Горец-победитель - Хауэлл Ханна - Страница 47

– Может, лучше еще немного выждать?

– Как говорит Сигимор, «куй железо, пока горячо». Лайам кивнул и, вздохнув, пошел к дому, но возле лестницы остановился. Уж слишком легко Кайра поверила в лживые обвинения. С момента их знакомства он ничего не сделал, чтобы злоупотребить ее доверием, но в доверии ему было отказано. Она беременна, однако не считает нужным сообщить ему об этом. Правда, иногда ее взгляд намекает на глубокие чувства, в которых он так нуждается, но она по-прежнему молчит о них…

Скверное настроение готово было вот-вот прорваться, и Лайам поскорее напомнил себе, что срывы не раз приводили его к беде. Он попробовал открыть дверь спальни, но она по-прежнему была заперта.

Все ограничения, которые Лайам только что наложил на свой строптивый нрав, внезапно лопнули, и он изо всех сил замолотил в дверь кулаками.

Глава 23

– Немедленно отопри дверь!

Прикрыв один глаз, Кайра посмотрела на дверь, морщась от оглушительного шума. Она заперлась в спальне, чтобы никто не мешал ей отдыхать, но покой оказался недолгим.

– Открой сейчас же, или я вышибу дверь, клянусь! Кайра медленно спустила ноги с кровати, поднялась, открыла задвижку и поскорее отступила в сторону на случай, если муж резко распахнет дверь, как это делают некоторые разъяренные мужчины. Однако дверь открылась почти нежно, и Лайам вошел в комнату со своей обычной грацией. Тихо закрыв дверь, он запер на задвижку, и Кайра с трудом преодолела желание забиться под кровать: она не сомневалась, что под внешним спокойствием скрывается бешеный темперамент.

– Ты все еще дуешься?

– Я не дуюсь, я думаю, – возразила она.

– О том, какая распутная свинья твой муж? Кайра уже собиралась ответить, но Лайам не дал ей возможности оправдаться.

– Да, я несколько лет распутничал, – возбужденно заговорил он, нервно расхаживая по комнате, – и я это признаю. Но разве ты слушала меня, когда я говорил, что никогда не спал с этой ненормальной? Нет! Я не раз говорил, что никогда не спал с замужними женщинами, с чужими невестами, не соблазнял девственниц, не лез сам в постель женщины и никому не давал ни единого обещания, но ты не обращала на это внимания.

– Лайам, я… – Кайра замолкла, когда он остановился перед ней, уперев кулаки в бока.

– Я дал тебе торжественное обещание, но ты не поверила, так? Я поклялся, что буду верным мужем, но ты и в этом усомнилась. Я говорил тебе хорошие слова, а ты только пожимала плечами. С тобой я делал то, чего не позволял себе ни с одной другой женщиной; и после всего этого ты продолжаешь смотреть на меня так, как будто я готов сграбастать любую проститутку и изнасиловать ее прямо на столе!

– Что ты! Конечно, я так не думаю, – забормотала Кайра, но его хмурый вид остановил ее дальнейшие попытки сказать хоть что-то в свою защиту.

– Я приказывал себе быть терпеливым, и я был терпелив, но теперь с меня хватит. Ты немедленно прекратишь подозревать меня в предательстве на каждом шагу. Если бы я и захотел, то не сделал бы этого, потому что поклялся перед Богом и людьми. Я не хочу предавать свою жену, но не знаю, как заставить тебя в это поверить. – В его голосе появилась жалобная нотка, и он снова принялся расхаживать по комнате. Кайра уже решила поверить ему в том, что касается леди Мод, но внутренний голос велел ей помолчать: Лайам разглагольствовал, а когда человек разглагольствует, он может выдать свои глубинные чувства и потаенные мысли. Лучше стоять и слушать, а он пусть говорит. – Я пытался объяснить тебе во время занятий любовью, но ты не поняла. Это было в каждом моем поцелуе, в каждом прикосновении, но ты оставалась слепа. Ты прятала от меня часть своего существа, охраняла, как сокровище, которое я могу украсть или погубить. Раньше мне было все равно, что скрывает женщина в своем сердце, поэтому у меня нет опыта в разгадывании. Если ты не видишь, как я желаю тебя, то каким образом заставить тебя понять, что тебе принадлежит мое сердце? – Лайам покачал головой. – Я не собирался влюбляться и после общения со многими женщинами считал, что выработал иммунитет к любви. Иногда я даже жалел об этом, но сейчас от души хотел бы быть человеком, который не способен любить. Я…

Внезапно Кайра кинулась ему на шею, и Лайам заморгал, пытаясь сообразить, в чем дело. Ему было ясно одно: он только что сказал что-то правильное, и неплохо бы вспомнить, что именно.

