Странники морей - Эндрюс Ник - Страница 35

Радигес возбужденно подался вперед, в его глазах вспыхнули искры вожделения, язык непроизвольно облизал пересохшие губы.

— Превосходно! — воскликнул зингарец. — Селена станет украшением нашего сегодняшнего пира.

Варвар взглянул на Игнессу. Баронесса смотрела на девушку с жалостью и состраданием. Видимо, эта сцена разыгрывалась в замке уже не в первый раз. Северянин дернул волшебницу за штаны, чтобы она села. Селена опустилась на скамью и тихо спросила:

— Ну, как?

— Хуже некуда, — пробурчал Конан. — Ты понравилась барону, и теперь нас ждут серьезные неприятности. Я боюсь даже представить, что он предпримет.

— А может, обойдется? — неуверенно прошептала девушка.

— Сомневаюсь, — со вздохом отозвался киммериец.

Пир длился до поздней ночи и оказался тоскливым и скучным. Не внесли веселья даже шуты и музыканты. Первые чересчур много болтали, а их речь шемиты не понимали. Вторые играли посредственно и слишком нудно. Некоторое разнообразие внесли жонглеры. Радигес похвастался, что приобрел этих троих рабов-кушитов в Кордаве. Чернокожие невольники ловко подбрасывали яблоки, чашки и даже кинжалы.

Для зингарцев подобное развлечение было в новинку, но «барсы» на рынке Кироса видели представления и получше.

Как назло, барон весь вечер не спускал глаз с Селены, и оказывал девушке всяческие знаки внимания. Хозяин замка ничуть не считался с женой и вел себя так, будто ее и не было рядом. Надо отдать должное Игнессе, она держалась отменно. Лишь, несколько раз баронесса осторожно повернулась в сторону Бивара, и рыцарь улыбнулся в ответ. Это не ускользнуло от внимания Конана.

Но больше всего киммерийца интересовал один вопрос: как дворянин узнал о путниках? Если предстоит бежать, это может быть важно. Небрежным тоном он спросил у зингарца:

— Ты очень богат… Но способен ли ты удержать эти земли в кулаке? На севере пикты, на юге — завистливые соседи. Нужна хорошая армия…

— И она у меня есть! — надменно воскликнул Радигес. — Почти полторы тысячи отличных бойцов. Посты стоят на всех границах. Не проскочит даже мышь!

— Но мы же проплыли по реке, — возразил северянин.

— Ерунда! — махнул рукой барон. — Далеко бы вы не ушли.

— Кстати, а откуда ты узнал о Селене? — поинтересовался Конан.

Дворянин торжествующе расхохотался и от удовольствия даже ударил кулаком по столу. Кувшин с вином опрокинулся и залил скатерть. Слуги тотчас бросились убирать натекшую лужу. Баронесса презрительно посмотрела на мужа, но Радигесу было не до нее. С усмешкой на устах, зингарец вымолвил:

— Мне здесь принадлежит все. Вы только сели ужинать в таверне Лоиса, а гонцы от консайта уже бежали в замок…

Осушив еще одну чашу вина. Радигес снисходительно заметил:

— Я много слышал о воинах с юга. Говорят, они сильны и быстры. Предлагаю устроить небольшое состязание: мой воин против твоего. Веселиться, так веселиться!

Киммериец чувствовал, что выбора у него не было.

— Хорошо, — варвар пожал плечами.

— Бьются до смерти! — произнес дворянин.

— Нет! — молниеносно отреагировал северянин. — Отряду предстоит трудный длинный путь, и мне дорог каждый человек.

— Боишься… — иронично рассмеялся хозяин. — Но я уважу гостей, пусть будет схватка до первой крови. Дерутся на мечах.

— Согласен, — Конан кивнул.

— Феранд, покажи свое мастерство, — махнул рукой Радигес.

Рыцарь вышел из-за стола, обнажил меч и двинулся на середину зала. Провернув клинок, воин уставился на Исмала. Десятник понял, что это вызов, и поспешно встал. Однако киммериец не решился рисковать «барсом». Шемит ниже ростом и явно слабее зингарца.

— Баррас, — скомандовал варвар.

Офирец отложил секиру и взял в руки меч Исмала. Оружие было для него несколько легковато. Обогнув стол, наемник встал напротив Феранда. Северянин быстро объяснил ему условия поединка. В знак согласия Баррас едва заметно улыбнулся.

— Начали! — выкрикнул барон.

