Награда наёмника - Эндрюс Ник - Страница 20

— Проламываясь сквозь заросли, мы издаем не меньше шума, — заметил аквилонец. — На все воля богов. Если суждено столкнуться с врагом, так тому и быть.

Северянин задумался. В словах наемника было разумное зерно. Они вряд ли выиграют во времени, ведя поиск, но силы действительно сохранят. Утвердительно кивнув головой, варвар сказал:

— Хорошо. Сделаем, по-твоему. Да поможет нам Великий Кром!

Ранним утром, вместе с первыми лучами солнца, Конан выслал вперед шесть групп по пять человек. Остальной отряд терпеливо ожидал результатов разведки. Больше всего киммериец опасался, что усилия шемитов окажутся тщетны, и тогда вновь придется прорубаться через заросли.

Время тянулось невероятно медленно. Северянин с невозмутимым видом чистил лезвие клинка, в душе проклиная совет Валера. Ничто так не подрывает боевой дух армии, как бездействие. Но вот на поляне показались уставшие, мокрые от пота «барсы». Воины довольно улыбались — примерно в полулиге к закату им удалось найти утоптанную звериную тропу.

Условным сигналом все группы тотчас были возвращены обратно в лагерь. Вскоре путешественники тронулись в путь. Шли гораздо быстрее, чем накануне. Разведчики часто петляли, обходя завалы и густые кустарники. Дорогу они запомнили превосходно. Впрочем, передвижение столь значительного отряда не могло остаться незамеченным. Десятки испуганных птиц постоянно взлетали вверх, оглашая лес громкими криками и щебетанием. То и дело колыхались верхушки деревьев, слышался треск сучьев под ногами. Для опытного охотника этого вполне достаточно, дарфарец чувствует и слышит врага за несколько лиг. В какой-то момент проводники остановились, варвар приблизился к ним и сразу увидел примятую траву, следы животных, сломанные ветки.

— Будьте осторожны, — вымолвил Конан, понизив голос.

Авангард состоял из десяти опытных солдат. Прикрыть фланги у киммерийца возможности не было. Если разведчики не обнаружат засаду, больших потерь не избежать. Отряд упорно двигался на полдень, преодолевая преграды и препятствия. Солнце поднялось в зенит, когда тропа завела их к болоту. После короткого обсуждения, шемиты решили рискнуть. Ноги вязли в иле, вода доходила до пояса, на поверхности, извиваясь, плавали маленькие ядовитые змейки. Один укус такой крошки — и человека уже ничто не спасет. Но обошлось без потерь. Вскоре «барсы» вновь ступили на твердую землю. К сожалению, тропа теперь поворачивала на восход. Северянин объявил привал, а на разведку отправилась группа во главе с Угрисом. Десятник должен был сделать вывод, стоит ли придерживаться тропы и дальше.

Устроив лагерь в тени высокого кустарника, воины развязывали мешки, доставали фляги и жадно прикладывались к горловинам. Местная жара способна доконать кого угодно. А ведь воины Конана были людьми, родившимися и выросшими в пустыне! Аквилонская или немедийская армия давно бы погибла в дарфарских лесах…

Прислонившись к стволу дерева, Селена закрыла глаза и лишь изредка утирала пот, катящийся по лицу. Рядом с девушкой, как обычно, сидел Исайб. Киммериец опустился перед волшебницей на колени и спросил:

— Как себя чувствуешь?

— Отвратительно, — прошептала Селена, не разжимая век. — Дышать нечем, и голова кружится, а ведь и прошли всего ничего. В Нордхейме было легче.

— Это дарфарские джунгли, — пояснил северянин. — Слишком много влаги. В саванне будет гораздо легче.

— Скорее бы… — выдохнула девушка.

— Тебе надо поесть, — произнес варвар.

— Не хочу, — ответила волшебница.

— Придется, — сказал Конан. — Иначе Исайб будет кормить тебя силой.

На губах женщины появилась слабая улыбка. Она прекрасно понимала, что киммериец заботится о ней и вряд ли отдаст такой приказ телохранителю Андурана, хотя… Селена приоткрыла глаза и взглянула на северянина. Мужчина невольно рассмеялся: угроза подействовала. Варвар протянул девушке большой бурдюк с разбавленным вином.

— Выпей. Это взбодрит тебя, — вымолвил он.

