Неистребимые кровью - Емилина Ника - Страница 54

Эльф сглотнул, безуспешно пытаясь спрятать глаза.

— А теперь, скажи мне, что ты сделал? Почему Ровиэнь в твоём обличии щеголяет во главе эльфийского войска, направляя его против вампиров?

— Что? — глаза властелина округлились. — Но…

— Вот именно — но.

— Почему я? — взревел рыжий. Жалкое существо, заставляющее и плакать и смеяться. — Почему я, а не этот вампир?

Я вопросительно вскинул брови, намекая на то, чтобы вампир договаривал.

— Этот вампир, о котором судачат на каждом углу, — он заскрежетал зубами. — Вознесли кровопийцу до статуса бога. А я, видите ли, плохой…

— А что, хороший?

— А, по-твоему, эльф — это зло? Вампиры добром стали, да? Ах, ну да, ты же сам наполовину кровосос, как этот Скар на пару со своим шутом братцем…

— Скар? Так это ты Скару завидуешь?

— Это всё он, — застонал Камиль, откидывая голову назад. — Он во всём виноват, а не я… А он не мучился, его, как всегда, беда обошла стороной.

Я хмыкнул.

— Смешно, да? А я каждый день слышу, как вампиры оттеснили эльфов на задний план, став для мира всем. А мы расплачиваемся.

Я устало вздохнул, глядя на связанного эльфа, и отвернулся. Подбив ногой подушку, я прошёл по залу и приблизился к окну. Отсюда не было видно Валеала, но я чувствовал, как город вампиров осаждают. За что? За то, что кто-то хочет, что бы весь мир принадлежал ему? Любой ценой? Пусть даже в мире не останется ничего живого?

— Тебе повезло, что эльфы не создатели сильнейших.

— Как?! — в голосе властелина мне почудилась даже какая-то обида. Будто и не рады были, что их обвиняют в создании таких чудовищ. Но вот у них отняли авторское право на столь совершенное изобретение, и им стало обидно.

— Вампиры, демоны и ангелы вложили силы свои в наше создание.

Со стороны эльфа послышалось шипение. Что-то типа: «Опять эти вампиры…», но вслух он сказал другое.

— Почему же в результате получился полуэльф?

— Две самые совершенные расы, — пожал я плечами, — способности к маломальской магии и перевоплощению — это уже от ангелов и демонов.

Властелин замолчал, удовлетворившись ответом, только всхлипнул как-то странно.

— А вот вампирам не повезло, — продолжал я. — Думаешь, не за что Скару было расплачиваться? Он обладатель дара создателя. Да, он был слишком яркой личностью, сильнейший среди вампиров. Его и боялись, и любили, и ненавидели, хотя правил он не долго.

— Почему ты говоришь в прошедшем времени?

— Потому, что король вампиров, в отличие от тебя, уже расплатился.

— Скар мёртв?

Я кивнул, сам себе не веря. Я до сих пор не мог поверить в то, что вампир вот так просто взял и отдал дар Ровиэню. Я очень плохо его знал, как личность, но как короля…

— Что всё же случилось? — повернулся я к Камилю, умудрившемуся как-то сесть.

— Может, развяжешь меня?

Не особо торопясь, я подошёл к нему и разрезал верёвку, стягивающую его руки и ноги, когтём.

— Началось всё довольно давно, — начал Камиль, потирая занемевшие руки. — Приблудился к нам сумасшедший старик, нёс бред какой-то, будто он предсказатель. Ну… со временем стал моим личным советником по этой части, а впоследствии оказалось, что это человек Ровиэня. Его специально ко мне подсунули. Да и ты знаешь его, видел на совете, это он твою девчонку на турнир отправил и меня подговорил участвовать.

Да, припоминаю. Если тот дедулька действительно предсказатель, подосланный Ровиэнем, то всё сходится. Удобный случай: подсунуть девчонку, несведущую в боевых искусствах, в лапы Мэириль и Тироля, которые должны были стащить брих. Велину спас меч-призрак, имеющий своё боевое чутьё, и дар создателя. Если бы Ровиэнь знал о том, что брих требует крови, то вот он, удобный случай. Завалить девчонку. Но… поступок показался мне глупым. Брат думает, что брих можно получить либо с разрешения, либо сняв с трупа. Надеюсь, Ровиэнь до сих пор ни о чём не догадывается… Другое дело властелин. Почему эльфийка так рьяно зазывала участников не отступаться от боя? Смерть властелина — свободный трон, власть…

