Радуга Ллинн-Хейма - Гуськова Татьяна - Страница 41

– Вот еще, помрет она! – возмутился Брик. – Не говори глупостей!

Постепенно, не смотря на протесты пустых животов, все начали потихоньку дремать. Я прислонилась к какому-то могучему корню. Мгла подошла и улеглась рядом, накрыв теплым боком мои ноги. Нор о чем-то тихо беседовал с Велеей, потом эта парочка тоже уснула, чуть ли не в обнимку. Лорин клевал носом. Брик уселся рядышком с Эрэд и задремал, положив голову ей на плечо, харид не возражала, задумчиво глядя в костер мерцающими в отблесках пламени глазами. Наш новый знакомый тоже притих… Я закрыла глаза и провалилась в сон.

– Тихо! – раздался шепот над ухом. Кто-то зажал мне рот ладонью.

Ллинни!

Видя, что я проснулась, он отпустил меня и указал куда-то в темноту. Костер почти угас, лишь самые упрямые угли бросали алые отсветы на лица моих спящих спутников. Сон сморил даже неутомимую Эрэд.

– Что?

И тут я заметила движение. Неуловимое, призрачное, но все же оно было. Словно что-то шевельнулось, но тут же слилось с корой.

– Что это? – сердце испуганно забилось. – Какой-то зверь?

– Не знаю. Оно уже давно здесь. Похоже, следит за нами. Не стоило забираться так далеко в лес.

Я вздрогнула, краем глаза уловив движение в другой стороне. Действительно, как будто кора на миг двинулась.

– Нужно разбудить ребят! – я толкнула Мглу ногой, волчица посмотрела на меня сонным взглядом, зевнула, а потом положила голову обратно на лапы.

– Погоди. Может опасности никакой и нет, – он кивнул на волчицу.

– Она может и не почувствовать!

– Скажи мне, что тебя связывает с этими людьми?

– Что? – я недоуменно посмотрела на мужчину. Он сидел совсем близко, можно было рассмотреть каждый шрам на бледном лице.

– Ты же ллиннэх. Из хорошего рода. Что ты делаешь здесь вместе с этим отребьем?

– Что?! Ты что говоришь! Во-первых, мои друзья не отребье! Во-вторых, я как раз из рода этого самого отребья, вот он, – я кивнула на Лорина, – мой брат!

Ллинни вскинул в удивлении брови.

– Полукровка! С такими способностями?!

Странный какой-то. Я отодвинулась от него подальше. Было ощущение, что этот человек обо мне что-то знает, его намеки на мой род, удивление по поводу того, что Лорин мой брат… Не обязательно же ему знать, что брат не родной.

– А что с моими способностями?

– Они весьма впечатляют. Но откуда у тебя? – он указал на Мглу. – Или вилийцы научились разводить ездовых волков?

– Нет, не научились. Мгла из Ллинн-Хейма. Мне ее подарил сам Пресветлый король.

– С чего такая честь для полукровки?

– Его Пресветлое величество более терпим к нечистоте крови, чем ты.

– Это-то меня и удивляет

– Чем?

– Лояльностью ллиннэх к людям.

– Что же мы должны ненавидеть друг друга?

– Мы – разные!

– Посмотри на них, – я кивнула на Брика и Эрэд. – Они тоже разные. Настолько, насколько это может быть возможно. Она – харид, а в нем течет кровь ллинн-хеймцев и вилийцев. Но он любит ее, хотя из этого ничего никогда не получится. Или вот они. Так не подходящие друг другу даже внешне. Я указала на Норэга и Велею.

Мужчина смотрел на меня странным взглядом.

– Странные речи я слышу из уст твоих, ллиннэх.

– Чем же они странные? Я наслушалась подобных речей из уст вилийцев. И рада, что есть люди, которые думают по-другому, которые хотят мира. Хватит войн. Еще одна и Ллинн-Хейм опустеет так же, как Кейрион. И я всеми силами буду стараться, чтобы не допустить ее!

– А тебя хорошо выдрессировали твои воспитатели!

Я вспыхнула.

– А могу я узнать имя того, кто так пренебрежительно отзывается о людях, воспитавших меня?

– Имя? – ллинни криво усмехнулся. – Мое имя тебе ничего не скажет. Но, впрочем, можешь называть меня Фарн.

– Фарн? Чертополох?

– И что же может сделать маленькая полукровка для того, чтобы не допустить войны? – Фарн протянул руку и коснулся моих волос.

