Перстень Мага - Доннел Тим - Страница 3

— Я верю тебе, мальчик! Ну, что ж, я буду ждать. И если тебе вдруг понадобится помощь — приходи ко мне, днем или ночью, утром или вечером. Вот, возьми этот кошель, негоже тебе являться в Шадизар нищим. Да хранят тебя Светлые Боги, дитя!

— Прощай, дядюшка Расат! — Мальчик ловко соскочил с повозки и, махнув купцу рукой, скрылся в толпе, запрудившей площадь. Безошибочное чутье вело его по улицам, узким и широким, прямо к базару. Конечно, он мог без хлопот доехать туда вместе с купцом Расатом, но мальчику хотелось одному сделать первые шаги в незнакомом городе, осмотреться и примерить его на себя, как примеряют новое платье.

Гайяр не спеша брел по улицам, восхищенно разглядывая богатые дома, больше похожие на дворцы. Изобильное лето одарило сады ароматными плодами, и добротные домики простых горожан казались прекрасными в окружении пестрых деревьев.

Узкая улочка повернула налево, и Гайяр, не задумываясь, свернул туда. Глухие стены, узорчатые ворота, узкие калитки, ветви абрикосов свешиваются вниз… Все правильно — там, впереди, уже слышится шум многоголосой толпы, крики водоносов, слабый ветерок доносит запах подгорелого мяса. Базар, знаменитый Шадизарский базар!

Гайяр остановился на углу и с улыбкой огляделся. Там, в Шадизаре, он чувствовал себя своим и среди купцов и менял, и среди водоносов и попрошаек, похоже, и тут будет то же самое.

Базар как базар, разве только побольше, да народ покрикливей да позадиристей. А простаки и зеваки, видать, здесь сами готовы отдать свои кошели ворам и мошенникам. Он тихонько засмеялся: юркий парнишка в одежде подмастерья с разбегу налетел на толстого купца, получил увесистый подзатыльник и тут же со всех ног кинулся прочь, запихивая под рубаху расшитый кошелек. А купец, обругав его вдогонку, важно остановился у богатой лавки и стал прицениваться к вендийским шелкам. «Ха-ха, толстый дурень, пока выбираешь шелка, без штанов останешься!» — подумал Гайяр, кусая губы от смеха.

— Колбаски, колбаски, горячие колбаски! Самые жирные, самые вкусные! Подбегай, кто голоден, подходи, кто сыт! — неожиданно раздался оглушительный крик прямо у него над ухом.

Ну конечно, это отсюда тянуло дымком и аппетитно пахло жареным мясом! По огромной сковороде, истекая горячим жиром, перекатывались румяные колбаски. Добродушный торговец переворачивал их и время от времени покрикивал:

— Колбаски, колбаски! Кто съест одну, попросит вторую! Эй, малец, что смотришь, подходи! Одна монета — две колбаски, да еще и лепешка! Что задумался, или ты нездешний?

— Да, я только сегодня пришел в Шадизар… Вот, у меня как раз есть монетка, давай свои колбаски!

— Ну, то-то же, бери лепешку, да не обожгись. А меня тут всякая собака знает. Таких колбасок во всем Шадизаре нет! Да что Шадизар — во всей Заморе! А может, и во всем мире, ха-ха-ха! Так-то вот, парень!

Гайяр присел на корточки рядом с жаровней и, обжигаясь, принялся за еду. Ого, торговец-то правду сказал! Таких колбасок даже старый Гарзиз не делал, а на что мастер. Весь Шадизар его знал, никто мимо пройти не мог!

Мальчик жадно доел вторую колбаску, затолкал в рот последний кусок лепешки и, вытерев жирные губы рукавом, полез было доставать следующую монетку.

— Ага, понравилось?! Что я говорил? Наверно, хочешь еще? Так я и знал! А ты сам-то откуда, малец?

— Из Шадизара, пристроился к каравану…

— О, из Шадизара, говоришь?! Ну, парень, да ты мой земляк! Может, знаешь старого Гарзиза, он там тоже на базаре колбасками торгует?

— Дядюшку Гарзиза? Конечно, знаю! Да я каждый день ходил мимо его жаровни, нарочно чтобы съесть парочку. Но твои, честно говоря, гораздо вкуснее!

— Так я его племянник Дамук! Эй, убери свою монету, слышишь! Я с земляков платы не беру, ну, разве что ты придешь сюда в парчовом халате и с серебряным кинжалом за поясом… Ха-ха-ха! На, бери лепешку, смотри, жир так и течет! А дядюшка Гарзиз всегда был упрямцем, поэтому мы с ним и поссорились маленько… Нет, правда, мои колбаски лучше? То-то же! А он всегда говорил — не буду класть в мясо вендийские душистые травы, и все тут! И чуть колотушкой мне голову не проломил. Пришлось тогда мне отряхнуть пыль шадизарского базара с ног своих и перебраться сюда… Э, да ты меня не слушаешь! Куда это ты смотришь, малец?

