Король-Бродяга (День дурака, час шута) (СИ) - Белякова Евгения Петровна - Страница 67

Капрал поклонился и шмыгнул в коридор. Потом раздались шаги стражников. Повисла тишина. Король вертел в руках бумаги с минуту, затем ошарашено втянул в себя воздух, и бросил их на пол.

— Оливер, я не понимаю… — произнес он на удивление миролюбивым голосом.

И куда подевался 'монарх в гневе'? Я чуть было не засмеялся, поняв, к чему идет ситуация, но сдержался.

— Это же полная чепуха, Олли, — продолжил король, — ну как, скажи — как? — Вито мог предлагать старому бродяге мой трон?

Гедеон повернулся к Вито и ткнул помощника Советника пальцем в плечо. Лорд Вито хихикнул, как от щекотки, и молча показал взглядом на Оливера, мол, он объяснит. Когда король обратился к Оливеру, тот показал глазами на меня. Гедеон уставился на меня своими теплыми карими глазами и тяжело вздохнул.

— Простите, что я назвал вас бродягой, может, у вас имеется какая-то профессия?

Король с каждой новой встречей нравился мне все больше и больше.

— Да, Ваше Величество, — ответил я, встал и изысканно поклонился. — Когда-то давно я был актером.

— А-а-а, понимаю, наверное, потому мне ваше лицо показалось знакомым! — обрадовался король, а у меня чуток екнуло в животе, — Я мог видеть вас на сцене?

— Боюсь, что нет, Ваше Величество, — осторожно произнес я, — я играл в молодости, слишком давно…

— Именно, — встрял Вито, — очень, очень, очень давно… — мой предостерегающий взгляд он оставил без внимания. — Можно даже сказать ужас как давно. Лет сто назад.

— Сто? — наморщил лоб король, подсчитывая что-то. Потом непонимающе уставился на Вито.

— Кхм, кхм, — подал голос Советник, ерзая в кресле, так, будто там в подушке оказалась иголка — ну, может и не сто, а чуть больше. Он был известен как Геригольд Баснописец.

— И еще как Алый Трубадур, — подхватил Вито, нараспев произнося мои многочисленные псевдонимы, — Меригольд-Геригольд Шнабский, Каспиан Острый Язык, и… да, точно, Джоселиан Просперо.

Я смирился — просто сидел на кровати, пил вино и морщился при каждом имени. Кроме последнего.

— Я не понимаю, Олли, — признался король, хмурясь.

— Джоселиан, налейте мне, пожалуйста, вина, — попросил лорд Вито. Признаюсь, мне сначала захотелось пнуть его за такие фокусы, но я только покачал головой и исполнил его просьбу. Он принял у меня кубок и повернулся к Гедеону. — Ваше Величество, позвольте мне представить Вам Джоселиана Первого, когда то — короля всего Невиана.

— Вы с ума сошли? — поинтересовался король.

— Вовсе нет, — ответил Вито, — у нас есть доказательства.

'Откуда?' — чуть было не спросил я, но что-то мне подсказало этого не делать.

— Я бы хотел их увидеть, — пробормотал король, — что-то я не очень понимаю… так ты, получается, действительно предлагал ему мою корону?

— Только лишь проверяя его, — ответил Вито, потягивая вино с ленцой, достойной самой горячей похвалы. Я знал, что он лжет, я знал, что он хотел отдать мне королевство совершенно искренне, но счел в этой ситуации разумным не опровергать его слова. — И шпионам нашего любезного душки капрала стоило бы подслушать, что ответил мне мессир Джоселиан.

— И что же он ответил?

— Я отказался, Ваше Величество, — я вступил в разговор, понимая, что пути назад нет, — и отказался честно. Мне не нужен был трон тогда, не нужен и сейчас. Я даже… накричал на лорда Вито, за что сейчас прошу у него прощения. — Я поднял свой кубок, и молодой лорд ответил мне тем же, — Я старый человек, Судьба подарила мне долгую жизнь, и единственное, чего я хочу — так это продолжать спокойно жить в своих горах, лишь изредка появляясь в столице по делам.

— Хм… кхм, — вмешался Оливер, — Гедеон, ты, возможно удивлен…

— Еще бы! — отозвался король, рассматривая меня как какую-то диковину.

— Так вот, э-э-э… я бы посоветовал тебе не поднимать шума из-за этого…кхм… случая, а оставить все как есть.

