Тайны прошлого - Имакаев Владимир - Страница 86

Так метко стреляют только профессионалы, хотя старик, державший двустволку, не был похож на такового.

«С ружьем, друг мой, не поспоришь», — сказал он и скрылся из виду.

Дядя Ваня знал, что его дед положил конец прошлому клану, прапрадед предпоследнему и так, наверное, до самых истоков, но то что ему придется убить последнего этих дней он не подозревал. Ему было жаль Сашу, но тот погиб три года назад, а это уже был Арбахан хоть и в Сашином теле. Да именно был… И ему Арбахана не жалко…

Обломанный кол из молодой сосенки проткнул насквозь отлетевшее от демона тело Сани. Демон опоздал. Крик ярости об утрате сменился криком боли и страха, когда под Арбаханом раскрыла свою пасть бездна. Кипящая гиена поглотила повелителя Свободных драконов, крепко вцепившись в него своими красными щупальцами.

Это была победа, которая стоила жертв. Спасти удалось только тех, кто этого действительно хотел.

Брендон видел, что на асфальтовой дорожке возле девятиэтажки лежали два тела, облаченные в черное. Он подошел поближе и увидел, что Мирроу еще жив, но это продлиться недолго. Какие-то химикаты еще держали его на этом свете, хотя все органы были отбиты, а кости переломаны. Его облезшая кожа продолжала тлеть, а обнаженные мышцы судорожно сокращались.

— Это ты…, — прокряхтел он, — я был уверен, что это ты… ты Тень, но теперь все… а ты знал, что Тень… это… это…

Мирроу умер. Какую боль он испытывал в последние секунды не знал никто и то, что он хотел сказать тоже. Тайна Тени у Брендона в руках. Этого момента он ждал много лет, он собирался открыть лицо, спрятанное за маской шлема. От волнения дрожали пальцы и вспотели ладони. Медленно Брендон снял шлем…

Лицо самое обыкновенное. Он никогда не видел этого человека прежде. Застывшие глаза, которые когда-то были карими, рот с узкой полоской сжатых от боли губ и нос с горбинкой. Ничего необычного — простой человек.

Брендон разглядывал бездыханное тело, пытаясь понять, какую тайну хотел рассказать Мирроу.

Журналист взял поудобней фотокамеру, болтавшуюся у него на шее и пару раз блеснув вспышкой решил уйти, пока на место происшествия не нагрянули спецслужбы. Отойдя на пару шагов, он услышал какой-то писк. Обернувшись, он увидел, что циферблат на часах Мирроу замигал ярко-красным цветом. Детонатор самоуничтожения, который был закреплен на руке киллера отреагировал на прекращение пульса и сработал.

Брендона отнесло взрывной волной. Он крепко прижался к земле, ожидая, что подобное уничтожение улик произойдет и с другим киллером. Но было тихо.

Его осенило! Он быстро достал капсулу с ртутной жидкостью и кинулся к телу, которое должно было принадлежать Тени. Ребята из МАКС оставляют клон, когда хотят чтобы все думали, что они мертвы, и уничтожают тело, когда мертвы на самом деле — это он понял только сейчас. Укол тут же начал вносить анатомические изменения в клон человека, которого он, конечно же, не знал.

Брендон вооружился своей камерой, которую уже закинул за спину, и револьвером, взятым у агентов охраны. Ворвался в подъезд и замер, ловя любое движение. Он услышал какой-то шорох наверху и со скоростью ветра принялся подниматься на встречу звуку.

На лестничной площадке третьего этажа он увидел, что Тень держит на руках дочь пастора и собирается уходить вверх.

— Стоять! — Брендон был испуган, но старался держаться мужественно.

Тень обернулся и Марш увидел себя в отражении абсолютно черного стекла, служившего забралом в шлеме.

— Я не желаю тебе вреда, — сказал металлический голос робота.

— Ты убил моего отца, и мне этого достаточно, чтобы продырявить тебя.

— Мне и так досталось сегодня…

— А мне плевать, — орал Брендон. Однако он обратил внимание на плечо разрезанное Мирроу — вывернутую наружу рану. Нога Тени в коленном суставе, похоже, была разбита, да и исцарапанный костюм говорил о многочисленных ранах.

