Кузина из Пустоты (СИ) - Пляскина Александра Андреевна - Страница 53

— Добрый вечер. — У него красивый голос.

— Добрый. — Я не отводила взгляда. Вот теперь меня затопляли чувства, но какие именно разобрать не могла. Их оказалось слишком много.

— Присоединяйся к нам Рит, я уже сделал заказ. — Этот полукровка казался чересчур радостным и возбужденным. Боится. Только чего?

Горрит сел между нами. Он так же, как и его друг до него, внимательно разглядывал меня. Казалось, его взгляд пытался проникнуть вглубь меня, но не смог. Я ощущала это практически на физическом уровне. Парень вопросительно посмотрел на медноволосого.

— Не знаю. Говорит, воин из отряда Серых. — Они общались так, будто бы меня и не было. Некрасиво.

— Воин? — Он внимательно вглядывался в мои глаза, а я начинала злиться, наконец-то приходила в себя после убийства тех четверых. — Это интересно.

— Если вам так хочется пообсуждать меня, то вам лучше пересесть за другой столик, — мой голос сочился ядом.

Фууу, какая я противная.

— Да нет, нам и тут неплохо. — Хам.

— Тогда можно и представиться.

Он растянул губы в улыбке, надо заметить довольно привлекательные губы. Эй, родная, вернись на грешную землю.

— Горрит оф Тири из клана «Смерти».

Он произнес свое имя так, будто он обычный смертный портовый грузчик, а не «Смертник». Так в народе называют Зовущих Смерть из клана Смерти. Бывшие люди, ставшие опасней многих народов Старшей Крови. Они появились во время Первой Войны, заключив сделку с госпожой, повелевающей Жизнью, дабы сражаться на равных со своими хозяевами. Но решилась на это лишь горстка людей. Что она попросила взамен, никто, кроме самих кланников, не знает. Но явно что-то равное той силе, что они имеют. Так вот что мелькает на дне его глаз — Смерть. И любой, взглянувший в эти черные непроницаемые глаза, увидел бы много смертей.

Теперь ясно, почему холод так реагирует на него, и я понимаю, почему у него тогда был такой взгляд и отчего меня охватил страх, но я не могу понять, почему его нет сейчас. Неужели я настолько изменилась за последнее время, что уже не боюсь смерти. Раньше я всегда боялась умереть. Знать, что тебя не станет и ничего от этого не изменится — довольно страшно. Это был единственный страх, но желание жить пересилило.

Пока мысли со скоростью света метались в моей голове, кланник внимательно следил за моим выражением лица. И оно явно отображало все мои мысли, так как парень аж весь светился от удовольствия.

Я не успела ответить — подошла служанка. Она быстро расставила еду и с поспешностью удалилась. Боится.

— Кира тэр он Аусцель, воин из отряда Серых пятого отряда Геркаров. — Представление со всеми атрибутами.

Парни удивленно переглянулись, но лишь на мгновение, и снова маска доброжелательности и непоколебимости на лице.

— Почему мы не уйдем в другой Мир? — Я никак не мог понять мотивов брата и чего он хочет.

— Я не могу.

Не может. И все. Все, что он мог мне сказать. Он сильно изменился, мой младший брат.

— Кто был тот эльф, что приходил недавно?

— Один знакомый. Он рассказал кое-что интересное.

Да что же с ним творится?

Поддаваясь моему гневу и чувству безысходности, варг пришел в движение и стал жечь спину, руку, грудь, полоснув меня жаждой крови по обнаженным чувствам. И в это все вплелось что-то мощное, мерзкое даже на уровне чувств. Будто бы кто-то наполняет зловонием внутренний магический Мир.

— Ты чувствуешь?

— Что? — Шаолэр подскочил с кресла, в котором сидел и подошел ко мне. В его взгляде была тревога.

— Что-то мерзкое, насквозь гнилое, оно вплетает свою магию во внутренний магический Мир, — я не мог говорить внятно, мне не хватало воздуха от этого зловония. — Оно затягивает меня, как трясина.

Я стал терять сознание. Мои силы еще не восстановились, и разум не выдерживал такого напора. Вокруг меня стала собираться тягучая темнота с привкусом гниения.

— Чего вы хотите?

Она была довольно резкой и необычной. Так легко смотрит в глаза Риту и не видит картин смерти своих близких, знакомых и многих незнакомых живых существ. Она не видит того, что сводит многих с ума. Почему? Почему не боится моего друга, которого боится даже его дражайшая старшая сестра, хотя они с ним союзники, пусть и негласные. Я не удивлюсь, что этот страх это тоже сила подвластная ему.

— Узнать кто ты, — голос Горрита звучит спокойно, но это спокойствие лишь маска.

— Я, по-моему, уже представилась, — девушка уже практически рычит.

— Ты разбила мой Истинный Взгляд при первой нашей встречи, недавно я испробовал на тебе Тень Смерти, но для тебя это оказалось незначительной помехой и только. — Кира с удивление уставилась на него.

— Тень Смерти, это когда город стал серым и потерял четкость?

Горрит рассмеялся. Я не слышал такой смех с четырнадцати лет. Так открыто и неудержимо его друг уже не смеялся давно.

— Серый, — он с трудом через всхлип произносит слово и снова заходится в неудержимом хохоте.

Девушка посмотрела на зовущего так, будто перед ней душевнобольной, и, покрутив пальцем у виска, принялась за еду. Видя мой недоуменный взгляд, она немного смутилась.

— Остынет.

Это послужило новым поводом для смеха, только начавшего успокаиваться Горрита после прошлого приступа.

Но вдруг все резко оборвалось. Кира сильно побледнела и выронила вилку из ослабевших пальцев. Горрит перестал смеяться и стал совершенно серьезным.

— Что с тобой?

Она подняла взгляд полный боли.

— Какая мерзость, — слова довались ей с трудом. — Так сильно пахнет гнилью и кровью.

— О чем она? — я посмотрел на друга.

— Похоже, это по нашему делу. Я чувствую лишь отголоски, а она все приняла в полной мере, — он резко поднялся со стула и подошел к девушке. — Прикажи принести в мою комнату два кувшина с холодной водой.

Горрит поднял ее на руки. Она уже была без сознания.

— Возьми сумку.

Короткий приказ. В голосе друга появилась ярость. Он, не оглядываясь на удивленных посетителей и не задерживаясь, быстрым шагом направился к лестнице. А я подхватил сумку девушки и, поймав проходившую мимо служанку, распорядился о воде и тоже пошел к лестнице.

Ее дыхание участилось, но было заметно, что она не может нормально вздохнуть. Это плохо. Я быстрым шагом шел к своей комнате. Кира была легкой, но под плащом оказался целый арсенал оружия, который впивался мне в ребра и руки. К тому же левую руку сильно жгло, словно под одеждой не тело, а огненный элементаль, но в тот же момент опаляло холодом там, где мое тело касалось ее груди. Остановившись напротив своей комнаты, я пинком распахнул дверь и, пройдя в комнату, опустил девушку на кровать. Вслед за мной в комнату вошел Ар.

Я стал развязывать завязки плаща. Когда все же справился с ними, то оказалось, что был прав, у нее действительно оказалось оружие. Убрав меч и отцепив ягату с сартой, я снял с нее сапоги, порезавшись при этом о тризубу. В дверь постучали. Туарисар открыл дверь и забрал кувшины с водой.

— Помоги.

Друг поставил их на стол и подошел к кровати.

— Придержи ее, — я говорил отрывисто и негромко, но так, что не исполнить просто нельзя.

Он держал ее за плечи, а я снял плащ до конца и кинул его в сторону образовавшейся кучи из вещей девушки. Теперь надо снять рубашку. Надеюсь, она не сильно обидится. Я стал вытягивать рубашку из штанов и снова порезался, да что же это такое! Смерть ее возьми!

«Уже» — тихий шепот моей напарницы прошелестел в голове.

Что!? Я посмотрел на девушку, она с трудом, но еще дышала. «Похоже, ты ошиблась». Но в ответ было лишь молчание. И я не стал терять драгоценные мгновения. Вытащив эту треклятую рубашку и узкий стилет из-за пояса, расстегнул все пуговицы и стянул рубашку с плеч.

Мы одновременно издали вздох удивления. Я поднял на друга глаза. Тот тоже смотрел на меня, он выглядел так, будто чудо света увидел.