Ученики: Орисса-2 - Светлова Лена Леонидовна - Страница 21

— Орисса. — это прозвучало легким упреком — но в тоже время отнюдь не возражением. У Джефа потрясающе выразительный голос.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я побегу рассказывать об этом Дениэлу? — насмешливо спросила я, тем не менее боясь утвердительного ответа. — Получу орден имени Павлика Морозова!

— Павлика Морозова? — Джеф недоуменно нахмурился, но сейчас я была не в настроении рассказывать ему истории, как это делалось обычно. Неужели он не доверяет мне?! Мой бойфренд с честными-честными синими глазами?

Поймав краешек моей мысли, Джеф тяжело вздохнул и покачал головой.

— Ори.

— Не хочешь говорить — давай закроем эту тему. — сказала я, чувствуя себя на редкость пакостно. Называется, любопытство сгубило кошку. Молчала бы — просто наслаждалась бы чудесной прогулкой и обществом Джеффри. Последними с ним, между прочим, днями.

— Я хотел сказать, — он встал на ноги, заставив меня едва ли не взвизгнуть от ужаса: опирался-то он на пустоту, — что говорить так неудобно. — невозмутимо пройдя по воздуху ко мне, он взял меня на руки и перенес к своей горгулии. Я испуганно зажмурилась. — Вот так — совсем другое дело. — довольно сказал он, сев. — Я ощущаю тебя.

Геката, я-то и не задумывалась, в каких случаях Джефу удается читать мои мысли! Мне неожиданно пришло на ум, что каждая из вспышек его телепатического дара сопровождалась нежными прикосновениями, объятиями или — особенно — поцелуями.

— Тайник. — я пальчиком ткнула его в грудь, нарушая затянувшийся зрительный контакт. Я не собираюсь поддаваться его обаянию! — Но если окажется, что ты там прячешь фотографию своей первой любви, которую встретил в садике…

Джеф фыркнул:

— Еще чего, фотографии… Что за сентиментальность? Ладно, смотри! — вытянувшись на шеё каменного монстра, он засунул руку ему в пасть.

В фильмах ужасов такие твари обычно оживали, но эта — в магическом мире! — осталась неподвижной даже тогда, когда Джеф вернулся на место.

— Смотри. — на руке Джефа красовался сочно-красный, как клубничный мармелад камень. Внутри него причудливо переливался свет… стоп, камень еще и светился!

Джеф осторожно положил его мне на ладонь.

— Просканируй.

Я прикрыла глаза и сжала ладонь. Камень отозвался жарким теплом, перед глазами все стало рубиновым и плывущим. Дальше — яркая вспышка, и я, ошеломленная, пришла в себя.

— Это артефакт!!! Настоящий артефакт!!

— Безусловно. — Джеф широко улыбнулся. — Какой, определить можешь?

— Нет. — все еще растерянная, я смотрела на сияющий камень. Настоящий артефакт! У Ученика! Это, конечно, не Кольцо Всевластия, но все же…

Артефакты, полуразумные вещи с «врожденными» магическими способностями, были огромной редкостью. Одно дело — талисман, наделенный силой создателя. Другое — артефакт, непредсказуемая штучка, сама выбирающая себе хозяина и выкидывающая при отсутствии оного всякие нехорошие вещи. К слову сказать, Магистрат запрещал даже хранение артефактов.

— Это ключ между мирами. Выбираешь направление и открываешь Межмирную Дверь своим ключом. — Джеф ласково прикоснулся к артефакту.

Артефакт отозвался радостным всплеском, и мне стало ясно, кого этот камешек избрал своим владельцем.

— Ты уже использовал его?

— Да.

— Где ты достал его?

— Ш-шш. — Джеф приложил палец к моим губам. — Не будем об этом здесь. Договорились? Конечно, ты вызываешь у меня непреодолимое желание рассказать тебе все…

— Покаяться. — подсказала я.

— Неисправима, Рисса. — Джеф косо глянул на меня. — Ты неисправима.

Глава 6. Сумасшедший денек начинается.

Утром, когда я блаженно нежилась в постели под мягким, теплым одеялом, в спальне послышались шаги.

Я даже нос не стала высовывать, чтобы посмотреть, кто это. Только один человек имел нехорошую привычку будить меня по утрам.

— Джеффри. Доброе утро! — я все-таки выглянула из-под одеяла и послала ему улыбку.

