Радуга Ллинн-Хейма - Гуськова Татьяна - Страница 42

– Где вас вывести из леса?

– Все равно, лишь бы подальше от замка.

Наша проводница оказалась на удивление болтлива. Она говорила обо всем, о нашем странном на ее взгляд виде, о смешных животных, на которых мы ездим, обо всем, что видели ее глаза. А как только между деревьями появился просвет – растаяла, будто и не было никого.

Глава 7

ДОМОЙ!

Осень сдала позиции, и мир засыпало снегом, когда к небольшому городку, известному только тем, что в нем находилась Вилийская Академия магических искусств, подъехали пятеро замерзших всадников. Стража на воротах сначала приняла их за бродяг и никак не хотела пропускать.

– Открывай! – Лорин показал перстень с печатью придворного мага.

Ворота недоверчиво медленно распахнулись, и мы въехали в Увер.

– А матушка не будет возражать, если мы вот так завалимся к ней всей оравой? – спросила я.

– А почему она должна возражать? Мы возвращаемся с победой! К тому же не такая уж и орава, всего пять человек.

Велея, в замке которой мы немного погостили, с нами не поехала, проводив только до границы собственного владения, но взяла с нас обещание обязательно ее навещать. Норэг всю оставшуюся дорогу только тяжело вздыхал. А Фарн просто пропал по дороге, проснулись, а его и след простыл. Интересно, куда он отправился? Если в Ллинн-Хейм, то мне в самом скором времени предстоит встреча с ним. Почему-то разноглазый ллинни вызывал у меня самые противоречивые чувства. С одной стороны, он мне понравился, такой загадочный и странный, а эта его ехидная улыбка, смешные уши, торчащие в разные стороны, и неловкие движения… Неприязнь вызывали его взгляды на жизнь и почти открытая неприязнь к моим друзьям. Всю дорогу я пыталась разговорить его, но он или угрюмо отмалчивался, или отвечал настолько иносказательно, что я ничего не могла понять из его речей.

Город моего детства. На главной площади возвышались порядком присыпанные снегом башни Академии. Мы свернули с главной улицы вправо и оказались у ворот дома ректора.

– А если матушка еще не вернулась из Вилома?

– Ну, думаю, слуги нас узнают и пустят переночевать.

Мы с Лорином расхохотались.

Дом почти не изменился, только вот кусты, посаженные мной вдоль ограды вымахали в небольшие деревья, похоже, без меня их никто не подстригал.

На шум вышел старенький управляющий, он, приставив ладонь ко лбу, подслеповато заморгал на нас глазами.

– Лорин, Синнора! – старик проворно сбежал с крыльца, обнял нас обоих.Голубые выцветшие глаза пробежались по моему лицу.

– А ты стала самой настоящей красавицей!

– А ты совсем не изменился, Вилан.

Тут он обратил внимание на наших спутников.

– Сейчас я позову конюха, он позаботится о лошадях, а вы проходите в дом. Госпожа Лидора уже заждалась.

– Что?! – мы с Лорином ошеломленно переглянулись.

Матушка и в самом деле ожидала нас.

– Синнора, Лорин, – легкий кивок в нашу сторону. Мы почтительно поклонились в ответ. – Норэг.

– Здравствуйте, госпожа ректор, – пять лет прошло, а Нор все еще не может без страха смотреть на нашу матушку.

– Эрэд, Брик. Рада видеть вас всех в добром здравии. Для вас приготовлены комнаты, приводите себя в порядок, я жду вас в обеденном зале.

И она величественно удалилась.

Брик недоуменно посмотрел на нас с братом.

– Она что, всегда так?

– Что? – не понял Лорин.

– Она всегда так холодна с вами или это из-за того, что мы мешали?

– Матушка всегда была добра к нам. Всегда заботилась и оберегала.

Менестрель бросил на меня сочувствующий взгляд.

Тут появился Вилан.

– Пойдемте, деточки, я покажу вам ваши комнаты!

Старый управляющий тащил нас по лестнице на второй этаж и болтал без умолку. О том, что кухарка собралась ехать к сыну внуков нянчить, а где теперь найдешь хорошую прислугу, что садовник совсем запил и если бы не доброта госпожи Лидоры…, а Лан, сын конюха – толковый паренек, уже во всем отцу помогает…

Тут я вспомнила о важном!

– Вилан! Мою лошадь нужно накормить!

– Не беспокойся, Синнора, накормят твою лошадь.

