Награда наёмника - Эндрюс Ник - Страница 21

— Хасан! — выкрикнул киммериец. — Распределить ношу убитого. Надо торопиться. Скоро охотники предупредят племя, и тогда нам придется жарко.

Сотник взглянул на северянина. Понять его немой вопрос было несложно: что делать с мертвым солдатом? Бросать друзей на растерзание хищников шемиты не привыкли. Но хоронить беднягу значит подвергать опасности весь отряд. Варвар отрицательно покачал головой, и тело просто забросали травой и листьями пальм.

Вскоре путешественники двинулись дальше. Приходилось торопиться. Найти развилку труда не составило, и Конан уверенно повел людей по следам разведчиков. Другого пути попросту не существовало. Пройдя примерно пол-лиги, воины достигли места схватки.

В густых зарослях валялись двое убитых дарфарцев. Аджа приблизился к ним, присел на корточки, заглянул в рот.

— Они, — вымолвил кушит. — Племя птицы Крос. На груди у обоих есть особая отметина, оставленная жрецом. Ее наносят либо раскаленным клеймом, либо тонким лезвием ножа.

— Ты что-нибудь о них слышал? — поинтересовался Конан.

— Нет, — честно сказал наемник. — Дарфарцы живут в небольших деревнях, и подобных племен очень много. Так далеко на восход от побережья я еще не заходил. Хотя тактика у всех местных жителей одинаковая. Часть воинов движется за нами, остальные будут готовить западню. На засады они большие мастера.

Киммериец принял слова Аджи к сведению и выслал два десятка «барсов» в качестве авангарда. До захода солнца было еще достаточно времени. Вытянувшись в колонну, отряд двигался по направлению, обнаруженному Угрисом. Тропа то расширялась, то сужалась, но направление не меняла. Минуло довольно много времени, а дарфарцы так и не показались, что очень беспокоило киммерийца — хуже всего, когда прекрасно знаешь, что враг где-то рядом, однако вызвать его на поединок не в состоянии.

Порой варвар останавливался, прислушивался, однако никаких подозрительных звуков в джунглях различить не сумел. Слышны были только громкие крики птиц, шелест листьев, треск сучьев под ногами «барсов». Путешественники, несмотря на предпринятые меры предосторожности, взбудоражили весь лес. Об их присутствии в Дарфаре сейчас, наверное, знала половина страны.

— Зря теряешь время, — заметил Валер, когда Конан очередной раз остановился. — Мы грохочем, как стадо слонов или гиппопотамов, вышедших на прогулку! Местные охотники без труда сумеют подобраться незаметно. Удивительно, что они вообще нарвались на отряд Угриса — видимо, не ожидали подобного нахальства и приняли людей за животных.

— Ты не очень высокого мнения о «барсах», — улыбнулся киммериец.

— Напротив, — возразил аквилонец. — Шемиты — отличные воины, дерутся, как дикие звери, и полностью оправдывают свое громкое имя. Но в джунглях от них толку мало. Для того чтобы тихо передвигаться, выслеживать добычу и замечать каждую мелочь, необходим богатый опыт. Дарфарцы, киммерийцы или, к примеру, пикты впитывают его с молоком матери.

— Пожалуй, — согласился северянин. — Вот в пустынях и саваннах я действительно чувствую себя неуютно. Хотя и здешние места мне не очень нравятся.

— А кому они нравятся, кроме местных людоедов? — рассмеялся наемник. — Стигия давно подчинила бы себе Дарфар, если бы не болота и джунгли.

Неожиданно «барсы», шедшие впереди, замерли. Варвар и аквилонец побежали в голову колонны. Хасан и Исхад о чем-то оживленно разговаривали. Рядом стояла группа разведчиков.

— Что случилось? — произнес Конан.

— Впереди странная поляна, — вымолвил один из солдат. — Она имеет четкую круглую форму, в окружности — локтей триста. В самой середине какие-то заросшие развалины и огромный черный камень.

— Вы все внимательно осмотрели? — уточнил киммериец.

— Нет, — воин отрицательно покачал головой. — Мы хотели побыстрее предупредить вас об опасности.

— А в чем опасность? — спросил Валер.

— Трудно сказать, — пожал плечами шемит. — Вроде ничего угрожающего, а по спине бегут мурашки. Вокруг буйство деревьев и кустов, а там ровная гладкая поверхность, и трава словно подстрижена…

— Придется взглянуть, — вымолвил северянин.