— Доброе утро, Ори. — я удостоилась нежного поцелуя в щеку. — Пора вставать!

— Джеффри! — заныла я. — Дай мне еще поспать! Пожалуйста! Я так устала после этой свадьбы!

— Нет! — Джеф был непреклонен. — Вставай. Да и свадьба, к слову сказать, была не твоя…

— Джеффри! — я снова открыла глаза и жалостливо на него посмотрела. — Не будь таким злым!

Мой взгляд мог бы расжалобить и стену. Но Джеф даже не поморщился.

— Сама потом спасибо скажешь. Просыпайся!

— Не буду! — буркнула я и нырнула с головой под одеяло.

— Ори. — ласково позвал Джеф, склоняясь надо мной. — Выходи!

Ха-ха! Не дождется. Да и этот тон я знаю — стоит мне послушаться его, так спустя минуту окажусь в бассейне. Будит он меня так. А через пять минут он убедит меня, что поступил во благо мне, моей учебе и Секторам. Язык у него подвешен на славу, но по утрам первые четверть часа общения с ним моя защита держится. Магически заблокировав одеяло от стаскивания и перемещения в пространстве, я погрузилась в сладкий полусон.

— Орисса! — теперь в его голосе было возмущение. — Так нечестно!

Я спала и с удовольствием игнорировала его.

— И что мне делать с тобой, мой ангелок? — вздохнул Джеф, обращаясь, по видимому, сам к себе. Я ощутила, что он лег рядом. Настроение стало вообще радужным. Люблю засыпать в непосредственной близости от него…

Вдруг его рука скользнула под одеяло и погладила мое плечо. Ну… не только плечо. Я замерла, ощутив эту ласку. Но чувство «неправильности» полностью блокировалось бесстыдно-ярким удовольствием…

Весьма умелые пальцы перешли к шее; я выгнулась по-кошачьи, уже даже не пытаясь скрыть, насколько мне приятны его прикосновения. Тихий, довольный смешок, и под одеялом оказалась вторая его рука. Собственнически погладив не скрытое пижамой бедро, он перешел к коленям и неожиданно выдернул меня из-под одеяла. Разумеется, такое нахальство не осталось безнаказанным: гневно распахнув глаза, я отодвинулась от него сантиметров на пять.

— И прямо в руки запретный плод! — провоцирующе пропел Джеффри.

Запретный плод? Интересные ассоциации я у него вызываю…

— Доброе утро, милый. — проворковала я, обвивая руками его шею. Тесно прижавшись к его телу, я на некоторое время забыла, что мне нужно дышать. Прервав касание, я рвано втянула в себя воздух.

Джеф…

В конце концов, ведьма я или нет?

Не скрываясь, я оглядела его с головы до ног. Немного странно было делать это, сидя у него на коленях, но вышло очень даже демонстративно. Похоже, после нашего возращения Джеф не нашел в себе сил переодеться. Мои глаза невольно задержались на открытой коже, загар которой мягко подчеркивался белизной расстегнутой рубашки. Вот бы прижаться к ней губами… Интересно, говорил ли ему кто-то, что у него очень красивое тело?

На губах Джефа заиграла ехидная улыбочка.

— Нравится то, что видишь?

Судя по всему, говорили…

— Очень. — мурлыкающим голосом отозвалась я, поднимая взгляд к его губам. — Мне очень нравится то, что я вижу.

Играясь, я пальцами скользнула по его шее, плечам, груди, животу, словно рисуя затейливые узоры, то едва-едва касаясь кончиками пальцев, то задевая ноготками. Его кожа была искушающе теплой; не удержавшись, я провела ладонями сверху вниз, медленно-медленно, а затем, крепко обхватив руками его талию под рубашкой, тесно прильнула к нему.

— Я польщен, моя Ори. — медленным, без тени насмешки голосом ответил он. Одна его рука обняла меня за плечи, другая неторопливо погладила вытянутые ноги. Слишком неторопливо, слишком спокойно… Я невольно подумала, что играю с огнем, но меньше всего на свете мне сейчас хотелось останавливаться.

Потершись носом о плечо Джефа, я открыла глаза и принялась любопытно разглядывать его. К примеру, кончики его волос были мокрыми и завились в кольца: он уже успел сегодня принять душ…

Отстраненные мысли вылетели из моей головы, когда капля воды с темных волос Джефа упала на его шею и побежала вниз. Я облизнулась.