Капризная вдова - Кинг Валери - Страница 62

Генриетта не верила своим ушам. Она и не мечтала услышать от Короля эти слова, особенно сейчас, когда уже согласилась стать его любовницей.

– Я уже давно отдала его тебе, Король! Конечно, я с радостью стану твоей женой, но ты уверен, что действительно этого хочешь?

– Проклятье! – он вскочил на ноги и рывком поднял ее с кушетки. – Разве ты не слышала, что я тебе сказал?

– О, мой любимый! – прошептала она. Значит, это правда, он ее любит! К глазам подступили слезы радости и облегчения. Король схватил ее в объятия и стал покрывать страстными поцелуями ее лицо и шею. Она склонилась к нему на грудь, отдавшись неистовым ласкам. Неужели она и впрямь станет его женой?

Внезапно в дверь постучали, и Король отпустил ее. Вошел хозяин гостиницы с сообщением, что пакетбот до Кале отплывает через полчаса.

– Мы решили задержаться, – ответил Король.

– Очень хорошо, сэр. Прикажете подать ужин?

За ужином, – то был отварной палтус под устричным соусом, говяжье филе, апельсиновый пудинг, салат и вкуснейший кекс с изюмом, – Генриетта и Король засиделись до самых сумерек, обсуждая планы на будущее. Оплывали свечи в подсвечниках, время летело незаметно.

– Если мы хотим вернуться в Лондон до заката, то нужно поскорее выезжать! – спохватилась Генриетта.

Едва они встали из-за стола, как с улицы послышался грохот по меньшей мере нескольких десятков экипажей и крики форейторов, заспоривших из-за стоянки.

– Что это? – воскликнула Генриетта. – Никогда еще не слышала такого невообразимого шума!

– Возможно, где-нибудь в окрестностях были боксерские бои, и зрители решили заехать в Дувр поужинать.

Через несколько секунд Генриетта поняла, что он ошибся, потому что до них донесся рокочущий голос виконта, звавший Короля.

– О, да за нами, кажется, погоня! – прошептала она со слабой улыбкой. – Я чувствую себя, как ребенок, застигнутый с украденным пирожком в руке!

По дощатому полу гостиницы загремели шаги – судя по всему, к номеру приближалась целая толпа. Король и Генриетта подошли к камину.

– Похоже, отец захватил с собой целую армию! – с улыбкой сказал молодой человек. – Если бы к этому часу я не попросил твоей руки, то был бы просто вынужден сделать это немедленно! Мужайся, дорогая, самое страшное уже позади!

Генриетта улыбнулась. Он обвил рукой ее талию, в то же мгновение дверь комнаты распахнулась, и в нее ворвался взволнованный лорд Эннерсли, а следом – миссис Литон, Шарлотта, Бетси, мистер Филипс, преподобный Богхерст, мисс Брэндиш и еще не меньше трех десятков родственников, друзей и знакомых. Все они были разодеты как на праздник.

Генриетта с изумлением воззрилась на непрошеных гостей. Неужели столько народу бросилось за ними вдогонку?

– Дорогая Генри, – обняла дочь миссис Литон. – Я так счастлива, что застала тебя в Англии! У нас замечательные новости! – Она нервно кашлянула и прошептала: – Ты в порядке?

– Разумеется, – так же шепотом ответила Генриетта, не зная, что говорить дальше. По ее щекам и шее стал расползаться предательский румянец. Должно быть, она представляет собой странное и постыдное зрелище: в день своей свадьбы с лордом Эннерсли, да еще одетая в предназначенное для того события платье, ужинает в прибрежной гостинице с Королем!

В комнате воцарилась тишина. Замолчали даже несколько новоприбывших зрителей, пытавшихся сквозь толпу в дверях пробраться внутрь.

Король хотел было что-то сказать, но отец остановил его коротким взмахом руки.

– Как ты посмел похитить эту несчастную юную леди?! – загремел он. – Не сомневаюсь, что намерения у тебя были самые дурные, и конечным пунктом этой поездки должен был стать отнюдь не Дувр, а Париж!

– Это правда! – с вызовом бросил Король. Толпа ахнула, потрясенная жестокостью и коварством похитителя.

