Гамбит (СИ) - Блинников Павел - Страница 61

— Проклинаю тебя Торба!

Потом он положил голову на грудь и что-то замычал. Вдруг я почувствовал настоящее колдовство. От шефа к Хабе полетело проклятье. На моих глазах рука псевдо шамана стала покрываться чешуей. А он пока ничего не чувствовал, потому что продолжал мычать свое заклинание. Его вторая рука тоже стала покрываться чешуей. И только тогда он протянул левую руку к правой, и слегка почесал ее. Потом почесал еще. Потом резко поднял голову и с ужасом уставился на свои конечности. Он подскочил, переворачивая стул, на котором сидел и сказал:

— Господи что со мной!

— Духи недовольны тобой! — другим голосом сказал шеф. В комнате слегка потемнело, все краски как будто стали более тусклыми. Я почувствовал, что шеф медленно переносит все здание в Лимб. Лимб — это один из планов замысла, пожалуй, самый непривлекательный и скучный. Его главным отличием является то, что в нем нет времени, и теоретически можно войдя в Лимб просто пройти в любое место на земле, а вернувшись обнаружить, что в реальности не прошло и секунды. У этого плана есть много других особенностей, но самая неприятная из них его обитатели. Основными жителями Лимба являются нити. Нити — это сути самоубийц. Они не отправляются в ад, а обречены вечно скитаться на этом плане. И они очень не любят людей, поэтому путешествие через Лимб очень опасно. Но туда можно так же перетащить не просто себя, но еще и какое-нибудь место, например здание. Таким образом, вы не встретитесь с нитями, но и перемещаться сможете только в пределах этого здания. Здесь, как и в аду, нет вероятностей, но если принести их с собой здесь становятся доступно несколько фокусов невозможных в реальности.

В комнате потемнело. Хаба смотрел на шефа с неприкрытым ужасом, и было из-за чего. Шеф переменился. Все его тело покрыла черная тень. Он как будто оделся в собственную тень, что делало его темную кожу угольно черной.

— Ты будешь проклят! — сказал шеф замогильным, лишенным всех эмоций голосом.

— Кто ты? — с ужасом спросил Хаба.

— Я надеюсь, ты слышал о Шамане? — спросил в ответ шеф.

— Но это только сказки! — не верил своим глазам Хаба. Теперь мне стали ясны слова, ранее сказанные шефом о том, что он знает, как использовать встречу с Шаманом в своих целях. Зная, что тот сейчас занят другими проблемами, он мог легко присвоить себе его имя и славу. Хотя у самого шефа имя и слава были не менее значимы, все же сомнительно что Хаба его знал. А вот о Шамане он разумеется слышал. Нет, Шамана не знал каждый житель Африки, но среди таких вот шарлатанов он должен был быть очень популярен.

— Сказка это твоя жизнь. Ты занимался тем, чего не понимаешь. Ты позоришь мое имя, называясь шаманом. И за это получишь то, на что хотел обречь незнакомого тебе человека. Ты сам станешь крокодилом. И я лично сдам тебя на ферму к твоему другу Кантро! — с этими словами чешуя поползла по всему телу Хабы. Он заворожено смотрел на то, как она заползает ему под рубашку и оттуда двигается по животу к паху.

— Нет, господи нет! Прости меня великий Шаман. Я не хочу!

— Мне плевать на то, что ты хочешь, или не хочешь. Шаман сказал свое слово.

И шеф стал исчезать. Хаба бросился к нему в ноги, но было уже поздно, шеф ушел из Лимба. Я еще слегка помедлил, и повторил ту же процедуру. Вокруг снова стало светлей. Шеф подошел к печке и открыл отдушину. Потом открыл окно, чтобы выпустить дым, уселся в кресло Хабы, достал сигару и закурил.

— И сколько вы планируете его там держать? — спросил я шефа.

— Недолго. Вот покурю и вытащу. Для него пройдет только пару часов.

— А он и вправду станет крокодилом?

— Нет. Если он станет крокодилом, то не сможет страдать. Ему это может даже понравится. Он просто покроется чешуей и будет оплакивать потерю своей красоты. Хотя какая там красота, если честно. Но в таких ситуациях нельзя перебарщивать с ожиданием. Через часик другой он будет в отчаянии, а вот через сутки может и смирится со своей судьбой. Но через сутки он уже вернется в реальность.

— Покрытый чешуей?

— Да. Но только до первого сна. А когда уснет, проснется таким как прежде.

— А вы могли превратить его в человека-крокодила, не затаскивая в Лимб?

— Так быстро нет. Ты же видел, у меня получилось только с его руками. Но дай мне несколько часов и это стало бы возможно.

— И тоже до первого сна?

— Конечно. Нет, можно было закрыть для него алям-аль-металь, но это так хлопотно. Ладно, пора его доставать оттуда.

Шеф встал на то же место, где стоял, когда выходил из Лимба, и комната стала погружаться во мрак. В Лимбе комната была полностью разгромлена. А в углу сидел и плакал голый, покрытый чешуей Хаба. При виде нас он попытался что-то сказать, но не смог. Его язык стал длинным и тонким, с раздвоенным концом. Хаба упал перед шефом на колени и что-то зашипел.

— Теперь ты понял, что полностью в моей власти? — строго спросил его шеф. В ответ Хаба энергично закивал головой. — Тогда ты принесешь мне клятву верности. Говори: я буду верно служить тебе Шаман.

Хаба зашипел и замахал руками.

— Я знаю что ты не можешь говорить на человеческом. — продолжил шеф. — Но это не важно. Говори, как можешь.

Хаба подчинился. Я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться от всего этого. Естественно никакая клятва верности шефу на фиг не нужна. Просто он хочет запугать Хабу до такой степени, чтобы он пошел за шефом хоть на край земли. И одновременно убедить в том, что настоящее колдовство существует. Это вообще одна из самых сложных вещей, убедить посторонних, но нужных людей, в том, что шеф и вправду колдун. Можно показать пару фокусов попроще, но самым эффективным, безусловно, является представление вроде этого.

Шеф продолжал читать какую-то глупую клятву, суть которой сводилось к тому, что если Хаба ослушается его, то он умрет. И вот шеф закончил и изрек:

— Теперь я сниму с тебя проклятье раб. Но помни, если ты попытаешься ослушаться меня, оно тут же вернется. Хакабакура!

Последнее было выкрикнуто громовым голосом, от которого я чуть не оглох. Этот возглас зашатал комнату, и она рассыпалась на тысячи маленьких осколков. С Хабой тоже произошли изменения. Чешуя стремительно сползала с него. Вернее слезала как старый носок. Похоже, процедура линьки была для шамана болезненна, потому что он корчился на полу своей комнаты. Но вскоре и это кончилось. Хаба испуганным взглядом смотрел на шефа, а тот спокойно сидел на его стуле, и раскуривал очередную сигару.

— Эта шкура станет тебе напоминанием о той участи, которая постигнет тебя в случае ослушания. — сказал шеф.

— Я не забуду! — пропищал Хаба. — Клянусь, не забуду!

— Хорошо. Тогда принеси нам еще пару стульев, и я скажу, что мне от тебя надо.

Совершенно счастливый, от того что снова стал человеком, Хаба побежал в подсобку и приволок откуда два старых стула. Он поставил их рядом со своим столом, напротив шефа. Теперь они с шефом поменялись местами, впрочем, так и должно было быть с самого начала.

— Первое, это мой ученик и помощник Иван. — представил меня шеф. — В действительности он не немой, но разговаривать не любит, так что особенно не рассчитывай на то, что он тебе ответит. Помимо остального он одержим тысячами духов, и является их голосом. Так что любое его слово должно быть законом для тебя. Понятно?

— Конечно, конечно. — залепетал Хаба. Шеф продолжал развлекаться, хотя история с духами и неразговорчивостью, на мой взгляд, была уже лишней.

— Теперь дальше. Мне нужна твоя помощь Хаба. И если ты все сделаешь правильно, я награжу тебя. Но если ты не справишься, то тебя ожидает участь еще более страшная, чем та, которую ты испытал.

— Я буду стараться, клянусь! — да уж мужик серьезно перетрусил. Хотя кто на его месте не перетрусил бы. Вы? Не смешите меня!

— И это правильно. — внушительно сказал шеф. — А вот теперь слушай внимательно. Ты знаешь что сейчас происходит в соседнем государстве под названием Мамбе?

— Да. Там хотят сменить власть. А у нас находится лагерь повстанцев.