Повисла пауза, в течение которой король сосредоточенно думал. О принце все забыли, и немудрено — он сидел молча, вылупив на меня глаза, и похоже, раздумывал, как бы меня задушить.

— Хорошо, — король хлопнул рукой по колену, обнаружил там отсутствие свидетельств, собранным капралом, и, подняв их с пола, грустно оглядел. — А что делать с Грейфусом?

— Предоставьте это мне, — промурлыкал Вито.

— Хорошо. Но я все же жду от вас доказательств, Оливер, не потому что не верю, а потому что в это трудно поверить… То есть… Мне интересно будет их почитать.

— Выслушать, мой король, — поправил его Советник Оливер. — Бумаге я это не доверю.

— Хорошо, — монарх согласно кивнул головой.

Мне показалось, что он с трудом сдерживался, чтобы не начать расспрашивать своих советников уже сейчас.

Король встал, мы поклонились друг другу, как равные. Потом он пожал мне руку.

— Мессир, я буду рад видеть вас у себя в гостях… в любое время, как только пожелаете. И я клянусь, что никто за пределами этой комнаты, не узнает от меня вашего истинного имени и истории. Я думаю, всем присутствующим здесь надо так же поклясться. Оливер, Вито, Эдуард…

Советник и его помощник повторили клятву короля, без особой напыщенности, просто, будто перечисляли ингредиенты для супа. Принц же насупился.

— Эд… — король взял сына за плечо и легонько сжал, — это и в наших интересах, поверь мне. Повтори за мной клятву.

Эдуард сделал, как приказал отец. Но выглядел при этом так, будто его мучили, загоняя под ногти иголки. Король, недолго потарабанив в дверь, дождался, пока ее откроют, бросил заинтересованный взгляд в мою сторону и подтолкнул сына в спину. Принц, скорчив недовольную мину, вышел в коридор.

Гедеон недолго помолчал, переступил с ноги на ногу.

— Вы должны простить моего сына за те грубые и невоспитанные слова, что он… произнес. Эдуард потерял мать, я не могу уделять ему должное внимание… боюсь, он немного озлобился.

'Немного?' — подумал я, — 'О, наивнейший из королей…' — но смолчал. Король кивнул мне и последовал за сыном.

Мы остались втроем.

— Он проговорится, — грустно подытожил разговор Оливер, пряча руки в рукавах своего огромного балахона.

— Кто? Принц? — спросил я.

— О, да. Но это и не важно. Слухи, конечно, пойдут, но к тому времени, пока они наберут силу, уже… — он не договорил, повел в сторону подбородком, и вышел. Я обернулся к Вито.

— Ну… объясните мне теперь, пока еще не Советник, зачем нужно было это устраивать? Зачем надо было раскрывать королю мое происхождение, ведь мы могли бы ограничиться…

Я постарался смотреть на Вито с укоризной, но получалось плохо. Настроение у него было таким радужным, что я поневоле расплылся в улыбке.

— Поверьте мне, мессир, надо было. Просто поверьте — вы тут бываете не часто, не в курсе всех событий, а мы с Оливером все обдумали… Теперь я распоряжусь, чтобы выпустили вашего…хм… племянника, и езжайте домой.

— Уж поверьте, сделаем все возможное, чтобы это случилось поскорее. Э-э-э… Вито…

— М-м?

— Что станет с капралом?

Он остановился у двери, выпятил губу, изображая раздумья. Хотя, я уверен, он прекрасно знал, что будет с капралом, в ту же секунду, когда услышал про его обвинения.

— Ну, его, возможно, пошлют на северную границу. Куда-нибудь подальше. Очень далеко. Очень-очень-очень далеко, я полагаю. Это все?

Я допил вино, поставил кубок на столик и улыбнулся. Ласково так, но Вито смутился и подрастерял примерно половину своей самоуверенности.

— Пока все, лорд Вито. Думаю, вы меня долго не увидите, что к лучшему. До свидания.

Рэд, похоже, обжился в столичной тюрьме, поскольку, когда я его увидел, выглядел живенько и был спокоен. Мы, в который уже раз выйдя из тюрьмы, посмотрели на солнце, на небо, друг на друга — и единогласно решили поскорее уехать домой. Хватит с нас камер и обвинений… итак для одного раза оказалось многовато. Поэтому, добравшись до 'Петуха', мы наскоро пообедали и двинулись на рынок. Пусть мне и хотелось дернуть прочь из города, я привык доделывать все свои дела… А мы все еще не купили одежду для Рэда.