Тайны прошлого - Имакаев Владимир - Страница 77

Агент посмотрел на часы и, направляясь к дверям, подсчитывал время.

— Идемте, мы в лучшем случае опоздаем минут на пять. Хотя в нашей стране никогда не начинают вовремя.

Они быстрым шагом шли по темным холодным коридорам, в стенах которого были вмурованы огромные бронированные двери, такие же, как и в камере Брендона. Впереди показался тот самый торопыга, чей голос он слышал за дверями.

— Приготовь нам вертолет и поднимай всех по тревоге. Срочно усилить охрану в П***ске!

— Да, полковник! Будут еще распоряжения?

— Дозвонись к нашим — пусть удержат Новака от выхода на сцену. Без бронежилета его не оставлять. И потом, если кто-нибудь что-то узнает из прессы или поднимется шумиха, будешь работать дворником в городском парке до конца своих дней. Понял?

— Так точно! Еще что-нибудь?

— Да, — подал голос Брендон, — необходимо, чтобы Шейла взяла мою аппаратуру и привезла мне ее как можно скорей. И еще мне нужно снайперское ружье, стреляющее дротиками, — Брендон не давал вставить и слова обалдевшему торопыге. — А еще прошу доставить много спирта, пенициллин, ртуть и хорошую тару, где я смог бы это все смешать.

Полковник только кивнул в подтверждение к выполнению.

Рев колонок мог разбудить и мертвого. Огромная площадь насколько охватывал взгляд, была заполнена публикой. Здесь было тысяч тридцать шумных и всюду снующих людей. Балконы многоэтажек, выходивших на площадь, надрывались от тяжести счастливых хозяев и их гостей. Чем выше твой этаж, тем больше шансов лучше разглядеть праздник.

По периметру были расставлены войска милиции, ОМОНа, просто военных и крепкой группы порядка. Кроме усиленной охраны, вокруг площади располагались цветные шатры. В одних продавались книги христианских авторов и прочая духовная литература, в других, оснащенных маленькими динамиками, нарасхват шли диски христианской музыки и записи проповедей известных евангелистов. Третьи же продавали хот-доги, горячие гамбургеры и, незаменимые в зимний вечер, горячие напитки. Чайники не успевали вскипать, а укутанные в пуховые платки продавщицы открывать новые коробки с чаем и кофе. Другие палатки были только для того, чтобы развлечь народ до начала представления. В тир стояла очередь, которая уходила вглубь толпы и там же терялась. Вокруг аттракциона «Проверь свою силу» скопилось не меньшее количество людей. Рукоятка молота, который то и дело с размаху ударялся о наковальню, сообщая результат усилий, побывала в стольких руках, что почти стерлась.

Весь этот галдеж можно было слышать за десятки километров отсюда. Гулянье было на широкую ногу. Все предвкушали начало, которое витало в морозном воздухе вместе с ароматами жареных сосисок и запахом крепкого кофе.

— Если ты не против, я хотела бы разместить кое-какую аппаратуру перед сценой, — начала Эрвин, как только появилась в дверях примерочной, где Виталию Андреевичу стилистка делала укладку волос. — Я хочу сделать фотографии для журнала и вообще для себя, а твои держиморды меня не пропускают.

— Ирина, что за вопросы, конечно не против, — он достал мобильный и набрал номер Олега. — Олежка, встреть Ирину у входа на сцену, наши ребята ее не пропускают. И дай ей кого-нибудь в помощь, у нее тут целый чемодан фотоприколов, не хватало, чтобы она надорвалась… Ну, все… Спасибо.

Он убрал мобильный и снова сел смирно, так как стилист немного нервничала.

— Все, Адвокат тебя встретит.

— Я смотрю, ты известной шишкой стал, — Эрвин довольно улыбнулась, — я даже в белом доме столько прессы не видела.

— Там действительно много людей?

— Не пройти, я полчаса сюда со своими, как ты говоришь «фотоприколами», проталкивалась.

— Так ты будешь на сцене?

— Нет, установлю все, а сама засяду где-нибудь. Вся аппаратура у меня цифровая и на радиоуправлении, так что мне будет спокойней делать снимки даже отсюда. Ну ладно, до встречи, суперзвезда, желаю тебе удачи, — она поцеловала его по-дружески в щеку и скрылась со своим огромным чемоданом.

