Форменное безобразие - 1 (СИ) - Могильнер Маша - Страница 47

— Это ты постарался? — я протянула ему лист.

— Мы давно перешли на ты? — Он посмотрел на меня, чуточку приподняв бровь. Нет, мальчик, я на твои обаяющие фокусы не куплюсь. Даже не думай.

— С тех пор как из девяти человек, я получила суперсложное задание, подробности которого должна узнать у тебя.

— Дорогая, — Эдмунд принял предложенную манеру общению, — ты думаешь мне больше делать нечего, как плести интриги, чтобы испортить тебе жизнь? Хочу тебе сообщить на всякий случай, что задания прописывали не мы. Они сугубо индивидуальны, согласно отчетам, которые мы предоставили, и насколько я знаю, на тебя отчет писала Эвелина.

— Так, какое у меня задание?

— Собирайся, поедем, по дороге расскажу.

Собираться, это значило взять свой рюкзак из комнаты и залезть в какой-то потрепанный джип, видавший на своем веку многое.

Никаких прощаний, никаких «увидимся», просто сели и поехали.

— Значит так, — Эдмунд пропустил введение и приступил непосредственно к делу. — Деревня, расположена примерно в восьмидесяти километрах отсюда. Все замечательно, все хорошо. Пошел слух, что там живут оборотни. Семья лесничего. Он и жена. Местные медленно начинают поднимать бучу, что грозит двумя вещами автоматически. Первое, они могут по старинной русской традиции взять вилы и пойти на басурмана, и тогда, сама понимаешь, прольется кровь. Либо, до этого дознаются какие-нибудь городские журналисты, приедут, начнут копать и если попадется кто-нибудь головастый, то он раскопает, что сто пятьдесят лет назад, там проживала очень похожая семейная пара. Можно конечно отболтаться, но в целом, не нужно нам, чтобы это всплыло. Сама понимаешь лучшее решение проблем это предупреждение неприятностей. Ты согласна?

— С-с-согласна. П-п-подожди, — я пыталась перестать заикаться. — Они, в самом деле, оборотни?

— Да, — Эдмунд кивнул так, как будто бы не сам рассказывал, что из всех индивидов с другой сутью, которых мы изучали на первоначальном этапе нашего обучения, самыми опасными являются именно оборотни. Хотя они и являются относительно миролюбивыми, но потенциальный ущерб, который они могут нанести любым существам, включая вампиров и людей, легко может привести к смертельному исходу или тяжелому ранению. Вспомнив все это, я поежилась. Кто там хотел с ними познакомиться? Спрашивается, кто меня за язык тянул.

— Да, ты не беспокойся, — он ободряюще похлопал меня по коленке. — Руслана и Людмил отличные ребята. Тебе понравятся.

Руслана и Людмил? Меня что разыгрывают?

Я внимательно посмотрела на Эдмунда. Нет, его лицо было спокойно Значит, все серьезно.

Я погрузилось в тяжкие размышления о своей тяжкой жизни. Боже ж мооой. Завезли непонятно куды, хотят, чтобы я с оборотнями якшалаааась. Надо было слушаться маму. А то вот таперича к оборотням сослали супостаты, а они ж меня сожруть и не подавятсяаааа. Тело мое юное и гладкое растерзають, ох горюшко то, горе какоеееее…

Не ручаюсь за дословность, но примерно такие мысли порхали в моей бедной головушке, пока мы прыгали по кочкам того, что в обычных странах называют пересеченной местностью, а в стране именуемой Россия- дорогой.

При этом скорость была довольно высокой, стрелка на спидометре не опускалась ниже шестидесяти километров, что для подобных условий, было более чем прилично.

Однако это означало, что мы приближаемся к месту моей потенциальной гибели с огромной скоростью. Когда о ком-то говорили, на всех парах летит к своей смерти, то обычно у меня рисовалась несколько другая картина.

— Приехали, — сказал Эдмунд, остановившись перед большим деревянным домом с множеством дворовых построек. — Все, ты на месте, — он не собирался выходить из машины.

— Эдмунд, а ты нас, мммм, не представишь? Там, протокол, how do you do? how do you do?

В ответ я услышала

— Не умничай. Это самостоятельное задание, так что все сама, — он хлопнул дверью и уехал, а я осталась стоять посреди леса в трехстах километров от большого города, перед домом, в котором жила семья….оборотней. Отлично. В следующий раз, когда я буду говорить вампирам гадости, нужно быть осторожнее. Если конечно этот следующий раз будет.

