Мужья и любовники - Харрис Рут - Страница 103

И все же Кирк не мог избавиться от ощущения, что с Кэрлис что-то происходит. Она отказывалась от участия в экскурсиях, предпочитая читать бестселлеры, целую кучу которых привезла с собой из Америки. Она каждый день звонила на работу, казалось, что она ищет повода прервать отпуск и поскорее вернуться домой. Впрочем, сама она это отрицала.

– С чего бы это мне бежать из рая? – Кэрлис кивнула в сторону роскошно обставленной террасы, откуда открывался потрясающий вид на кипарисы и море. – Да меня на аркане отсюда не вытащишь.

И все-таки его это не убедило.

– Кэрлис, тебя что-нибудь тревожит? – спросил Кирк.

– Да нет, – ответила она. Озабоченность Кирка ей не нравилась. Неужели он что-нибудь подозревает? По его виду разве скажешь? – такой же непроницаемый, такой же уверенный, как обычно. – Видишь ли, – и это была чистая правда, – с Томом становится все труднее и труднее работать. Он делает вид, что симпатизирует тебе, но я точно знаю, что он под меня подкапывается. Впрочем, ерунда, обычные интриги.

– Ну, если дело не во мне, – начал Кирк, – если это не я тебя чем-нибудь огорчил…

Кэрлис посмотрела на него, и слезы брызнули у нее из глаз.

– Ты? Ты огорчил меня? – Она крепко его обняла. – Да нет же, разумеется, нет!

Он прижал ее к себе, и с этого момента Кэрлис стала такой Кэрлис, которую он всегда знал. Служебные интриги – это ему было понятно.

Глава IX

Едва Кэрлис вошла к себе в кабинет в понедельник утром, как на столе ее зазвонил телефон.

– Есть люди, которые сходят с ума, оказавшись в августе без своих психиатров. А я сошел с ума без тебя, – это был Джордж, и голос его звучал нежно и настойчиво. – Когда увидимся? Прямо сейчас? Немедленно? Или еще быстрее?

Немедленно? Он хотел видеть ее немедленно! Это она хотела видеть его немедленно. Это она так скучала по нему все это время, что места себе не находила. Все, что ей было нужно, все, о чем она думала, – это упасть в его объятия, ощутить вкус его губ, почувствовать прикосновение его рук.

– Не могу, – грустно сказала она. Она вспомнила, как однажды ушла с работы, чтобы встретиться с Кирком, когда они еще не были женаты и не встречались как любовники. Тогда она пошла, потому что ей нечего было терять. Сейчас она была уже другой Кэрлис – ей было что скрывать, а потерять она могла все.

– Не можешь? – В голосе его слышалось отчаяние.

– Сейчас нет, – и она стала перечислять свои дела в первый день после отпуска: надо встретиться с Джошуа, потом с Лэнсингом. Затем встреча с оператором кабельного телевидения, а сразу после нее – летучка. Обедает она с Адой, затем совещание по поводу проекта, связанного с «Янки Эйр», далее – первое свидание с новым клиентом. И наконец, они с Кирком идут на коктейль с продавцами компьютеров. Все это, не говоря уже о двух кипах бумаг, писем, пакетов, которые накопились в ее отсутствие и на каждом из которых было написано или «важно», или «немедленно», или «срочно», нужно сделать сегодня.

– Сегодня я должен увидеть тебя! – решительно заявил Джордж. – А если нет, я заявлюсь к тебе на работу и просто уведу тебя.

Он повесил трубку, польстив ей своим нетерпением и испугав угрозой.

Неужели он и впрямь заявится сюда? Что она скажет людям? Как объяснит, кто он такой? Сердце ее бешено колотилось. Она мигом лишилась способности здраво рассуждать – звук его голоса так же волновал ее, как и его прикосновение. Она вдруг почувствовала, как в ней неудержимо растет желание. Как бы он ни хотел ее, она хотела его больше. В этот момент снова зазвонил телефон.

– Серджио, – сказала секретарша, и Кэрлис со вздохом откликнулась.

– Цинцинатти! – гневно выдохнул он прямо в трубку. – Что там за кретины работают у вас в пресс-отделе? Они включили меня в программу местного телевидения! Местного!

