Черный пес Элчестера - Митюгина Ольга - Страница 15

- Море... - пробормотал он. - Да, море. Так должно быть... Это сильнее меня...

Дик тяжело вздохнул и провел ладонями по лицу, будто пытаясь отогнать что-то.

Море пело женским голосом.

Ричард обхватил себя руками за плечи, словно пытаясь согреться.

- Эти волны приняли Эдгит, - негромко произнес приговоренный, молча наблюдавший за братом. Фрэнсис стоял рядом, и руки его сковывала лишь легкая цепь. Стража и тюремщики немного отошли, повинуясь приказу своего господина. - Ей нужна жертва, Дик.

Юноша резко развернулся на каблуках. В глазах - бешеное, болезненное, испуганное мерцание. Но оно не вырвалось наружу. Не сорвалось с губ словами. Ричард холодно пожал плечами.

- Я сделал для тебя все, что мог.

Фрэнсис не сумел сдержать смешок:

- Да уж, воистину! Моя благодарность не знает границ, милый брат! Твой поступок достоин легенд!..

- Возможно, - снова пожал плечами Дик. - Я даже не сомневаюсь: когда-нибудь некий стихоплет обязательно сочинит историю о том, как незаконнорожденный негодяй пытался обманом захватить титул и земли, оклеветав своего честного брата, законного наследника. И, я нисколько не сомневаюсь, в этой истории честный брат после многих испытаний победит, а зло будет наказано... Но эта история ничем не поможет тебе, Фрэнсис! Потому что с этого момента она перестает иметь к нам отношение! - Ричард хмыкнул. - Вот так, братец. Вот так! И, кроме того, я нисколько не считаю себя злом...

- Эй! - крикнул Дик. - Готовьте трап! Мы поднимаемся на борт!

Они сошли по узеньким сходням на берег, где в прибрежных волнах уже ждала лодка. Она и доставила их на небольшую каракку, ожидавшую в отдаленье от береговых скал.

Корабль по распоряжению короля вышел к Элчестеру из ближайшего порта...

...Через несколько часов, когда каменистые берега Англии скрылись в лазурной дымке моря, Фрэнсиса по приказу Ричарда вывели на палубу и освободили от цепей.

- Вот, братец, - усмехнулся Дик. - Можешь пересчитать. В кошельке монет ровно столько, сколько было. Вот твои перстни. Вот кинжал и меч. Разве я не великодушен? Я отпускаю тебя на свободу и еще отдаю все твое имущество!

- Ты же хотел моей смерти, - тоже усмехнулся Фрэнсис.

- Тогда я не знал о смерти отца, - хмыкнул Ричард. - Сейчас ты мне ничем помешать не можешь... И я дарю тебе жизнь.

- Не смогу сделать тебе такого же подарка, доведись нам повстречаться, братишка...

- Я знаю, - просто кивнул Дик. - Я знаю. Ничего личного, мой дорогой. Мы это уже обсуждали. А вот и твой роскошный флагман!

Из трюма вынесли длинную оструганную доску и крепкий канат.

- Ложись, милый братец, - с очаровательной улыбкой сделал приглашающий жест Ричард. - Ты же не хочешь, чтобы тебя привязывали силой...

- Чтоб тебе встретить черного пса в ландах! - в ярости крикнул законный граф Элчестер.

Дик засмеялся еще сильнее:

- Только если ты сам им станешь, милый брат! Ну, довольно болтовни! Привязывайте его!

Фрэнсис вырывался отчаянно, но его сбили с ног и накрепко примотали веревками.

Возле встал Дик и задумчиво глядел на истинного наследника.

- Что бы я ни говорил при короле о Провидении, но я бы на твоем месте в самом деле молился, Фрэнки, - просто сказал вдруг он. - Потому что я не знаю, что может тебя спасти. Будь то бог или черт, но, во всяком случае, не люди... Фрэнки... - юноша закусил губы и низко склонился над пленником. - В самом деле, ничего личного... Я любил и люблю тебя, братик, но не могу иначе. Знаю, что не простишь, и все же прошу об этом... Мне будет тебя не хватать, Фрэнсис...

- Как трогательно! - съязвил молодой человек, в презрительной усмешке искривив губы.

- Понимаю, - кивнул Дик. - Мои молитвы будут с тобой. Прощай, Фрэнки...