— Этот старик стал фактически моей правой рукой. По его воле я отдавал приказы. В общем, я практически ни чем не управлял, отдав власть ему в руки. А несколько дней назад пришёл Ровиэнь. Его я никогда не видел, но узнать сильнейшего не так уж и сложно. Он уложил всю мою стражу, в то время как старик, с неожиданной силой скрутил меня. Ровиэнь у меня на глазах принял мой облик, сказав, что теперь у эльфов будет старый властелин с новыми мозгами. Всё это было здесь. Он держал меня при себе. В тот же день он стал собирать войска. Я не знал зачем, он не говорил. Затем ему сообщили, что кого-то выловили. Он обрадовался и исчез, но не надолго. Вернувшись, он с новыми силами стал раздавать эльфам оружие. А потом ему вновь принесли новости. На этот раз плохие. Вроде бы погиб кто-то из его лучших людей. Он вновь исчез и вернулся в ужасном настроении. Армии были готовы.

Всё ясно. Сначала ему сообщили, что в их руки попал король вампиров. Случайность. Если бы не эта игла, Мэириль ничего бы не удалось. А вторе сообщение было о гибели Архии, именно поэтому он вновь оказался в гостях у демонов.

— И что теперь? — я посмотрел на существо, сидящее передо мной. — У тебя развязаны руки. Ты свободен. Что ты теперь сделаешь?

Эльф непонимающе на меня посмотрел.

— Твой город пуст. Ты один, — продолжал я. — А ведь твой народ там, — я указал пальцем в сторону Валеала. — С оружием в руках они бьются за мнимого властелина против своих кровавых врагов, лишившихся опоры. Единственная их надежда — принц, которого ты назвал шутом, и который, не жалея собственной шкуры, в первых рядах сшибает эльфийские головы мечом. Но он не хочет этого. Будь, в конце концов, властелином. Стань перед своими воинами и покажи им, кто ими управляет.

Властелин смотрел на меня затуманенным взором. А затем он встал на ноги и пошёл к выходу из зала.

Я посмотрел ему вслед, и тоже покинул зал. Спускаясь по лестнице, я случайно заметил то, на что не обратил внимания раньше. Ступени лестницы были залиты кровью. Оглянувшись на властелина, движущегося вниз по лестнице как сомнамбула, я решил подняться вверх и выяснить, что здесь произошло.

Я поднялся ещё на несколько этажей вверх. Дальше кровавая дорожка вела меня по коридору. Здесь практически ничего не было видно — в отличие от нижних этажей, верхние не нуждались в освещении факелами, слишком редко ими пользовались.

Не останавливаясь, я принял свою вторую ипостась. Зрение вампира позволило мне различить под ногами кровь. Дойдя до конца коридора, я свернул налево. Здесь была только одна единственная дверь, в которую я и вошёл.

Увиденная картина напомнила мне подземелье Нерода. Всё было залито багровой жидкостью. В центре этой тюрьмы я заметил привязанную к стулу фигуру, вокруг которой стояли подсвечники с зажженными свечами.

Я приблизился к этой фигуре. Она висела на собственных руках, не ощущая их. Ноги казались просто отростками тела, висящими над полом. Лицо было закрыто неимоверно длинными волосами — ниже пояса — грязными и мокрыми, но не от пота, а от крови.

Меня кольнула догадка, и мне стало страшно.

Откинув волосы с лица этого несчастного, я приподнял его голову за подбородок. На меня смотрели яркие красные глаза, полуприкрытые веками. Это был единственный признак жизни на измученном лице короля вампиров.

— Скар, — тихий шёпот сорвался с моих губ. Но тот, к кому я обращался, услышал.

— Я ждал тебя, Валериль.

Я хотел что-то сказать, но вампир остановил меня, едва заметно мотнув головой.

— Выслушай меня, у меня осталось слишком мало времени, — он сглотнул. — Я расскажу всё с самого начала. Когда отец передал мне дар, я был уверен, что я единственный его обладатель. Но нет. Когда в одно существо вложено слишком многое, оно не может вместить в себя что-то лишнее. Но я об этом не знал. Я хотел стать королём. Я знал, что я им стану. Отец отдал мне дар и трон, вместе с летописями создателей. Тогда я узнал, кто создал сильнейших.