– У нее особая диета! – рассмеялся Лорин.

– Ну не сырое же мясо она ест!

Вилан непонимающе моргал, глядя на то, как мы содрогаемся от хохота.

Матушка уже восседала за столом, мы молча заняли свободные места, так же молча приступили к трапезе. Наконец Лорин не выдержал.

– Матушка, как ты узнала о том, что мы приедем?

Госпожа Лидора на мгновение прикрыла глаза, потом взглянула на сына.

– Если бы ты вместо учебы не валял дурака, то тоже кое-что умел бы.

Лорин пристыжено опустил голову.

– А теперь я хочу услышать о том, что произошло.

Все молчали, не зная с чего начать, потом Брик откашлялся:

– Неприятности начались, как только мы съехали с дороги…

Слуги убрали со стола, принесли легкое вино, сдобные булки и нарезанный тонкими ломтиками сыр, а рыжий менестрель все продолжал говорить. Его рассказ тек неторопливо и плавно, в некоторых местах он начинал говорить в рифму, выдавая целые куски из будущих баллад. Изредка Брик поглядывал на Лорина или на меня, требуя подтвердить. Наконец наш болтливый друг произнес последнюю строфу и потянулся к бокалу с вином, чтобы промочить горло.

– Что ж. Победа добыта вами. С трудом, но вы справились. Совет магов нисколько в вас не сомневался.

– Но Красного мастера победили не мы! – возразила я.

– Но если бы не вы, Скин никогда не попал бы в Кейрион, где Хранительница с ним покончила

– Но почему ей было не уничтожить его раньше? Она же сама говорила, что он ей мешал, – решился задать вопрос Норэг.

– Пути Хранителей неисповедимы. Очень часто они любят делать основную работу руками обычных смертных.

– Меня больше занимает другой вопрос, – Лорин посмотрел на матушку, – ведь ожерелье Хранителя один из самых могущественных артефактов, он дает владельцу силу, почти равную силе Хранителя.

Госпожа Лидора согласно кивала на каждое слово сына.

– Но почему, когда Красный мастер хотел уничтожить меня и Синнору, магия ожерелья не подействовала?

– Что? – об этом моменте Брик не упоминал. – Подробнее, пожалуйста.

Лорин рассказал. Не так красиво, но более содержательно.

– Никогда не слышала о подобном, – но мне почему-то показалось, что матушка лжет. – Может ожерелье фальшивое? – она нервно потерла висок.

– Я могу принести, показать! – вспомнила я о нашем главном трофее.

– Да, Синнора, будь добра.

Я бегом ринулась в свою комнату, вытащила из-под кровати сумку, куда успела благополучно затолкать ее, сунула руку под подкладку… Стоп! А где ожерелье? Ведь помню, что клала его вместе с другими самоцветами. Я вытряхнула содержимое на кровать, перерыла вещи, разбросала по покрывалу камни. И тут внезапная догадка чуть не сбила меня с ног. Фарн! Он видел, куда я прячу ожерелье. Я и не доставала его ни разу. Сумки много раз оставались без присмотра, ллинни мог забрать ожерелье в любой момент.

С трудом передвигая ноги, я вернулась обратно к друзьям. Они, видя мою убитую физиономию тут же заподозрили неладное.

– Синни! Что случилось?! – Лорин привстал.

– Ожерелья нет, – уши печально и виновато повисли, почти касаясь плечей кончиками кисточек.

– Как нет! – удивился Нор. – Куда же оно делось?

Брат со злостью стукнул кулаком по столу и с кривой ухмылкой откинулся на спинку стула.

– Этот тощий проныра! Я так и знал, что за ним нужен глаз да глаз! Но вот не уследил!

Разошлись мы поздно. Каждый строил предположения о сроках появления нового Красного мастера. Будет ли новый еще страшнее? Одна госпожа Лидора оставалась на удивление спокойной. Впрочем, она всегда такая.

Но как я могла упустить ожерелье, ведь Кей отдала его именно мне! Все из-за того, что я думала не об ожерелье, а совсем о другом.

Одеяла и простыни сбились, вода в кувшине на столе закончилась, а я все крутилась, тщетно пытаясь уснуть. И вдруг поняла, что ужасно хочу есть. От ужина в животе остались одни воспоминания. Наверняка, в кухне можно найти какую-нибудь еду. И я отправилась туда. Не одеваясь и не беря свечи, надеясь быстренько проскочить незамеченной.