Паломник - Морхайм Денниз - Страница 22

– Боюсь, что я ничем не смогу помочь несчастному, – вздохнул Симеон. Он ослеп. Слюна у этой твари оказалась ядовитой. Она прожгла даже одежду в тех местах, куда попали капли. Я обработал ожоги у стоявшего рядом гужевого, на которого тоже попали две капельки, а вот этот…

Симеон замолчал, оставляя решение за Найлом, как за начальником отряда. Посланнику Богини всегда было тяжело принимать такие решения, но никуда не деться…

Найл мысленно связался с Дравигом, который тут же понял его.

– Опять прошу тебя, – сказал Посланник Богини, – сделать все, когда мы немного уйдем вперед. Я не хочу, чтобы девушки…

– Не беспокойся, Посланник Богини. Найлу ничего больше не оставалось, как отдать приказ снова тронуться в путь.

По дороге они встретили еще три воронки, подобные тем, что только что видели. Но три новые не стали могилой ни для жука, ни для паука, ни для человека.

Участники отряда обходили их стороной и ни у кого больше не возникало желания экспериментировать, бросая камни, или даже просто останавливаться на краю.

Повозку, которую теперь тащили только два гужевых, максимально облегчили, перекинув по два мешка с сухофруктами на те повозки, где гужевых было четверо.

Солнце клонилось к закату, жара стала спадать, уставшие девушки-охранницы спрашивали Найла, когда они остановятся на привал.

– Так вы же сегодня спали днем! – воскликнул Посланник Богини. Ночной привал сегодня будет коротким, а пока – вперед. Единственной поблажкой, которую позволил им Найл, стала дополнительная порция воды, да и то потому, что, судя по карте, они должны были завтра утром или днем подойти к реке.

– Ты не чувствуешь воду? – обратился Найл к Дравигу, зная, что пауки всегда могут сказать, есть поблизости водоем или нет.

– Под нами течет река, – сообщил начальник паучьей охраны.

– Под нами?

– Да, тут проходит подземная река. Найл попытался проникнуть сознанием сквозь слой земли, по которой они шли, и тоже почувствовал движение воды, текущей на север – как раз в том направлении, куда шли они.

Могла ли та река, что изображена на карте Стиига, уйти под грунт? Мог ли слой грунта нарасти над ней? Найл не знал ответов на эти вопросы.

С одной стороны, он был бы рад, если бы им не пришлось переправляться через широкую водную гладь, не говоря уже о пауках и жуках. С другой – им следовало пополнить запасы воды, редеющие гораздо быстрее, чем запасы пищи. Но если под ними протекает вода, до нее можно добраться, не так ли? У них с собой есть мотыги, они ее достанут.

Но река… Неужели они сбились с курса? Вообще-то судя по положению солнца, звезд и показаниям небольшого старенького компаса, найденного Посланником Богини в городе пауков и прихваченного с собой, шли они правильно. Хотя ландшафт мог здорово измениться с тех пор, как составлялась карта…

Еще примерно через час пути, на протяжении которого Найл не переставал чувствовать подземную воду, количество растительности вокруг заметно увеличилось.

Во-первых, ноги путешественников ступали по настоящей траве, пусть не очень высокой и довольно жухлой, но траве! Для усталых стоп путников она, несмотря на свою жесткость, казалась мягким пухом после твердой, потрескавшейся, выжженной земли и раскаленных песков и камней. Тут и там попадались различные цветущие кактусы, кусты креозота, уару, а также множество всяких растений, названий которых Посланник Богини не знал. Вскоре растительности стало больше, появились деревья. Над головами роились пчелы, в ветвях деревьев щебетали птицы, под ногами проскакивали юркие ящерицы. Отряд входил в лес.

– Здесь должно быть много дичи, – подошел к Найлу Вайг. – Ты помнишь те времена, когда мы чуть ли не каждый день ходили на охоту?

Найл кивнул: брат говорил о годах жизни в пустыне, когда охота была вынужденным занятием, теперь им тоже следовало поохотиться, чтобы пополнить запасы пищи, да и для разнообразия хотелось свежего мяса, а не сушеного.

– Ну что, тряхнем стариной? – предложил Вайг.