Стилист выразила негодование и принялась очищать щеку от оставленного следа розовой помады, которая сладко пахла ванилью.

Вертолеты, похожие на стаю обезумевших стрекоз, рассекали небо. Их было несколько десятков, почти одновременно поднятых невидимой силой с военной базы. Лучшие из лучших были готовы к тому, чтобы работать быстро, не зная страха, и не верить своим глазам.

— Сколько у меня времени? — спросил Брендон, смешивая доставленные ингредиенты в колбе из сплава металлов.

— Столько, сколько нужно, — ответил полковник, который летел в одном вертолете с ним.

— Мне нужно знать приблизительное время, сколько нам лететь.

— Раз так, то минут десять. Да, я не хотел вас отвлекать, но мои люди сказали, что Шейла Квест уже там. Наши люди выделили ей и вашему видеооборудованию отличное место, — уточнил агент.

— Отлично, будем надеяться, оно нас не подведет.

— Вы считаете, что ваша техника настолько хороша?

— Полковник, вы даже себе представить не можете насколько, — самодовольно улыбнулся Брендон и погрузился в работу над гремучей смесью.

Олег Евгеньевич чувствовал себя ужасно уставшим, хотя еще ничего не началось.

Казалось, что все под контролем. Он десяток раз проверил расположение охраны, два десятка раз освещение, электрику и обслуживающий ее персонал, который не внушал ему доверия. Три десятка раз он проверил артистов и около сотни раз работу аппаратуры и звукооператоров.

Он мчался к Новаку, когда краем глаза заметил движение военных машин, караваном приближающихся к площади. Никто их не замечал, и никто не обращал внимания, так как все ждали, что через пять минут начнется нечто грандиозное. И никто кроме Адвоката не стал задаваться вопросом, кто эти люди и зачем явились. Конечно же, лишняя охрана не помешает, но зачем так много.

Солдаты гроздьями высыпались из грузовиков и, словно пойманные врасплох внезапным светом тараканы, разбегались по своим местам, теряясь из виду.

С усилием он повернул голову в направлении пути следования, и перед ним вырос, совсем незнакомый мужчина с каменным лицом и холодным голосом.

— Служба безопасности, — представился он. — Экстренная ситуация, мне срочно нужно увидеть Новака Виталия Андреевича.

Говорить было нечего, так как документ, подтверждающий личность агента был перед глазами, и оставалось только подчиняться, а то кто знает, что он собирается делать с пистолетом, на рукоятке которого, лежала его рука.

— Нет, нет и еще раз нет! — протестовал Новак. — Я не могу поднимать панику среди людей. Они настроены на праздник, а не на военные игры.

— Как же вы не понимаете, это в первую очередь касается вашей жизни. Я не прошу многого, только дождитесь приезда полковника, он будет с минуты на минуту, — пытался объяснить агент.

— О моей жизни думает Господь, а я думаю о жизнях тех, кого Он мне поручил. Сегодня ночь перед Рождеством. И здесь нет места для насилия. Я верю, что Бог позаботится обо мне. Если хотите, то делайте свою работу, я не глупец, чтобы отказываться от охраны. Но через две минуты я выйду на сцену, и мы начнем праздник.

— Наивный вы человек, праздник может начаться с вашей смерти на глазах тысяч людей, которые любят вас и доверяют вам. Как вы думаете, им это больше понравится?

— Хорошо, допустим, вы убедили, что на меня открыта охота. Но что в таком случае может сделать ваш полковник, чего не может сделать Бог?

— Да хоть на мгновенье откиньте вы вашего Бога в сторону и посмотрите трезво на ситуацию.

— Знаете что, — Новак выхватил принесенный агентом бронежилет и твердо закончил, — Бог никогда не откидывал меня в сторону, да и вас тоже, хотя может вы этого не знаете. Жилет я одену только для того, чтобы вы от меня отстали. Хотя я скажу вам так, если Бог не сохранит, то никакой жилет не поможет.

И Новак скрылся за дверями примерочной, чтобы одеть под пиджак столь ненужный, по его мнению, предмет. Он доверял Тому, кто не раз спасал его жизнь, и этот день не должен стать исключением.