Возвращение в рай - Хенке Ширл - Страница 68

— Риго Торрес живуч, как кошка. Наша попытка убить его снова провалилась. Меня едва не поймали дикари, служащие его отцу. Здесь все описано подробно. Сегодня ночью я отплываю в Эспаньолу с вашим письмом к Рейнарду.

Рани не разобрала, что пробормотал его собеседник, в этот момент Бриенн поклонился и направился к тому месту, где она пряталась! Рани поспешила обратно в зал, где нашла капитана глазами. Он, кажется, не заметил ее, но она не успела рассмотреть человека, с которым он говорил. Они собираются убить брата Бенджамина! Рани оглядела зал в поисках своего возлюбленного, но его нигде не было. В любом случае он не поверит ей.

Бриенн сказал, что отплывает этой ночью. Если она наденет свои цыганские лохмотья, то сможет проникнуть на корабль и стащить письмо с инструкциями того человека, который мечтает о том, чтобы Риго Торрес был мертв. Невольно она улыбнулась.

— Я начинаю думать, как гадьо, — пробормотала она, поспешно направляясь к дверям. Она может добраться до гавани, взяв носилки Фонтене, и переодеться в них. Будет несложно, за плату, одолжить у какого-нибудь его слуги одежду для небольшой прогулки. Приняв величественный вид, Рани подплыла к воротам дворца Торресов и приказала привратнику дать указания слугам, носившим носилки Фонтене.

Спустя несколько минут она уже устроилась в роскошных носилках, и слуги понесли ее в сторону порта. Рани принялась отрывать драгоценные камни от шлейфа, моля Бога, чтобы Оливия простила ее за это варварство. Внезапно носилки остановились. И прежде чем она успела просунуть голову между бархатными занавесками, слуги опустили ее на землю. Послышались и стихли звуки борьбы, занавески раздвинулись, и в окне показался ястребиный нос Люка Бриенна.

— Ну, мадемуазель в алом, наконец-то мы встретились. Я помню тебя с того самого дня, когда поймал на берегу. Какой ты была смешной маленькой кошечкой. Но воровка — всегда воровка. Теперь представь мое удивление, когда я увидел тебя в этом роскошном платье во дворце Торресов, где ты опять подслушивала, да еще и решила проследить за мной. — Он почесал подбородок и наклонил голову, разглядывая ее.

— Я не преследую вас и даже не думала подслушивать, — ответила Рани с напускным равнодушием.

— Тебе следовало выбрать платье потемнее, если ты собиралась прятаться в тени, — он рассмеялся, потом нахмурился. — Что бы ты ни задумала, я не могу позволить тебе это. Ты можешь помешать моим собственным планам.

Он щелкнул пальцами, к нему подошли два дюжих моряка; и полезли в носилки, чтобы вытащить Рани.

— Не трогайте меня! Исаак Торрес снимет с вас голову за это!

Бриенн снова расхохотался, когда моряки сцепились с упирающейся Рани.

— Думаю, Исаак Торрес будет только рад, если я избавлю его от воровки, которую его племянничек привез с испанской войны. — Он повернулся к одному из моряков и скомандовал:

— Вытаскивай ее — только осторожно.

Рани закричала, и матрос попытался закрыть ей рот. Она тут же укусила его за палец и, почувствовав противный запах, исходивший от его кожи, сплюнула. Его товарищ не мешкая сгреб ее в охапку и, вытянув из носилок, взвалил на плечо.

— Накрой ее этим, — сказал Бриенн, снимая с плеч тяжелый плащ. — Ее одежда и украшения привлекают внимание.

Он потыкал носком башмака слуг, несших носилки, решив, что те мертвы. По дороге к заливу он раздумывал, что делать с девчонкой.

А в большом зале дворца Торресов Бенджамин разыскивал Рани. Наконец он решил поискать Оливию и спросить ее где может прятаться ее подружка.

Он встревожился еще больше, когда кузина в ответ на его вопрос тоже принялась удивленно оглядывать зал.

— Я не видела ее уже на протяжении часа, но поскольку тебя тоже не было, я решила…

— Ты решила неверно. Я был один в саду. В последний раз я видел ее в окружении целой толпы мужчин, и все они смотрели на нее как на лакомый кусочек за столом.

Оливия улыбнулась.

— Ты просто ревнуешь. Признайся.

— Она моя женщина, Оливия. И я не хочу, чтобы какой-нибудь другой мужчина забавлялся с ней и заигрывал, словно она обычная светская дама, жаждущая выйти замуж.