Повелитель города кивнул, подумав что его брат, пожалуй, теперь радуется, что отправился в поход. Выросшему в пустыне человеку жизнь в паучьем городе могла и наскучить: каждый день одно и то же. А тут – открытая местность, природа, к которой сыновья Улфа привыкли с детства, да и женщины имеются, так что есть на ком остановить глаз.

Солнце только что зашло и в ближайшее время должна была спуститься ночь. В этих местах темнело сразу же: не проходило и двадцати минут после захода солнца, как все вокруг погружалось во мрак. Потом появлялись звезды.

Может, уже объявить привал? – прикинул Найл, а они с братом, Мирдо и, возможно, Баркуном и Варкинсом отправятся на разведку по окрестности. Пауки, скорее всего, тоже выйдут на охоту, как и жуки. Зачем искать лучшее место для ночлега? Это подходит великолепно. Правда, Найл сегодня планировал ночной переход. Но, с другой стороны, нужно пополнить запасы… Посланник Богини объявил привал.

В тот вечер их отряд устроил себе пир. И люди, и пауки, и жуки с наслаждением вкушали свежедобытые деликатесы. Рядом с Найлом сидела Мина, признавшаяся ему, что впервые ест мясо лани. Девушки-охранницы вообще никогда не ходили на охоту, а тут две вызвались составить мужчинам компанию и получили удовольствие от выслеживания дичи. Одной даже удалось уложить молодую косулю метким выстрелом из лука. Теперь же можно было попробовать то, чего раньше никогда не ел.

Вайг и Мирдо развлекали собравшихся охотничьими байками, Найл по большей части помалкивал, хотя иногда с трудом сдерживал смех: братец приписывал себе подвиги, которых никогда не совершал. Мирдо тоже рассказывал про каких-то гигантских существ, которых ему удавалось уложить одним выстрелом. Но в те времена, когда он, по его словам, их метко поражал, ему, пожалуй, не исполнилось еще и четырнадцати лет. А жители пустыни, как правило, не брали четырнадцатилетних подростков на охоту, оставляя с женщинами в пещерах. В лучшем случае мальчишки занимались собирательством. Но если Вайг с Мирдо хотят прихвастнуть своими подвигами перед женщинами, зачем им мешать?

– А ты тоже охотился в пустыне? – шепотом спросила Мина у Посланника Богини.

– Да, но меньше, чем Вайг. Я жил в песках до семнадцати лет. Я просто не успел. Потом только в походах, по мере необходимости. Но мне никогда не нравилось лишать жизни других существ. Я считаю, что это можно делать только когда тебе надо прокормить себя. Поэтому я и не стал убивать тех двух тварей, что живут в гигантских воронках.

Мина кивнула с пониманием.

Найл обнял ее за плечи и привлек к себе.

– Пойдем немного прогуляемся, – предложил Посланник Богини и тут же понял, что ляпнул не то. Ой, прости, Мина, я хотел сказать…

– Я понимаю, что ты хотел сказать, – Мина прижалась еще крепче. Помоги мне встать. Я обопрусь на тебя. Мы вместе отойдем немного в сторону. Моей ноге уже лучше.

Повелитель города взял девушку на руки и понес за пределы разбитого лагеря, под огромный куст неведомого растения, которое он видел впервые – в тех местах, где ему доводилось путешествовать и жить раньше, такие не встречались. На толстых ветках одновременно росли и огромные и совсем крохотные листочки. Маленькие окружали большой лист со всех сторон и создавалось такое впечатление, словно он сам представляет собой мини-куст, поднявшийся среди густой травы.

Найл уложил девушку на мягкий грунт под ветвями, а сам сел рядом. Мина положила ему голову на колени. Голова самого Найла коснулась одного из огромных листов и Посланник Богини внезапно почувствовал душу этого растения. С одной стороны, растение было недовольно, что его побеспокоили, с другой, ощутило непривычный для себя запах человека. Найл понял, что люди в этих местах никогда не появлялись, но с удивлением для себя узнал, что тут часто проходят всякие звери, причем как крупные, так и мелкие.

Не успел он получить эту информацию, как неподалеку услышал приглушенное рычание, от которого кровь стыла в жилах. Мина мгновенно напряглась, резко села и прижалась к Найлу.