– Значит, ты сознаешься, – продолжал лорд Эннерсли, гневно хмурясь, – что увез Генриетту против ее воли, нарушив все моральные принципы, на которых зиждется наше общество?

– О нет, не против моей воли! – воскликнула пунцовая от волнения и стыда Генриетта. – Я сама этого хотела!

– Не обращайте на нее внимания, отец! – укоризненно глядя на нее, перебил Король. – Генриетту сильно укачало в дороге, она не понимает, что говорит!

По толпе пробежал смешок.

– Вздор! – крикнула Бетси. – Генри никогда не укачивает!

– Замолчи! – процедила сквозь зубы Шарлотта. Смешок усилился.

– Как бы то ни было, – продолжал лорд Эннерсли, обращаясь к сыну, – перед лицом многочисленных свидетелей я требую, чтобы ты женился на похищенной тобой женщине! Преподобный Богхерст вас без промедления обвенчает! И не смей возражать! Я не желаю ничего слушать! Ты должен жениться, как честный человек!

Но Король, с улыбкой смотревший на Генриетту, и не думал возражать.

– Почему же ты молчишь, сын? – теряя терпение, закричал виконт.

– Потому что я полностью с вами согласен, отец! Жениться на миссис Харт – уже давно мое самое заветное желание!

– Нет, ты все-таки женишься на ней! – не слушая сына, загремел виконт. – Или, клянусь перед богом и всеми этими людьми, я лишу тебя наследства!

В толпе поднялся изумленный ропот, раздались выкрики, смешки. Только тут до лорда Эннерсли начал доходить смысл слов Короля. Он был потрясен.

– Значит, ты сам хочешь жениться, сынок?

– Да, – кивнул Король, – все было решено несколько часов назад. Но ваши упреки совершенно справедливы, я заслужил самое суровое наказание!

Миссис Литон порывисто обняла дочь и, орошая ее плечо слезами, пожелала своей красавице самого большого и светлого семейного счастья, после чего поведала о своем венчании с виконтом.

– Значит, ты теперь виконтесса? – воскликнула сквозь радостные слезы Генриетта, слегка отстраняя мать. – И какая красивая! О, как я жалею, мамочка, что в тот миг меня не было с тобой рядом!

Она снова обняла мать, а потом поспешила обнять и будущего свекра.

– Моя дорогая Генри, – прошептал он, – все хорошо, что хорошо кончается, но не застань мы вас здесь, я бы себе этого никогда не простил!

– Вам не в чем себя упрекать! – так же шепотом ответила она. – Прочь дурные мысли, лучше скажите, что счастливы видеть меня своей невесткой!

– Вы даже не представляете как, дорогая! – рассмеялся он, целуя ее в щечку.

К ним подошел Король и тепло поздравил отца с женитьбой. Лорд Эннерсли смущенно улыбнулся, и сын ободряюще похлопал его по плечу.

– Я люблю тебя, папа! Спасибо тебе за Генри, без твоей помощи мы, наверное, никогда не были бы так счастливы! Я перед тобой в огромном, неоплатном долгу!

К горлу Эннерсли подкатил комок, на глаза навернулись слезы. Он сгреб сына в охапку и прижал к груди, бормоча:

– Я тоже люблю тебя, мой скверный, мой непослушный мальчик!

Растроганная толпа разразилась приветственными криками, дамы прослезились и принялись искать в ридикюлях платочки.

Лорд Эннерсли вывел вперед преподобного Богхерста и, объяснив, что у них имеется с немалыми трудностями добытая специальная лицензия, спросил Генриетту и Короля, не хотят ли они вступить в брак немедленно.

Оба без колебаний согласились, и толпа взволнованно загудела – подумать только, уже третья светская сенсация за один день: знаменитый покоритель женских сердец Король Брэндиш, до сих пор ловко избегавший брачных уз, женится на скандально известной миссис Харт!

Так исполнилась самая сокровенная мечта Генриетты. Вне себя от счастья, она не замечала ни убогости обстановки гостиничного номера, ни своего мятого платья с порванной фатой и увядшим флердоранжем, ни застывших вокруг в благоговейном молчании зрителей, для которых эта свадьба навсегда останется одним из самых ярких, волнующих воспоминаний.