В тот же миг в зале поднялся невообразимый шум. Зингарцы кричали, свистели, подбадривали рыцаря. Редкие реплики шемитов утонули в воплях охранников. Рыцарь сразу бросился в атаку. Зазвенела сталь клинков. К удивлению Конана, юнец владел мечом очень неплохо. Его учили хорошие мастера. Нельзя сказать, что противники бились отчаянно, но в их действиях чувствовалась злость. Удары наносились мощно, сильно, чтобы сходу смять врага. Офирцу приходилось нелегко. Он защищался, даже не пытаясь перейти в контратаку. Зингарец упорно давил наемника. Внешне дворянин оставался невозмутим, но в его глазах читалось торжество победы. У киммерийца появились неприятные сомнения. Один точный удар может привести и к крови, и к смерти. Будет всего лишь несчастный случай…

Феранд отбил меч Барраса, сделал шаг вперед и с ходу рубанул наискось, чтобы распороть живот противнику. Выжить с такой раной у человека нет шансов. Рыцарь не учел лишь одного: на наемнике была надежная акбитанская броня, и, тем не менее, одежда Барраса окрасилась кровью. Офирец рухнул на колени и застонал.

Раздался оглушающий вопль зингарцев. Они приветствовали победителя схватки. Феранд занес меч для последнего удара, взглянул на барона, но тот отрицательно покачал головой. Опустив оружие, рыцарь презрительно заметил:

— Счастливчик!

Наемник не понимал речь врага, но смысл был ясен и так. Зажимая рану рукой, Баррас тихо произнес:

— Надеюсь, мы еще встретимся.

Селена порывалась вскочить и оказать помощь воину, но варвар ее удержал: знать о целительских умениях девушки Радигесу вовсе необязательно. Два «барса» подняли офирца и отвели в сторону. Скинув рубаху и кольчугу, наемник начал самостоятельно останавливать кровь.

В самообладании Баррасу не откажешь: он не издал ни единого стона. Одобрительно похлопав Феранда по плечу, хозяин замка повернулся к северянину.

— Воин у тебя оказался слабоват, а вот доспехи отличные. Я готов их купить.

— Они не продаются, — с равнодушным видом ответил Конан. — Акбитанская броня стоит очень дорого. У мастеров слишком много заказов.

— Жаль, — сказал дворянин.

Несмотря на огромное количество блюд, стоящих на столе, пир подходил к концу. Солнце давно опустилось за горизонт, но, главное, барону стало скучно. Развлечение закончилось, и он, встав из-за стола, направился к выходу. Во всех угловых башнях здания располагались винтовые каменные лестницы, таким образом, в зал можно было подняться четырьмя разными путями. Обернувшись у двери, Радигес тоном, не терпящим возражений, проговорил:

— Вас разместят в комнате для гостей, а очаровательная Селена отправится на женскую половину. Служанки баронессы ее проводят.

— Но я должен охранять девушку, — возразил киммериец.

— Не волнуйся, — зловеще усмехнулся барон. — Она будет под надежной охраной.

Дворянин удалился, и путешественникам оставаться в зале с зингарцами не имело смысла.

Вскоре покинула зал и Игнесса. Две служанки остались дожидаться Селену. Приказы Радигеса здесь никто не оспаривал.

— Что же мне делать? — спросила волшебница

— Иди с ними, — тяжело вздохнув, сказал варвар. — Не будем же мы сражаться с охраной… Увидимся утром!

Шемиты дружно встали из-за стола. К чужакам тотчас подбежал слуга. Почтительно согнувшись, зингарец произнес:

— Следуйте за мной.

«Барсы» непонимающе уставились на северянина.

— Нам выделили помещение для отдыха, — пояснил Конан.

С тоской в глазах он проводил взглядом девушку. Киммериец привык, что Селена всегда находится рядом. Сейчас варвар испытывал неподдельную тревогу за ее судьбу.

Путешественники неторопливо двинулись за слугой. Они спустились по той же лестнице до караульного помещения и повернули направо, вглубь замка. Северянин сразу почувствовал запахи кухни. Мимо пробежал мальчуган лет десяти с пустой корзиной, послышался раздраженный женский голос. В полутемном коридоре не было ни души. Чужестранцев проводили до массивной деревянной двери. Она оказалась настолько низкой, что Конану пришлось сгибаться чуть ли не вдвое. На всякий случай, сжав рукоять кинжала, киммериец шагнул внутрь. Довольно просторная комната, полтора десятка кроватей, стоящих в два ряда, четыре зажженных факела на стенах и узкие, как бойницы, окна на уровне человеческого роста…