Несколько глотков действительно привели волшебницу в чувство. Напиток оказался не слишком крепким, но бодрящим. В глазах Селены вспыхнули искры.

К ним неторопливо подошли Валер и Аджа. На лице аквилонца читалась озабоченность. Подняв голову, Конан поинтересовался:

— Что-то не так?

Вместо ответа, наемник протянул киммерийцу длинную полузасохшую лиану, завязанную узлом. Северянин взял ее в руки и непонимающе посмотрел на Валера.

— Это силок для ловли зверей, — пояснил аквилонец. — Такие устанавливают дарфарцы во время охоты. Аджа нашел его на тропе примерно в двухстах шагах отсюда. Не заметить его трудно.

— А разведчики? — удивился варвар.

— Прошли мимо, — с горечью произнес наемник. — Большинство из них видят джунгли впервые. Они даже не представляют, как здесь охотятся. Но самое главное, людоеды где-то поблизости. От своей ловушки местные жители далеко не отходят. Боятся, что пойманное животное сдохнет.

— Истинная правда, — подтвердил кушит. — Мертвую добычу дарфарцы выбрасывают, считают ее нечистой. Жертву убивают и сразу жарят на огне…

— Проклятье! — выругался Конан.

Посылать за Угрисом еще один отряд не имело смысла. Киммериец подозвал Хасана и приказал усилить охрану. Оставалось только ждать и надеяться на милость богов. Возвращение разведчиков затягивалось.

Вдруг где-то вдалеке послышался странный крик. Воины тотчас вскочили на ноги и обнажили оружие. Вокруг Селены «барсы» создали сплошное кольцо из щитов. Крепко сжимая меч, северянин взволновано смотрел на восходную сторону, хотя обзор в джунглях весьма ограничен. Без сомнения, подозрительный звук был связан с отрядом Угриса. Об отдыхе не могло больше идти и речи. Солдаты молниеносно собрали вещи, ожидая приказа командира на выдвижение. Но куда идти? Варвар пребывал в растерянности. После небольшого раздумья, он кивнул в сторону тропы.

— Пойдем по следам, — вымолвил Конан. — Лучше встретиться с врагом лицом к лицу, чем получить от него удар в спину.

Выставив копья, шемиты осторожно зашагали по примятой траве. Они ожидали нападения и были готовы его отразить. Киммериец двигался в головной части отряда. Прятаться за спины «барсов» северянин не собирался. Кроме того, варвар опасался, что солдаты вовремя не обнаружат засаду.

Впереди послышался учащенный топот. К путешественникам кто-то быстро приближался. Конан спрятался за деревьями и поднял клинок для удара. Шемиты последовали его примеру.

Ветки раздвинулись, и киммериец увидел в пяти шагах от себя возбужденное лицо Угриса — с лезвия меча «барса» стекала кровь, на левом предплечье виднелась свежая царапина, по щекам стекал грязный пот.

Заметив друзей, десятник облегченно вздохнул и остановился. Почти тут же из кустов вышли еще три воина. Они несли на руках бездыханное тело четвертого. Голова бедняги безжизненно свисала вниз, руки волочились по земле, светлые одежды на груди приобрели алый цвет. Положив труп на траву, солдаты обессилено опустились на колени.

— Что произошло? — требовательно спросил северянин.

— Мы нарвались на каких-то охотников, — тяжело дыша, ответил Угрис. — Их было около десятка. Высокие, крепкие, кожа черная с синеватым отливом, волосы намазаны грязью, а зубы подточены.

— Дарфарцы, — вставил Аджа, хотя и без его слов это было более чем ясно.

— Они дико закричали и бросились на нас, — продолжил десятник. — Пришлось принять бой. Двоих мы прикончили, остальные скрылись в джунглях. К сожалению, метко брошенное копье угодило Аллилу точно в грудь. Не спасла даже кольчуга. Он умер мгновенно.

Варвар приблизился к покойнику. Совсем молодой парень. Ему не больше двадцати. Родственники бедняги еще не знают, что труп «барса» навсегда останется в непроходимых джунглях Дарфара.

— Вы нашли дорогу? — уточнил Конан.

— Да, — молниеносно отреагировал Угрис. — Примерно в четырех сотнях шагов отсюда тропа раздваивается. Одна ветвь идет вдоль болота, а вторая уходит на полуденный восход. Именно по ней я и направил группу.