В сопровождении десятка «барсов», варвар и наемники двинулись по тропе. Остальные воины, выставив щиты, приготовились к отражению атаки. Кто знает, не является ли удивительная поляна хитроумной ловушкой дарфарцев. Селена и Исайб находились в середине колонны и чувствовали себя в относительной безопасности, хотя в джунглях копье или стрела могут вылететь из-за любого куста. Между тем, разведчики, преодолев около четырехсот локтей, вышли к подозрительному месту.

Впечатление эта поляна производила мрачное. Заросли резко обрывались, и начиналась идеально ровная площадка. Подстриженными казались не только трава, но и деревья, растущие по краю: ни одной длинной ветки, свесившейся над поверхностью…

Конан осторожно ступил на влажную от недавних дождей землю. Он огляделся по сторонам и сделал несколько уверенных шагов вперед — было необходимо показать солдатам пример.

«Барсы» почти тотчас рассыпались в цепь, внимательно изучая окрестности. Пока все тихо и спокойно. Киммериец двинулся к центру поляны, туда, где возвышался гигантский камень. Следом за северянином шли Валер и Аджа. Возле глыбы находились древние развалины какого-то каменного строения, давно поросшие мхом, лишайниками и травой. Разобраться в размерах здания, его форме и предназначении было очень сложно. Отдельные блоки валялись в стороне, часть разбита и раздроблена, некоторые группы камней создавали причудливые высокие нагромождения.

Одним из них варвар и воспользовался. Он поднялся на самый верх и легко перепрыгнул на монолит. Встав на одно колено, Конан провел рукой по поверхности.

— Гладкая, — произнес киммериец. — Наверняка здесь потрудились люди.

— С чего ты взял? — удивился аквилонец.

— По краям видны следы обработки, — усмехнулся северянин. — Я их заметил сразу. Такое впечатление, что это гигантский алтарь какого-то древнего бога. Аджа, ты наверняка знаешь местные легенды… может, что вспомнишь?

Кушит приблизился к монолиту и прислонил ладонь.

— Холодный, — задумчиво сказал наемник. — Это хорошо.

— Почему? — откликнулся варвар, слезая вниз.

— Раньше здешние жители поклонялись богу джунглей Краа, — проговорил Аджа. — Они приносили ему богатые дары, жертвовали животных и людей, строили храмы. За это повелитель помогал им в охоте, оберегал деревни от набегов врагов и диких зверей. Но однажды сюда пришли поклонники злобного бога-демона Йога. С помощью могущественного Сета, Йог сумел победить Краа и заковать его в огромный черный камень. Между людьми началась война. Одни продолжали поклоняться древнему богу, другие приняли новую религию. Возле глыбы дарфарцы возвели величественный храм. Но просуществовал он недолго, йогиты нашли и разрушили его, а всех пленников убили и съели.

— Так значит, мы находимся рядом с темницей Краа! — догадался Валер.

— Везет нам на темницы… — иронично заметил Конан.

— Я лишь рассказал легенду, — пожал плечами чернокожий воин. — Среди жителей Дарфара, Куша, Кешана есть люди, которые до сих пор верят в бога джунглей. Они говорят, что голодный Краа заманивает случайных путников в заброшенный храм и поедает их. Полной властью над этими лесами он не обладает, но растения, птицы, животные до сих пор ему подчиняются.

— Проклятье! — выругался киммериец. — Не хватало нам еще только войны с богами… Надо убираться отсюда и побыстрее.

К наемникам неторопливо подходили разведчики. Шемиты осмотрели на поляне каждый участок пространства и ничего подозрительного не обнаружили.

— Можно идти, — доложил Исхад. — Страхи были напрасны.

— Кто знает… — неопределенно ответил десятник. — Такое впечатление, что звериные дороги сходятся у этого камня. Для отряда открыто любое направление.

Варвар и аквилонец невольно переглянулись. Ничего не сказав, Конан зашагал обратно к отряду. Над сложившейся ситуацией стоило поразмышлять. Случайно ли тропа привела их именно сюда? Киммерийца терзали сомнения. Он не привык отступать, а сейчас и выбора не было. Не идти же вокруг поляны по непролазным зарослям! Обернувшись к кушиту, северянин спросил: