Черный пес Элчестера - Митюгина Ольга - Страница 14

Дик, вы новый граф Элчестер. Вы сын покойного Эдмунда, вы были женихом несчастной Фредерики, вы отныне хозяин здешних мест. Вам по закону принадлежит право карать и миловать в ваших владениях, и я не смею присваивать это право себе. Как король, настаиваю лишь на одном: смертная казнь. В выборе ее вы вольны, мой добрый Дик...вы сделали все, что могли, мое расположение всегда будет с вами: такое же, каким я всегда дарил вашего покойного отца. И - слушайте меня, благородные милорды! - если кто-то из вас осмелится говорить, что лорд Ричард - незаконнорожденный, или оскорблять его иными недостойными домыслами, то говорю вам: злоречивый впадет в немилость! Лорд Ричард вполне доказал свое благородство и верность нам, королю Англии, а это и только это делает рыцаря - рыцарем, и дворянина - дворянином!

- Ваше Величество, быть может, ему есть что сказать в свое оправдание? - бесстрастно поинтересовался Дик. - Давайте послушаем. Я бы хотел найти возможность смягчить приговор...

- В вас говорят братские чувства, мой дорогой мальчик, - покачал головой король. - Уверяю вас, такие мерзавцы неисправимы...впрочем, вы правы! Послушаем, что ваш брат имеет сказать в свое оправдание! Говорите, сэр, если вам есть что сказать.

Фрэнсис опустил голову. Как теперь обвинять Дика?.. Сейчас такое заявление прозвучит нелепо, дерзко и смешно...

- Я не убивал своего отца, - глухо сказал он. - Я не совершал ничего из того, в чем меня обвиняют. Но доказать свои слова я не в силах, Ваше Величество.

- Конечно, - вздохнул Генрих. - А вы что-то другое ожидали услышать, мой добрый Ричард? Все преступники таковы: твердят одно и то же...

- Быть может, он укажет на истинного виновника всех преступлений, и мы подвергнем того допросу?.. - Дик невозмутимо приподнял бровь.

У Фрэнсиса зубы свело от такой братской заботы.

- Ты сам все подстроил, чертов ублюдок! - не сдержался он. - Это ты хотел услышать? Это?.. Кто обманул меня?.. Кто убил Фредерику?.. Но как ты ухитрился обвинить меня в убийстве отца, негодяй?.. Ты испугался, испугался, что я все расскажу ему, открою глаза на всю твою подлость! Ваше Величество, зачем мне было убивать отца, если я и вправду совершил все те кошмарные злодеяния, в которых меня обвиняют? Я потерял все, самую возможность осуществить свои планы. Всего лишь хотел забрать с собой девушку, которую любил...к чему бы мне нужна лишняя кровь? Что мне могла принести смерть графа Элчестерского? Все эти наветы сплел мой младший брат, чтобы заполучить мой титул и земли!..

- Боже... - пробормотал король. - Дик, вы видите? Вы всеми силами оттаскиваете его от могилы, а какова его благодарность?.. Наглый мерзавец, у меня слов нет!

Дик сокрушенно покачал головой.

- Я мог бы опровергнуть все его заявления, коль скоро в том была бы нужда, - заметил он. - Если бы среди присутствующих нашелся хоть один рыцарь, поверивший подобному вздору... Но, думаю, таковых здесь нет! А смерть нашего достойного отца... Позовите Салли, пусть она принесет доказательство!

В холл ввели грузную, тучную служанку: ту, что так славно граф угостил эфесом кинжала. Ту, что донесла на них Дику.

Сейчас в ее руках сверкал золотой гардой тонкий клинок - клинок Фрэнсиса, забытый в спальне Фредерики.

Юноша опустил голову.

- Я могу засвидетельствовать, - произнес Дик, - что этот кинжал был у моего брата в ночь бегства. Фрэнсис всегда носил его с собой. И в ночь, когда он вынудил меня скрестить с ним меч, этот кинжал был в его левой руке!

По рядам рыцарей и лордов пробежал ропот возмущения.

- Теперь пусть Салли скажет нам, как у нее оказалось это оружие...личное оружие лорда Фрэнсиса!

- Говори, женщина, - приказал король.

Салли сделала коротенький книксен.

- Ваше Величество, меня просил его милость лорд Ричард присмотреть за бедняжкой, леди Фредерикой. Той нездоровилось, вы знаете. Его милость лорд Фрэнсис обманом проник в спальню, прикинувшись посыльным от графа Эдмунда. Он постучал...а ночь была, вы знаете. Я спрашиваю: "Кто?", а его милость отвечает: "Это от графа Эдмунда". Так и сказал: "От графа Эдмунда"! Мало ли что?.. Я открываю, а он-то меня как по лбу кинжалом саданет! А кинжал-то окровавленный!.. Я чувств лишилась... Пришла в себя, гляжу: нет нашей прекрасной, доброй госпожи, Маргарет связана, бедняжечка, а рядом кинжал валяется, весь в крови перепачкан!..

Салли закрыла руками глаза и залилась слезами.

- Бедный лорд Эдмунд, мне и в голову не пришло!.. Бедная, бедная леди Фредерика!..

- Ступай, добрая женщина, - мягко произнес король. - Ты сказала достаточно. Вот тебе за твое добросердечие... - Его Величество протянул служанке золотой. - Ступай.

Салли, судорожно всхлипывая, удалилась.

По губам Дика скользнула быстрой змеей улыбка - и тут же пропала.

- Кто-либо из присутствующих еще сомневается в вине Фрэнсиса?.. - спросил Генрих.

Гулкая тишина повисла под сводами замка. Лишь пламя в камине яростно хрустнуло поленьями, но на возражения огня никто не обратил внимания...

- Решено! Милорд граф, - обратился Его Величество к Ричарду, - мы ожидаем вашего приговора. А затем, господа, отправимся в капеллу на отпевание. Вечером же, дорогой Дик, я со свитой покину ваш замок, но непременно желаю видеть вас при дворе, как только окончится срок вашего траура.

Ричард поклонился.

- Для меня большая честь приглашение Вашего Величества. Я непременно воспользуюсь ею. Сейчас же тороплюсь выполнить вашу волю и объявить приговор моему брату.

Надо сказать, государь, это трудный для меня долг, ведь я всегда любил Фрэнсиса, и не хотел бы брать на себя греха братоубийства. Мне хотелось бы, чтобы вы поняли мои чувства... - Ричард пристально взглянул в глаза Генриха. Все замерли, поняв намек.

Король отвел взгляд.

- Я понимаю, мой друг, - тихо произнес он. - Я вполне понимаю...

- Позвольте мне последовать примеру вашего великодушия, государь.

- Роберт был виновен лишь в ненужной войне! - резче заметил король. - Я бы согласился, Дик, но тюрьма для отцеубийцы - слишком роскошный подарок!

- Предоставим судить о тяжести его вины Провидению, - предложил Дик. - Пусть моего брата отведут на корабль, а корабль выйдет в море. Там, когда берег скроется из виду, Фрэнсиса привяжут к доске и пустят на волю волн. Оставят ему кошелек и оружие, драгоценности - все, что было при нем, когда он прокрался в замок для убийства нашего доброго отца, лорда Эдмунда. Если Небу будет угодно смилостивиться над ним и послать спасение, пусть идет, куда пожелает, ибо это - Божья воля. Пусть лишь не возвращается в Англию, Ваше Величество. В противном случае его будет ждать казнь через отсечение головы... А если Богу угодно будет покарать преступника смертью, море выполнит волю Судии, более великого и мудрого, чем мы, государь!

- Ваши слова мудры, милорд граф, - кивнул Генрих. - Да будет так! Сегодня, после моего отъезда, потрудитесь подняться на борт корабля и лично проследить за выполнением приказа...а также за тем, чтобы никто не отобрал у пленника деньги и драгоценности... А пока отведите его обратно в темницу!

Дик поклонился, стража сомкнулась вокруг Фрэнсиса - и снова вокруг лишь мрак каземата...

Мрак каземата в ожидании казни.

Пустота.

Тишина.

Мерное падение капель.

Секунды...

Быстрее бы! Нет ничего невыносимее ожидания...тем более - ожидания смерти. Возможно, кто-то не согласится, кто-то будет считать каждый миг, перебирать мгновенья, как жемчужины...но во мраке подземелья нечего было перебирать. Там время походило на застойный пруд, где мерными ударами капли перековывали его в вечность...

Могила.

Но вот снова гремит замок, снова свет факелов лижет холодные, изъеденные водой своды...

- Выходи!

...Свет...

Вечерний свет солнца, золотой и тягучий, как мед. Море, зеленое и вздыхающее... Разводы пены на мощном теле волн.

Эхо в камнях...

На площадке у подножья замка, окруженной солдатами, стоял юный граф Элчестер, и его светлые волосы трепал теплый бриз, а прищуренные глаза смотрели в небо, словно мальчишка прислушивался к неведомому внутреннему голосу.