По бледной щеке Ричарда вдруг скользнула одинокая, чистая слеза. Юноша быстро отвернулся и отдал приказ. Доска накренилась, Фрэнсис почувствовал легкое головокружение и дурноту, когда его утлое убежище спускали вниз, с борта - а потом в лицо плеснула соленая вода. Доску палкой оттолкнули от корабля - и Фрэнсис смог видеть лишь небо. Небо, в котором горело вечернее солнце, заливая мир раскаленным золотом.

Волны, играя, уносили приговоренного все дальше в бесконечный простор...

Глава VIII

Шелест...

Нет, бормотание...

Фрэнсис приоткрыл глаза.

Он лежал в небольшой каюте у окна, и вечерний свет рассеянным пепельным облаком окутывал обшитые деревом переборки, стол, грубо сколоченный стул, две кособоких полки на стене, заваленных мелким всевозможным хламом: от драной пергаментной карты до грубого самодельного ножа...

Смеркалось.

И откуда-то снаружи доносились голоса. Кто-то разговаривал.

Рядом на столе стояла миска - Фрэнсис отчетливо ощутил запах теплого рыбного супа, живот мгновенно скрутило острой голодной судорогой. Подле миски лежала краюха хлеба, а возле изголовья больной обнаружил кружку, где еще оставалось немного воды.

Пить, как ни странно, не хотелось.

Юноша начинал припоминать...

Его два дня и две ночи носили волны: сильное течение мчало доску куда-то к фьордам Норвегии, через Северное море...будь Элчестер на южном берегу Англии, и очутись приговоренный в Ла-Манше, все могло оказаться или в десятки раз лучше, или, напротив, в сотни раз хуже. Волны Ла-Манша могли как прибить его утлое прибежище к берегам Франции - всего за ночь, не больше, - так и вынести в океан, и вот тогда можно было бы вполне прочитать по себе заупокойную.

Но, как бы там ни было, замок Элчестер стоял на восточном берегу Острова, и пленника вверили водам Северного моря...

Сначала несчастный молился. Потом, когда первая ночь отмерила свою треть, усталость взяла свое, и беднягу сморил тяжелый сон.

На море стоял штиль...

Проснувшись, молодой человек возобновил молитвы. Потом начал проклинать Небеса. Потом обращался к силам Ада...

Потом снова, рыдая, просил бога о помощи...

Потом впал в глухую апатию и последние сутки помнил весьма смутно...наверное, он лишился сознания от жары и жажды...

Дальше все вспоминалось как сквозь плотный туман. Две тени, склонившиеся над ним...голоса... Вода, попавшая в рот: чистая, свежая и прохладная - это он помнил так ясно! И больше - ничего...

Сколько он провалялся в бреду? Кто его спасители? Что это за судно?

И где его вещи?..

Фрэнсис напряг слух, пытаясь различить слова судачивших за переборкой людей.

Разговор прорывался отдельными фразами, обрывками мыслей - сквозь скрип старого дерева и плеск волн.

Говорили по-датски, но лорд немного знал этот язык, поскольку датчане были частыми гостями Острова.

- ...ему повезло, заштормило...

- Да, не подбери мы его, утоп бы...

Речитатив быстрых слов, ускользнувших от понимания.

- Тяжело, но зато дойдем быстрее. За день прошли вдвое больше, чем обычно... Вон как задувает!

Снова неразбериха...

Когг качнуло, волна плеснула в борт, заглушив болтовню датчан.

Фрэнсис задумался.

Судя по всему, эти люди заметили его в волнах и подняли на борт, они же и ухаживали за ним.

И все же кое-какие обстоятельства настораживали спасенного, удерживая от бурной благодарности.

Его одежда висела рядом, на спинке стула - но нигде не было видно кошелька. С пальцев исчезли перстни... Пропало оружие...

И куда так торопятся его спасители?..

Может быть, потом совесть укорит его за подобные подозрения, но пока не помешает сохранять осторожность.

"Зануда!" - посмеялась бы Фредерика...

Фрэнсис резко повернул голову к стене. Глаза отчаянно защипало.

"Фредерика... Ты больше никогда не улыбнешься мне... Не посмеешься надо мной...

Никогда очаровательно не нахмуришься над шахматами.

И никогда, никогда я не обниму тебя!

Ты так просила меня быть с тобою в ту последнюю ночь... Ты опять была права, моя голубка: отказа я не прощу себе никогда..."