Форменное безобразие - 1 (СИ) - Могильнер Маша - Страница 11

— Ты где живешь? — Гарик завел машину.

— В Свиблово, улица Крыжовского.

— Ну и ебеня!!! — этот чувак абсолютно не стеснялся в выражениях. — Что ж ты еще дальше не забралась? В Химки какие-нибудь.

— В Химках я уже была, не далее как сегодня, спасибо, больше не хочу. А Свиблово, между прочим, отличный район. Сам-то небось живешь в какой-нибудь заднице… — я тоже решила не стесняться в выражениях. — Знаю, я вас. Был у меня один знакомый, который долго рассказывал, что Свиблово далеко и непрестижно, а сам оказался парнем из Орехово-Борисово, пока допиликаешь туда, с ума сойдешь.

— Отставить разговоры, — с этими словами мы тронулись.

Не знаю, то ли я и в самом деле сильно устала, то ли температура в машине располагала, но я заснула и проснулась только, когда меня разбудили самым бессовестным образом.

— Подъем! Слушай, как можно уснуть настолько крепко за какие-то 20 минут?

Я посчитала вопрос риторическим и не стала на него отвечать.

— Пошли, — Гарик взвалил мой рюкзак на плечо и повел меня к моему подъезду. Откуда он знал?

Я не замедлила об этом спросить.

— Девочка, все очень просто, находишь самый задрипанный подъезд и бинго, ты там живешь, я угадал?

— Какого хрена, ты тогда меня провожаешь?

— Для сведений, я тебя не провожаю, я просто хочу убедиться, что ты не свернешься с лестницы в очередной раз.

Мы поднялись на мой любимый седьмой этаж, в нашу крохотную и уютную квартирку.

Гарик смерил все эту красоту неодобряющим взглядом, но промолчал.

— Я бы предложила тебе чаю, но… — я изо всех сил пыталась быть вежливой. Наверное, все- таки я стукнулась головой сильнее, чем казалось на первый взгляд.

— Никакого чаю. Значит так, весь вечер лежать, никакого телевизора, никакого компьютера, максимум книжка. И никакого ужина.

— Я сегодня вообще ничего не ела, — возмутилась я

— Тебе полезно, — Гарик был невозмутим, и вот еще что, — он открыл мой рюкзак и вытащил оттуда банку. — Смазывай челюсть и лоб этой мазью, через каждые полчаса. Завтра я заеду за тобой в 11. И уж постарайся быть готовой.

— В 10.59, я буду внизу у подъезда.

— Будь. Лежи, я сам захлопну дверь, — с этими словами Гарик вышел и оставил меня наедине с моими размышлениями.

Тщательно осмысливая события сегодняшнего дня, я пришла к выводу, что мой напарник совсем не такая задница, какой изо всех пытается казаться. Посмотрим…

Я честно смазывала свою пострадавшую физиономию мазью, которую мне дал Гарик, но получилось у меня не больше четырех раз, так как я довольно быстро отрубилась.

Следующим утром случилось самое ужасное, что могло случиться. Я проспала. Проснулась без двадцати без 20у одиннадцать!!! Но, как показывает практика, девушка, которая спешит, может принять душ, почистить зубы и одеться ровно за 21 минуту. Внизу я была в 11.03. Надо ли говорить, что большой серебристый внедорожник уже стоял возле подъезда.

Гарик подошел ко мне, взял за подбородок и внимательно осмотрел.

Я мысленно приготовилась к очередному потоку оскорблений, но он лишь удовлетворительно кивнул, и ничего не сказав, сел за руль.

Мне было ужасно интересно, что же там у меня на лице. Вы не поверите, но я так и не удосужилась заглянуть в зеркало. Когда носишься по квартире со скоростью 5 метров в секунду, не так то легко сфокусироваться на чем — то.

В машине зеркала есть, и хотя полный обзор получить достаточно сложно, я умудрилась себя рассмотреть.

На лице не было ни-че-го. Ни царапинки, ни синячка. Как будто последние два дня, меня никто не бил, и я, ни откуда не падала. Более того, цвет лица был таким, словно я ела исключительно геркулес и каждый день делала клизмы.

— Что случилось? — я сидела тупо уставившись в зеркало.

— Что? — спросил Гарик не отрывая взгляда от дороги. — Ты наконец-таки рассмотрела себя в зеркале и поняла, что в жизни надо что-то менять.