Уши дрогнули и встали торчком. Я зашипела прямо ему в лицо.

– Многое может! Если эта маленькая полукровка – Темная королева.

Мужчина доверчиво усмехнулся, а потом шутливо поклонился.

– Рад служить, "Ваше Величество"!

– Рада, что остались те, кто служит делу мира.

Мы с Фарном одновременно вздрогнули. Воздух чуть в стороне от костра потек, будто в знойный день, и перед нами соткалась фигура. С существа, казалось, стирали кусочки внешнего мира, придавая ему человеческий облик. Человеческий не до конца… Лицо с огромными продолговатыми глазами, небольшим носиком и высокими скулами, очень напоминало лица ллинн-хейнцев. Из пегой гривы коричнево-черно-зеленых волос торчали уши, не такие большие как у меня или Фарна и без кисточек, но тоже острые. На груди и животе тело покрывал короткий серебристый мех, по цвету почти сливающийся с кожей, полоски более длинной шерсти тянулись вдоль всей внешней стороны рук и ног. А шею существа украшало ожерелье, из продолговатых серых бусин с черными прожилками и белой агатовой подвеской.

Блеснули глаза Эрэд, она осторожно отстранила Брика и бесшумно вытащила меч.

И тогда мир вокруг нас зашевелился. Они были всюду. Мужчины и женщины. Висели на стволах, цепляясь крепкими когтями. Вставали с земли, теряя окраску опавшей листвы. Серебристые, зеленоватые, коричневые и пегие. Вымерший народ кейев.

Лорин, который, как оказалось, тоже проснулся, подкинул веток в костер.

Кейя прищурилась.

– Мое имя Кей, – сказала она довольно громко.

Теперь проснулись уже все.

– И вы нарушили покой нашего леса! Чего не случалось уже много веков…

Ответом ей было молчание, да и что мы могли сказать в свое оправдание. Пальцы Эрэд крепче сжались на рукояти меча.

– Что вам понадобилось здесь? – слабо светящиеся желтоватые, как масло, глаза уставились почему-то прямо на меня.

– Убежище.

Кей кивнула.

– Хорошо. Но завтра вы должны покинуть лес и не говорить никому о том, что видели здесь.

– Мы не можем.

– Почему?

– Нас преследуют. Да и заплутали мы слегка.

– Хорошо, я дам вам проводника. Но взамен… – Кей подошла ближе и протянула ко мне руку, сжатую в кулак, из него свисало, покачиваясь, ожерелье Хранителя. – Взамен вы увезете это из Кейриона.

– Как оно попало к вам? – удивилась я, принимая на ладонь один из сильнейших артефактов мира.

– Человек. Он жил в замке рядом с Кейрионом. Его присутствие тревожило нас, он нарушал спокойствие мира, напоминал наших старых врагов. Но он никогда не приближался к нашему дому, который мы не могли покинуть, чтобы помешать ему. Но сегодня он сам пришел в наш дом!

Так закончилась история о Красном мастере. Обладать такой силой и так бездарно растратить ее, обладать почти божественным могуществом, чтобы тихо сгинуть в лесу. И все это из-за мести, из-за глупых детских обид.

Ожерелье, словно раскаленное, жгло мне руку, все те мерзости, что творил его временный хозяин, грозили захлестнуть меня с головой. Я завернула его в кусок холстины и убрала в сумку, к своим сокровищам. Не знаю, кто и как скоро сможет надеть эту оскверненную вещь, мне казалось, что сейчас из безобидных на вид камней извергнутся реки крови.

Утро принесло боль во всем теле и новые неприятности – за ночь здорово похолодало, сквозь сетку ветвей в вышине проскальзывал и медленно падал вниз крупный пушистый снег. А я опять босиком. Да и Лорин одет не очень тепло, в куртку Эрэд, не сходящуюся у него на груди. Про Фарна и говорить нечего. Ллинни был бос и обряжен в какие-то лохмотья. Брику пришлось для него пожертвовать одеялом, в которое он укутывал дронл. Из этого же одеяла мы соорудили мне и бывшему пленнику кое-какую обувку. Фарн, с дырявым одеялом на плечах, походил на погорельца, а вся наша компания целиком – на беженцев.

– Вы готовы? – раздался голос сверху. На стволе дерева, на высоте трех человеческих ростов на стволе дерева, как муха, головой вниз висела кейя. Она проворно спустилась, похожая на огромного паука, легко спрыгнула на землю.