И что делать? Не стоять же вечно, тем более собака перед домом просто разрывалась от лая. Понятно, что на шум скоро выглянут хозяева, Надо потрудиться представиться самой. Мысленно посетовав на то, что не удосужилась застраховать свою жизнь, так хоть бы семье помогла, я сделала решительный шаг на крыльцо, собираясь постучать. Однако, опередив меня, дверь распахнулась и я увидела крупную, истинно сибирскую красавицу. Женщину, лет сорока- высокую, статную, с широкими плечами и большой грудью, с косой обмотанной вокруг головы. Вот уж действительно такая и коня на скаку остановит и в горящую избу…

— Здравствуй, — она приветливо посмотрела на меня, — ты как сюда забрела, детка? — Нет более краткого пути к моему сердцу, чем по-отечески меня приласкать(в данном случае по матерински), поэтому я сразу же начала улыбаться и пытаться объяснить, что же именно меня сюда привело, но она меня не очень то слушала.

— Ты, наверное, проголодалась, в дороге. Давай, заходи, будем обедать.

— Спасибо…но я…видите ли…я

— Возьми вон там крынку с молоком и поставь на стол, — она начала давать мне указания, — сумку свою брось в угол. Молодец. Тарелки возьми в шкафчике и ложки достань. Сейчас суп поспеет. Скатерть на полке, — я только и успевала, что следовать ее указаниям.

В результате, через пятнадцать минут в горнице — назвать эту большое светлое помещение, комнатой у меня не повернулся бы язык, стоял стол, накрытый на три человека. А на нем кроме тарелок и ложек, красовался чугунок с супом, крынки с молоком и простоквашей, и полкаравая порезанного хлеба. У меня возникло ощущение, что я попала в сказку. И ощущение еще больше усилилось, когда хозяйка закричала:

— Людмил, поторопись, обед стынет.

— Вот и славно, — это уже было сказано мне, — как зовут тебя?

— Мари… Маша

— Машенька, хорошее имя. Сильное. Давай, Машенька, иди сюда, помой руки и будем обедать, потом погутарим. Меня зовут Руслана, я здесь хозяйка, — она показала мне небольшой рукомойник за ширмочкой и я с удовольствием умылась холодной водой.

— Никак у нас гости, хозяюшка? — я услышала мужской голос. Выйдя из-за ширмы, я ущипнула себя. За столом сидел богатырь. Знаете, как описывают в былинах. Высокий, косая сажень в плечах, румяный мужчина, возраст которого было очень сложно определить из-за бороды, закрывавшей половину его лица, но выглядел он ужасно добродушным. А рокочущий бас, добавлял ощущение силы и спокойствия.

— Садись, гостья дорогая, — кивнул он мне, — здравствовать тебе.

— И вам не хворать, — нашлась я. Ощущение реальности происходящего стало меня потихоньку покидать.

— Давай, поешь, суп наваристый, хозяюшка моя приготовила, — Руслана, тем временем, налила мне большую плошку супа и бухнула туда солидный кусок мяса. Учитывая обстановку, мне пришлось проглотить мои обычные фразы "я, вообще-то, мяса не ем" и "а свинина кошерная?"

Пока Руслана разливала еду, я судорожно вспоминала все, что знаю о том, как нужно себя вести в подобной ситуации. Пресловутый диппротокол вам здесь не фига не поможет. Какая разница, можешь ли ты есть ножом и вилкой, и какой вилкой едят рыбу, а какой десерт, если все, что у вас есть, это тарелка и ложка. При этом хозяин- большой и приятный дядька сидит, молча смотрит на вас и улыбается себе в усы? Нет, тут нужна другая наука. Наука, о которой я имела ровно столько же представления, сколько большинство из тех, кто читает эти строки. Все ограничивалось русскими народными сказками и фильмами Александра Роу. Морозко и все в этом роде. Вспомнив, что Настенька была девушка- хорошая, а главное «неперечливая», я решила помолчать. Глава семьи тут Людмил, я вроде как гостья, так что негоже мне начинать разговор. Буду ждать, пока меня спросят.

Так что, я молча ела самый вкусный суп в моей жизни, закусывая все это огромным ломтем вкуснейшего хлеба (хлеб, я вообще то, тоже не ем), изредка прихлебывая воды из кружки. Людмил ел, посматривал на меня и на жену и посмеивался.