Похоже, сам этот факт лишил Серджио дара речи. До Кэрлис доносились из трубки невнятные звуки, словно кто-то всасывал воздух, Серджио звонил из дому и разговаривал, лежа на надувном плоте в своем бассейне. Пока он исходил яростью, Кэрлис подумала, что никогда не плавала с Джорджем. Интересно, как-то у него получается. Она задавалась тем же вопросом, когда купалась с мужем в Средиземном море. Моральная неверность заставляла ее чувствовать свою вину даже острее, чем неверность физическая, но поделать она ничего не могла.

– Кэрлис, скажи им, что Серджио Малинари не едет в Цинцинатти, – продолжал он вкрадчивым шепотом всемирной звезды. – Далее…

В холле она столкнулась с Джошуа Хайнзом, и он на бегу сказал, что у «Истерн аэрлайнз» в последнее время что-то не сходятся концы с концами.

– Кэрлис, у вас вроде много материалов накопилось по этой компании? – понизив голос, чтобы никто раньше времени не узнал о сногсшибательной новости, спросил Джошуа. – Может, займемся ими?

– Займемся кем? – спросила она, все еще думая о Джордже.

– «Истерн», черт побери! – Хайнз был явно раздражен тем, что его заставляют терять время. О чем она, в конце концов, думает? Вообще, в последнее время она, похоже, уже не все свои силы и энергию отдает работе. Том давно об этом говорит, и, кажется, он прав. Кэрлис Арнольд платят шестизначную сумму не за то, чтобы она упархивала во Францию, а затем возвращалась, занятая собой.

– Помилуй Бог, Кэрлис, каникулы закончились! Вы на Мэдисон-авеню, а не на Антибах! Встряхнитесь! К середине дня жду от вас предложений, – и он зашагал в сторону своего кабинета.

Все заседание правления она просидела, слушая как в тумане, что говорится вокруг. Словно откуда-то издали доносились до нее отчеты о делах старых клиентов и новых клиентов, о клиентах, чье финансовое положение внушает опасение, и клиентах, которые ищут новых партнеров. Кто-то говорил о том, что в дамской комнате необходимо поставить новый диван и что в регистратуре надо более подробно заполнять карточки. Большое оживление, судя по всему, вызвал рассказ о том, что вышел из строя автомат, торгующий кока-колой, и потому в прошлую пятницу едва ли не всем сотрудникам пришлось выходить пить на улицу. Наконец, возник вечный спор о процедуре заказа конференц-залов под встречи. Слова звучали смутно, обтекая Кэрлис, а она все еще не могла прийти в себя, ожидая, что всякую минуту может ворваться Джордж. Внезапно она сообразила, что к ней обращается Джошуа.

– Что там у вас происходит с Серджио?

– Ничего, – недоуменно ответила Кэрлис.

– Он жалуется на вас.

Кэрлис пояснила, что, выслушав Серджио, она изменила программу его рекламной поездки. В извинениях она не рассыпалась, но была вполне корректна. Джошуа принял ее объяснение, но по выражению его лица было видно, что он недоволен.

Кэрлис вернулась с обеда в половине третьего, а совещание по поводу «Янки Эйр» окончилось без четверти четыре. Встреча с новым клиентом была назначена на половину пятого. Если она перенесет ее на следующую неделю, то сможет успеть на часок забежать к Джорджу перед тем, как отправиться с Кирком на прием.

– Не поверишь, как я скучал по тебе! Думал, не выдержу. Выглядишь ты потрясающе! – говорил он, заключая ее в объятия. Было без четверти пять, и косые лучи августовского солнца, освещая комнату, придавали ей особое очарование. – Великолепно, замечательно, неподражаемо.

Он принялся целовать ее, жадно пробегая руками по всему телу. Она приникла к нему, ощущая его теплоту и страстный порыв.

Они встретились в уютном номере отеля «Алгонквин». Шум, доносившийся с Сорок четвертой улицы, напоминал, что город живет своей деловой жизнью. Он целовал ее губы, глаза, волосы, а она чувствовала, что буквально растворяется в нем. Джордж на мгновение оторвался от нее и посмотрел прямо в глаза.

– Ты самая соблазнительная женщина в мире. Кэрлис, я считал дни, когда ты вернешься. Нет, не дни – часы, минуты. Секунды…

Она улыбнулась, дотронулась до его лица, губ, глаз, потом взяла руку, поцеловала ладонь и, один за другим, пальцы.