлетворенно кивнул. Ему не нужно было отыскивать пулю, она прошла навылет. Вряд ли этот пациент вынес бы еще и ковыряние в своем теле.

Врач перевел взгляд с Джонны на Декера:

— Кто из вас может мне помочь?

— Я, — произнесли они одновременно, и по голосам было понятно, что ни один из них не отступит.

— Прекрасно, — ответил Харди, — работа найдется для двоих. Джонна, подайте сюда воды. Декер, держите ноги на тот случай, если он начнет вырываться.

Все трое молча работали не менее получаса. Рану нужно было тщательно промыть и зашить. В ней врач обнаружил кусочки ниток от рубашки, в которую был одет Грэм, когда в него стреляли. Харди извлек их при помощи щипчиков. И хотя делал он это очень осторожно, снова началось кровотечение. После того как рану зашили, врач протер ее спиртом, потом Джонна помогла ему перевязать Грэма чистыми бинтами.

— Ему нужен отдых, — торжественно объявил Харди, собирая свои инструменты. — Жизненно важные органы не задеты. Он уже шел на поправку, но потом его состояние ухудшилось. Судя по кровоподтекам, его сильно ударили по ране. Может быть, дубинкой, может быть, просто кулаком, но лучшего места для удара не придумаешь. Давайте ему побольше пить. И, если попросит, можете покормить. Я заеду через несколько дней, если ничего не случится раньше.

Джонна кивнула, показывая, что она все запомнила.

— Спасибо, доктор Харди. Я очень высоко ценю внимание, которое вы уделили этому пациенту.

— Вы еще получите от меня счет, — добродушно отозвался тот. Улыбнувшись, Джонна мягко добавила:

— Я также высоко оценила бы ваше молчание. Если кто-нибудь обратил внимание на ваше посещение моего дома, лучше скажите, что вас вызывали ко мне.

— Да зачем же кому-то интересоваться такими вещами? — удивился врач. — И зачем мне что-то объяснять? Но все равно, будьте уверены, я никому ничего не скажу. — Он раскрыл саквояж из черной кожи и, достав оттуда маленький пузырек янтарного цвета, протянул Джонне. — Это тонизирующее средство. Принимайте его по утрам, когда пьете чай.

Джонна посмотрела на пузырек. Этикетка гласила, что всего одна ложка ежедневно снимет головную боль, зубную боль, тошноту, запор, усталость, мышечные судороги и бессонницу.

— Но у меня ничего этого нет, — сказала Джонна. Декер усмехнулся:

— Я думаю, доктор имел в виду, что тебя надобно лечить, раз ты предложила объяснить его визит своим плохим самочувствием.

— Вот как! — Она подняла глаза и увидела, что доктор Харди и ее муж обменялись довольными, снисходительными взглядами. Она раздраженно сжала губы. Не совсем уж она дурочка.

— Благодарю вас, доктор Харди, — проговорила она, отпуская врача. — Джек вас проводит.

— Какая же ты колючка, а? — сказал Декер, когда врач ушел. — Не извиняйся. Это одно из твоих восхитительных качеств.

Джонна ничего не могла с собой поделать и снова выпустила коготки:

— А я и не собираюсь извиняться.

Декер внезапно поцеловал ее.

— Это за что?

— За твою очаровательную ямочку в уголке рта.

Джонна еще сильнее сжала губы, отчего ямочка стала глубже. Опять она легко попалась на его удочку! И ее раздражение усилилось. Декер молча улыбался, глядя на нее. Джонна подумала, что даже притворно сердиться на него — пустое занятие. Она поставила пузырек с тоником на ночной столик.