Индиана Джонс и Хоровод великанов - МакГрегор Роб - Страница 31

– Так что же вы намерены делать с золотым свитком, если найдете его?

Неожиданный вопрос поставил Инди в тупик.

– Да я, в общем-то, об этом и не задумывался. Прежде всего, решение должна принять доктор Кемпбелл. Но это сейчас не главное. По-моему, она решила на время приостановить раскопки.

– Вероятно, это к лучшему. Но помимо того – какое значение вы придаете этому свитку?

– Ну, это станет потрясающим археологическим открытием. Я буду счастлив принять в нем участие.

– Это сделает легенду былью, – вставила Дейрдра.

Инди почувствовал, что отцу Бирну услышанное не по нраву, и уточнил:

– Прошу заметить, это отнюдь не означает, что человек по имени Мерлин осуществил все, что ему приписывают.

Бирн погрузился в молчание, и никто не проронил ни слова до самой околицы. Но когда священник наконец заговорил, речь его пошла так, словно перерыва в разговоре не было.

– А что, если найденные вами свидетельства каким-то образом подтвердят, что Мерлин обладал сверхъестественными способностями?

Молодой археолог пожал плечами, ломая голову, откуда у Бирна такой интерес к Мерлину и раскопкам.

– Как я уже сказал, я сомневаюсь в такой возможности.

– Допустим, она все-таки осуществилась. Разве это не изменит все наше мировоззрение целиком? – настаивал пастор. – Разве это не возродит к жизни источник злой силы колдовства, не поможет колдунам снова захватить власть над миром?

Инди улыбнулся, наконец уразумев, куда клонит старый священник. Его тревожит, что они могут отыскать нечто, способное придать язычеству привлекательную окраску – а в глазах святого отца это работа дьявола, и, следовательно, хула христианству.

– Отец, на вашем месте я не стал бы придавать этому значения. Если хотите знать мое мнение, то байки о том, что Мерлин сын дьявола и девственницы – полнейшая чушь.

Они подошли к расположенному рядом с церковью дому священника, и Бирн положил ладонь на железную калитку.

– Кто-то ведь должен беспокоиться, профессор. Закрыв на зло глаза, не заставишь его уйти прочь.

На мгновение в глазах пастора полыхнул огонь, которого там прежде не было – пламя одержимости, понуждающей его не останавливаться ни перед чем в несении возложенной на себя святой миссии. Но огонь тут же угас, Бирн улыбнулся, распахнул калитку и пропустил гостей перед собой.

Они по дорожке дошли до двухэтажного кирпичного дома и вошли в гостиную, где в сложенном из валунов камине горел неяркий огонь. Деревянный пол был натерт до блеска, перед камином лежал толстый овальный ковер. На стене над каминной доской висело распятие.

– Наверху Господь, внизу печь огненная, – прокомментировал Инди.

Бирн поглядел на камин, будто видел его впервые.

– Однако кое-кто, по злому умыслу или по банальному невежеству, может отправиться в адское пламя, профессор.

Появилась экономка, и Бирн дал ей знак принести чай. Инди было интересно, что же священнику известно о Пауэлле, и он с нетерпением ждал, когда же тот начнет разговор. Когда стало очевидно, что добрый пастырь дожидается чаю, Дейрдра рассказала ему о происшествии на постоялом дворе. Бирн выслушал очень внимательно, потом принялся расспрашивать обоих о подробностях, пока не принесли чай.

– А теперь о мистере Пауэлле, – Бирн поглядел в исходящую паром чашку и помешал чай. Его кустистые седые брови были нахмурены, спина сгорбилась, будто пастор нес на плечах тяжкий груз. – Как я понимаю, вы оба начали подозревать, что он отнюдь не тот, за кого его принимает большинство людей. Полагаю, он сейчас в Уиторне и, можете быть уверены, является источником ваших проблем.

– Я так и думала! – заявила Дейрдра.

– А откуда вы его знаете? – напрямую спросил Инди.

Священник глубоко задумался над вопросом. Раздумывал он долго; Инди даже решил, что он фабрикует ответ.