Пытаясь сохранять самообладание, он крепко обнял жену. В какой-то момент пылкой, сумбурной речи его злость стала утихать, у него больше не было идей, и он не знал, что еще сказать; но теперь у Лайама создалось отчетливое впечатление, будто он уже сказал Кайре, что любит ее. Тейт оказался прав – ему следовало сказать это первым.

Тело Кайры дрожало, сердце билось от радости, разбегавшейся по жилам. Она чувствовала себя так, как будто выпила полный кувшин вина. Заявление Лайама прозвучало не в сладкий момент страсти и не в романтической обстановке, как ей это всегда представлялось; он не смотрел ей в глаза, не объяснялся внятным языком. И все же она не пропустила главное, и теперь у нее появилась уверенность: она может ему доверять.

– О, Лайам, я так тебя люблю! – Она попыталась обнять его еще крепче.

Лайам приподнял за подбородок ее лицо и поцеловал в губы. Поцелуй был жадным, требовательным, и Кайра охотно на него ответила. Она не заметила, кто первый стал снимать одежду, но скоро оба разделись донага, упали на кровать и сплели руки. Кайра полностью отдалась страсти, разбуженной словами любви. Лайам целовал и ласкал каждый дюйм ее тела, и она с восторгом отдавала все, что теперь знала и умела, ничего не скрывая от него. Он раз за разом доводил ее до исступления, заставлял принять в себя, и когда он был внутри, Кайра чувствовала, что они вместе улетают за пределы сознания.

Наконец Лайам заснул у нее на плече, и Кайра, оглядев комнату, усмехнулась. Стол опрокинут, повсюду разбросана их одежда, кругом полный беспорядок. Кайра не могла вспомнить, когда они успели так изменить все вокруг, зато отлично чувствовала, как это приятно – лежать, обнимая любимого человека.

Внезапно Кайра нахмурилась. Все-таки Лайам не сказал те слова, которых она ждала от него. Сам он, занимаясь любовью, заставлял ее повторять это снова и снова, как будто не мог наслушаться. Кайра не сомневалась в том, что ее любовь он встретил с восторгом и желанием.

С ее сердца как будто спали оковы. Теперь прошлое Лайама вызывало только легкий укол, но она не сомневалась, что и это скоро пройдет. Какие бы приятные слова Лайам ни говорил тем женщинам, как бы хорошо с ними ни обращался, они использовали его так же, как он – их. В таких отношениях не бывает чувств, только соблазн.

А она? Она его слушала, но не слышала, не верила. Теперь ей хотелось бы знать, что он с ней делал такое, чего не делал ни с кем другим.

В надежде получить ответ на этот вопрос Кайра стала дразнить мужа, проводя пальчиками вверх-вниз по спине.

Лайам открыл один глаз и, увидев перед собой изгиб прелестной груди, поцеловал его. Кайра его любит. Он заставил ее повторить это много раз, пока они занимались любовью. Непонятным образом это признание придало цельность его существу; теперь он чувствовал в себе силу и готовность встретить лицом к лицу все, что сулит им будущее.

– Дорогой?

Лайам улыбнулся, ему нравилась хрипотца в голосе Кайры после занятий любовью.

– М-м?

– Когда ты разглагольствовал…

– Я не разглагольствовал, а обсуждал с тобой кое-какие вещи.

– Конечно. Так вот, когда ты обсуждал со мной кое-какие вещи, ты сказал, что делал со мной то, чего не делал ни с кем другим. Я не так хорошо разбираюсь в словах и не понимаю, о чем это ты.

Услышав, что она без злости говорит о его проклятом прошлом, Лайам поднял голову и внимательно посмотрел на нее:

– Тебе любопытно?

– Да. Я ведь прежде ни с кем ничего подобного не делала и была девственницей. Поскольку я всему научилась у тебя, откуда мне знать, что для тебя ново?