— Я знаю, и если честно мне плевать на тебя. Ты сам не знаешь, с какой легкостью я могу лишить тебя жизни, но ты мне не нужен, я не убиваю хороших людей…

— Замолчи! Кто дал тебе право судить, кто хороший, а кто плохой. Мой отец не сделал ничего плохого…

— Брендон перестань! Твой отец был мне тоже очень дорог, но он стал настоящим монстром, сметая всех на своем пути к власти.

Журналист так и замер. Агент мало того, что заговорил на чистейшем английском, но и назвал его по имени.

— Я тебя знаю? — Брендон стал вспоминать, где он мог слышать эту интонацию, которую не мог скрыть даже ревербератор в шлеме.

— Но лучше бы ты меня не знал. Обещаю тебе — я скроюсь и больше не выйду ни на одно дело, и в течение недели перешлю все файлы, которые есть в архиве МАКС о твоем отце. И если я солгал тебе, то в следующий раз я даже не стану сопротивляться.

Послышался звук сирен милицейских машин и крики агентов Службы Безопасности.

— Но сегодня я прошу тебя отпустить меня, и даже больше — возьми ее и верни отцу, — Тень передал девушку в его руки, и Брендон в замешательстве взял ее, — она сильно ударилась головой, ей нужна медицинская помощь. И скажи ее отцу, чтобы он согласился на то, о чем его просят, иначе, в следующий раз я вряд ли смогу защитить их. Из-за его упорства могут пострадать другие невинные люди.

Агенты уже ворвались в подъезд.

— Хорошо, иди, но если ты меня обманул…

— Не забудь о моей просьбе.

Тень сделал себе укол и растворился во тьме подъезда.

Новак сделал так, как ему продиктовал голос робота по телефону.

Как только он увидел заискрившуюся пулю, которая пролетела мимо, он пошатнулся и упал на пол, имитируя смерть. Он знал, что напугал людей, но голос в трубке сказал, что от этого зависит не только его жизнь, но и жизнь дочери.

Странные механизмы были закреплены вдоль всей сцены. Они генерировали сильное электромагнитное поле, не влияющее на технику, но служившее своеобразным щитом от металлических предметов. В первую очередь, это было рассчитано на пули. Кроме этого щит изменял изображение. Публике казалось, что пастор стоит с правого края, он же был в левом. Этот голографический искажатель нужен был на случай, если вдруг киллер изберет другой способ убийства. Ведь в агентстве МАКС на вооружении были не только металлические снаряды, но и силиконовые, пробивающие тело не хуже металла, благодаря частицам кремния, плюс замороженная жидкость, проникающая в плоть и растворяющаяся в ней.

— Как вся эта техника оказалась здесь? — спросил Брендон первым делом, передав Новаку дочь и послание Тени.

— Понятия не имею, никого из посторонних на сцене не было.

— А могли это сделать журналисты, имеющие сюда доступ?

— Вряд ли. Дело в том, что их впустили уже перед самым началом, и если бы кто-то устанавливал столь сложные механизмы, то был бы замечен.

Брендон прокручивал в памяти лица, которые были помечены маячками, но ничего не приходило на ум. И почему он не попросил Тень показать свое лицо.

— Постойте! — вспомнил журналист. — А как насчет женщины с фиолетовыми волосами, я ее видел на сцене до начала праздника.

— Эрвин?! — Новак улыбнулся. — Вы видели ее? Вы думаете, что она способна работать на киллеров?

— А где она сейчас? — Брендон начинал складывать в голове все воедино.

— Не знаю. Она, скорее всего, где-то снимает праздник, — Новак подошел к гардеробу и указал на ее шубку, — она где-то в здании сцены, она не могла уйти на мороз без шубы.

Брендон поступил неожиданно для всех. Он наклонился к шубке из меха песца и прижался носом к воротнику. С виду можно было принять его за маньяка, чьи глаза заблестели от запаха женской одежды.

— Я так и знал! — Закричал он от радости. — Я так и знал, чем по-вашему пахнет ее одежда?

Новак нехотя понюхал, и сразу почувствовал аромат знакомый с детства.

— Кажется, ванилью…

— Вы сказали ее зовут Эрвин?

— Да это так, ее сейчас зовут Эрвин Кисс, а до этого она была Ирина Кравченко, — пастор не понимал, какое отношение к этому может иметь его подруга детства.