– Последние лет десять, – наконец заговорил Бирн, – я проявлял пристальный интерес к различным группировкам друидов Британии. До нас доходит множество слухов, и я решил проверить их лично. Большинство друидов – это просто сбитые с толку личности, несчастные души, которые пострадают за то, что сбились с пути истинного. Но они относительно безвредны.

Он отхлебнул чаю и продолжал:

– Однако имеется одна группа, которую я поставил бы особняком от остальных, очень на них непохожая и крайне опасная. Они нарекли себя гиперборейцами.

– Гиперборейцами? – Инди бросил взгляд на Дейрдру. Она казалась не менее озадаченной, чем он.

– Да, – подтвердил Бирн. – И Адриан Пауэлл – один из них. Их главарь.

– Отец, а чего же он хочет? Я едва не погибла в пещере, а Инди чуть не утопили.

На сей раз священник не медлил с ответом.

– Ему нужен свиток, как и вам.

– Значит, он тоже знает о нем, – тихо констатировал Инди.

Бирн прочистил горло и уставился в свою чашку.

– Много лет назад, еще когда я ничего не знал о гиперборейцах, он приехал сюда поинтересоваться старыми архивами, как-нибудь связанными с легендой о Мерлине. Тогда он учился в колледже и сказал, что ведет исследовательскую работу по учебной программе. Я пытался убедить его избрать иную тему, но это лишь подогрело его интерес. В конце концов, я попросил его уйти, но он явился назавтра, и я почему-то показал ему письмо. Хоть я и подозревал тогда, что его поверхностные исследования питаются не заурядным любопытством, но помешать ему я не сумел. Письмо же только подстегнуло его в занятиях сатанизмом.

Инди показалось странным, что священник уступил любопытству простого студента колледжа. Наверное, святой отец о чем-то умолчал.

– Кстати, а чего Пауэлл хочет?

– Власти. Власти, чтобы править и повелевать. Видите ли, гиперборейцы состоят из мужчин – и всего нескольких женщин – уже добившихся власти или богатства, а то и всего вместе. Это банкиры, генералы, законодатели и аристократы; их объединяет общая цель – помешать созданию Британского Содружества. Они считают его первым шагом к закату Британской Империи. Но на подрыве Содружества они не остановятся. Пределом мечтаний Пауэлла является распространение империи вширь, а с ней и своей власти, любой ценой.

Ошеломленный Инди лишь головой покачал.

– Но чем же ему поможет золотой свиток?

Бирн нервно сплетал и расплетал пальцы.

– Дьявол в выигрыше, когда дела его не поддаются постижению, – старик-священник встал и начал расхаживать по гостиной. – Во время дознания о гиперборейцах я вскрыл кое-что любопытное. Они считают, что свиток как-то связан с древним камнем, являющимся вместилищем зла, и что принесший свиток и камень в Стоунхендж станет обладателем великого могущества.

– А как вы это выяснили? – поинтересовался Инди.

Бирн пропустил вопрос мимо ушей.

Дейрдра недоверчиво покачала головой.

– Интересно, а Джоанна знает хоть что-нибудь из рассказанного вами?

Интуиция подсказывала Инди, что Джоанна знает о Пауэлле многое; сразу же после ухода от священника придется поговорить с ней всерьез.

– Он что, думает, что может стать Мерлином или кем-то вроде? – спросила Дейрдра.

– Он не хочет быть Мерлином! – взорвался Бирн. – Он хочет быть Адрианом Пауэллом, премьер-министром Англии – Англии, которая будет держать в кулаке весь мир; империи, править которой будет подручный Врага Человеческого!

– А какой это камень вы упоминали? – подал голос Инди.

И тут в дверях кухни выросла Джоанна. Должно быть, она вошла через боковую дверь и некоторое время слушала разговор.

– Инди, ты прекрасно знаешь это. Это Омфалос. И он уже у Адриана.

В лице Инди не осталось ни кровинки, челюсть его отвисла.

– О чем ты говоришь?! Он в Нью-йоркском музее!

– Правду сказать, Инди, – входя в комнату, сказала Джоанна, – я наняла тебя главным образом потому, что ты имеешь отношение к Омфалосу. Надеялась, что уговорю тебя использовать свое влияние на Маркуса Броуди, чтобы тот перевел камень в более безопасное место. Но теперь слишком поздно.