Глаза Оливии смеялись.

— А почему бы и нет? Если ты не хочешь жениться на ней, захочет кто-нибудь другой.

— Только если ты подсластишь сделку изрядной суммой. Никто из этих людей не возьмет в жены цыганку, да еще и не девицу. Я не хочу, чтобы она сделалась несчастной на всю жизнь.

— Но ведь ты сам делаешь ее несчастной, Бенджамин. И в твоей воле сделать ее счастливой, потому что она любит тебя, и никого больше.

Он холодно взглянул на Оливию.

— Ты вмешиваешься не в свое дело. Я несу ответственность за Рани и смогу позаботиться о ней без посторонней помощи.

Бенджамин обошел зал и внутренний двор, приказав слугам обыскать дом. Наконец к нему привели привратника. Старик доложил:

— Она уехала в носилках Фонтене, ваша честь, больше часа назад.

— Куда она поехала?

— Не знаю, но слуги пошли в сторону базилики.

— Сомневаюсь, что ей вздумалось помолиться, скорее всего она отправилась в порт. — Бенджамин отпустил старика, потом отправил послание Ною Фонтене с сообщением, что он ищет Рани и их носилки.

Улицы были пусты. Прямо за базиликой Святого Виктора он обнаружил носилки. Бенджамин со своими людьми поднял и осмотрел четверых слуг, несших носилки, — казалось, на них напали грабители. Его сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда он обнаружил, что носилки пусты. Рани похитили! Потом один из слуг слабо застонал. Опустившись на колени, он приподнял голову несчастного, с огорчением вспомнив, что не взял свою медицинскую сумку.

— Кто это сделал? Где леди? — он перевязал куском бархатной занавески кровоточащий бок слуги, но это почти не помогло остановить кровь.

— Она… приказала нам отнести ее к заливу… «Привидение»… пиратское судно… он поджидал нас… — Он попытался вздохнуть, и его голос сорвался от кашля.

Бенджамин увидел бегущего к ним человека, которого он послал к Ною. Слуга был уже мертв. Что же с Рани? Почему она решила покинуть праздник и преследовать пирата? Бывал ли тот раньше в доме Торресов? Вскочив на Аверроеса, он скомандовал своим людям:

— К Лакидону!

Прибыв в гавань, они нашли причал, где стояло «Привидение», пустым — корабль, как призрак, в честь которого он был назван, растаял в тумане, тянущемся с моря. Бенджамин растерянно смотрел в море. Рани была на борту пиратского корабля, неизвестно где, во власти людей, поставивших себя вне закона. Он чувствовал себя беспомощным как младенец, но главное, он вдруг осознал, что любит ее. «Но уже поздно. Она никогда не узнает об этом».

Ной положил руку на плечо Бенджамина.

— Мы найдем этого Бриенна. Я слышал о нем и о его корабле. Говорят, он незаконно продает черных рабов плантаторам в Эспаньоле.

Очнувшись, Бенджамин повернулся к Фонтене.

— Эспаньола! Если бы я сказал Рани, что она будет жить там с моей семьей, может быть, ничего этого не случилось бы. Пошли вдогонку своих лучших людей, Ной. Я хочу знать, где мне искать этого пирата!

— Ты найдешь ее, Бенджамин. Оливия убьет нас обоих, если мы позволим какому-то бандиту нарушить ее столь тщательно разработанный план.

Рани очнулась в постели. И первое, что она почувствовала, — это страшную боль в спине. Потом она ощутила качку. Бледный свет сочился через маленькие окошки с одной стороны комнаты. Уже почти рассвело. «Что за странное место». — подумала она.

В комнате был низкий потолок и странная, хоть и шикарная, мебель. Ничего не стояло само по себе, а было прибито к полу, даже небольшая круглая ванна в дальнем углу комнаты.

Корабль — она была на корабле. «Привидение», пиратская каравелла Бриенна! Рани упала обратно на мягкое и толстое бархатное одеяло, обводя взглядом комнату в поисках оружия.

Ничего подобного не найдя, она встала и добралась до края узкого окна. Но все, что она смогла увидеть, были серые океанские волны до самого горизонта. Бриенн везет ее с собой в Эспаньолу или: собирается скормить акулам! Рани подавила тошноту — в ней проснулась ее старая цыганская боязнь воды. Как быстро все манеры гадьо слетели с нее, когда она подумала об ужасной смерти в океане!