— Что у меня с лицом? — уточнила я

— Ну, такое вот оно у тебя, не всем дано быть Шэрон Стоун. В принципе, ты могла бы прибегнуть к пластической хирургии, но я бы не советовал. Она пока не совершенна и может сделать все еще хуже, хотя в это трудно поверить. Но ты, не знаю, могла бы косметику какую-нибудь использовать, чтобы максимально замазать…

— Отстань ты со своими гадостями, — отмахнулась я от него, — у меня все в порядке. Ни царапинки.

— А ты не удосужилась даже в зеркало заглянуть? — Гарик наконец понял причину моего удивления, — Хотя, понятно, имей такую физиономию, я бы тоже заглядывал туда пореже…

— Далась тебе моя физиономия! — вспылила я. — Что случилось-то?

— Ничего особенного, просто дал тебе хорошее лекарство.

— А где нитки?

— Рассосались, слушай, давай я буду делать что-то одно, либо смотреть на тебя, либо вести машину, и ты уж извини, но я выбираю второе, — Гарик уставился на дорогу.

Я не знаю, чего он докопался до моей внешности. Все оченно даже неплохо. Симпатично. Не Шэрон Стоун конечно, не спорю, но обычно меня устраивает. За исключением, некоторых утренних часов, и когда я смотрюсь в зеркала при лампах дневного света. В этом случае я готова подписаться под каждым словом своего напарника. Хотя, я не знаю людей, которых бы подобное освещение красило. Или хотя бы не портило.

— А куда мы едем? — поинтересовалась я

— Сегодня будем просто кататься по городу, — надо же, он удосужился ответить. — Если что- то где то произойдет, мне сообщат. И поверь мне, я обязательно скажу тебе, а сейчас было бы здорово, если бы ты заткнулась, мне надо подумать.

Подумать ему надо, видите ли! Тоже мне, мыслитель нашелся! Конечно, ничего этого вслух я не сказала, а просто отвернулась, и стала смотреть в окно. За окном была Москва- столица нашей родины. В жаркий летний полдень!!!

Трудно себе представить в какой ад превращается большой город в жару. Бетон и стекло становится ловушкой для глупых людишек, которые соблазнились всем, чем может соблазнить мегаполис. Чувствуется даже малейшее движение воздуха, но оно бывает так редко. По раскаленному асфальту медленно ползут люди. В метро лучше вообще не спускаться. Во всем этот кошмаре актуально лишь одно желание — залезть в холодную ванну и утопиться. Чего конечно совершенно не хочется, если вы сидите в машине с кондиционером.

Больше всего, меня удивляло то, что нам удавалась передвигаться без всяких проблем на дорогах. Сначала я не понимала, каким образом Гарик избегает пробок, но потом поняла, что он получает инструкции в свой наушник.

Мы катались довольно долго, что после двух наряженных дней было скорее приятно. Гарик не донимал меня своими гадостями, рулил себе, слушал музыку, надо сказать вполне совпадавшую с моими вкусами (играли U-2) и я была практически довольна жизнью.

Мы были, где-то в районе Кутузовского проспекта, когда Гарик начал подавать признаки жизни.

— Где? — его голос был довольно взволнованным. — Что случилось? Да, он меня уже достал. У него совсем мозгов нет, — Гарик почти кричал. — Жанна, у меня есть полное право забить на него и пусть сам выбирается из этой переделки, как хочет. Нет, ты не причем. Ладно, не буду. Хорошо. Еду, — с этими словами он поставил на крышу мигалку, (совсем как в американских фильмах)резко развернулся и вдавил на газ.

Мы ехали молча минут пять, и я все гадала, соизволит ли он ввести меня в курс дела. Не соизволил. Пришлось выворачиваться самой.

— Гхм, — начала я, — прости, пожалуйста, Гарик, а что случилось?

— Да, есть у нас один придурок вампир… Они все немного с придурью, но этот особо отличается. Любой школьник знает, что вообще то, лишний раз появляться на солнечном свете вампиру не рекомендуется. Нет, в принципе можно, но злоупотреблять этим не стоит. Конечно, тот факт, что солнечный свет смертелен для вампиров довольно преувеличен, но правда в этом есть. И уж конечно не стоит им высовываться в такую жару на улицу. Так этот мудак не просто решил погулять вокруг своего дома, так еще и забрел неизвестно куда. На свидание, он, видите ли, собрался… Разумеется, ему поплохело. Еще бы! На такой жаре, когда обычные люди копытятся. Удивительно, что он еще зашел так далеко.