— А вон видишь, там, у стены, идет игра в кости? Спорим на пару колбасок против моей монетки, что сейчас начнется славная потеха! У нас в Шадизаре за такие проделки можно без ушей остаться. Смотри, смотри, что делается! Этот, в красных штанах, выбросил кости, а остальные что, ослы, что ли?! Ну, смотри-ка, наконец-то до них дошло! — Мальчик вскочил и подошел поближе.

Толпа зевак, столпившаяся возле игроков, возбужденно зашумела. Проигравший с кулаками полез на здоровенного парня, бросавшего кости. И крик поднялся до небес. Стаканчик с костями мгновенно исчез в многочисленных складках красных штанов, послышался треск рвущейся материи, и по камням мостовой покатились игроки, отчаянно вопя каждый о своей правоте:

— Ах ты, мразь, бросать фальшивые кости! Да я тебя!..

— Проклятый лжец, вот тебе по зубам! Заткни свой поганый рот и не оскорбляй честных людей!

— Да я сейчас… сейчас спущу с тебя штаны, и… вот тебе, вот, гнусный обманщик! Сейчас посмотрим, какие у тебя кости! — Проигравший оседлал своего противника и стал было шарить у него за поясом.— А заодно и кошель свой заберу, не бывать, чтоб мои денежки достались какому-то проходимцу!

Но не успел он вытянуть из-за пояса тугой кошель, как противник его ловко извернулся, вскочил на ноги и, лягнув проигравшего в живот, нырнул в толпу, тут же сомкнувшуюся за его спиной.

— Держи!!! Держи вора и обманщика! Стража! Стража! Грабеж среди бела дня!

— Держи! Держи вора!!! Держи! Ха-ха-ха! — кричали в толпе, но никто даже шагу не сделал, чтобы схватить плута.

Потихоньку зеваки стали расходиться, а у стены в тени деревьев пристроились новые игроки.

— Да, у тебя глаз острый, приятель! На, держи свои колбаски, хотя я и так знал, что этим дело кончится. Ведь это Корфик, лучший игрок Шадизара! Уж он-то всегда унесет ноги, да и кошелька нипочем не оставит. Школа хитреца Шафраста. Его людям всегда везет, но только лучше держаться подальше от такого везения!

— А что это за школа хитреца Шафраста? Расскажи, Дамук, и дай мне еще пару твоих несравненных колбасок. Но не даром, не даром, а то вся жаровня опустеет. У нас и слыхом не слыхивали о таких штуках… Он что, учит играть фальшивыми костями?

— Ишь, какой любопытный! Ну ладно, покупателей все равно пока нет, слушай… В Пустыньке, на постоялом дворе Облезлого Тамара, живет сам Повелитель Хитрецов, Шафраст…

— В Пустыньке, говоришь? А это где? Скажи мне, чтоб я ненароком туда не забрел. Матушка моя всегда говаривала — держись, сынок, подальше от воров и плутов, не играй в кости, тогда доживешь до седин и внуков дождешься.

— Мудрые слова! Значит, если обойти базар справа, увидишь посудную лавку под старым тополем. Сразу за ней — узкая улочка с глубокими канавами. Туда стекают городские нечистоты, да и лавочники сбрасывают в них свой мусор. Если покрепче зажать нос и проскочить до поворота, там как раз и начнется Пустынька. Кому нужна дешевая девка, ношеная одежда или самое кислое вино в Шадизаре — тот потащится в Пустыньку… Но ты ведь туда не собираешься, а, малец? — И Дамук лукаво подмигнул Гайяру, с аппетитом доедавшему колбаски.

— М-м-м… Конечно, не собираюсь! Что мне там делать? Но все-таки я ни о чем подобном никогда не слыхивал. Это же надо — воровская школа! Ха-ха-ха! А может, ты шутишь? Если так, то это действительно забавно, клянусь Белом!

— Смейся, смейся, как бы заплакать не пришлось! — обиделся продавец колбасок.— Я никогда не лгу, а уж своим землякам и подавно. Но ты еще слишком молод и неопытен, такого облапошить ничего не стоит. Глазом не успеешь моргнуть, как тебя затащат в Пустыньку и пристроят к воровскому промыслу. Вспомнишь тогда советы своей матушки, да будет поздно! А захочешь бежать — Шафраст только рукой взмахнет… и нет тебя! Или возьмет плеть…