Сказочка дедушки Абдулы (СИ) - Блинников Павел - Страница 86

— Ну вашу мать это что-то! Я себе так яйца отморозил! У меня похоже трусы порвались. — он как бы походя приближался к будке. В голове звучало: "Пятнадцать гиппопотамов, шестнадцать гиппопотамов".

— А что так? — весело отозвался Джек. — Что встал на снежную бабу?

— Ну уж не на снежного мужика как у тебя! — ответил Вова.

Шутка прозвучала точно на двадцать первом гиппопотаме. Это тоже было тщательно продумано, как и то, что все тридцать солдат громко заржали. Надо было как-то отвлечь часовых, и Вова выбрал именно смех. Не было уверенности в том какую шутку выбрать, и решили остановиться на пошлой. К тому же то, что тридцать человек засмеялись, должно было подстегнуть часовых. Вова рассчитывал на тот же эффект к которому прибегают режиссеры юмористических сериалов. Смех на заднем плане заставляет стадный рефлекс человека присоединиться к нему, и поэтому когда его из подобных сериалов убирали эффект был гораздо слабее. Так произошло и сейчас, все пять часовых засмеялись, кое-кто даже запрокинул голову назад. И в этот момент гиппопотамов стало тридцать.

Первым выстрелил Вова. Парень в будке поднял голову чтобы посмотреть над чем все смеются, и даже улыбнулся сам, когда стоявший к нему спиной Вова плавно повернулся, доставая единственной рукой из-за пазухи пистолет с длинным стволом. Пуля пробила стекло и прошла сквозь череп часового, разметав мозги по стенке сзади. Вова не слышал остальных выстрелов, но точно знал, что все часовые мертвы. Никто больше не смеялся, и из толпы вышел Кот. Он уже доставал из-под куртки небольшой ноутбук и направился к будке. Стекло треснуло, но не разлетелось из-за вставленной в нее решетки, однако замок на двери не вызвал у Кота никаких проблем. Уже через минуту он подключался к компьютерам цитадели.

— То есть ты думаешь, что так или иначе ты смог бы уничтожить мир? — спросил Эмет. — Даже без твоей силы?

— Думаю что я, по крайней мере, попытался бы. А получилось бы у меня или нет, я сказать не могу. Ну и естественно я действовал бы тогда иначе. Не шел грубо и топорно, просто убивая всех, а постарался делать все тонко. Ну не знаю, может травил бы людям воду, или попытался украсть атомную бомбу.

Эмет задумался. То что говорил Эван было и логично, и нелогично одновременно. Логику было видно сразу, а вот изъян пока только сформировывался в голове. Но Эмет действительно был очень умен, и нашел его быстро.

— А как же тогда герои? Они ведь тогда тоже не появились бы?

— А что герои? Ведь у нас с ними такие же отношения как с другими людьми. Ну не сам бы я убил того пацана, а попросил бы телохранителей его пристрелить и все. Да, он был быстр, но не быстрее пули. А Анна — она все равно бы мне надоела когда-нибудь, и я тоже устранил бы ее за то что она знала. Пойми, зачем мне нужна эта сила, если есть пистолет, которым можно застрелить. Эван с пистолетом, и Эван способный разорвать тебя на части одинаково опасные люди. А то что я такой сильный сделало процесс более быстрым и все. Есть много путей уничтожить мир, тот которым я это сделал просто самый быстрый.

— Но ты сам сказал, что ты пока мир не уничтожил.

— Да это так. Я если так можно выразиться перевыполнил план, но своего не добился. Вот скажи какая у меня была цель в самом начале?

— Убить всех людей.

— А если точнее?

— Тогда исполнить пророчества.

— А теперь перечисли мне их, и скажи, как я их исполнил. Первые два, правда исполнил Сэт, но и это тоже очень важно.

— Первое, дом господень заберет детей его. Тогда Сэт обрушил крышу церкви.

— Сколько погибло людей?

— Я не знаю, но, по-моему, в газете писали, что где-то сто пятьдесят.

— Ладно, запомним это. Давай дальше.

— Ужасное зло окажется безнаказанным. Сэт убил двадцать пять детей и смылся с судебного заседания.

— Да.

— Тысячи падут. Это уже твое — ты убил не просто тысячи, а миллионы.

— Да.

— Огонь пожрет праведных и неправедных — это надо понимать ядерный взрыв, а потом атака США на Россию и наоборот. Тогда погибли тоже миллионы.

— Продолжай.

— Вера ослабнет — ты разрушил все храмы в мире, приказал построить свои и делать на лбу эти кресты.

— Да.

— Звезды померкнут, и земля перестанет родить — эти два ты исполнил, обрушив на Землю астероиды.

— Верно. И осталось у меня только "убить надежду". Мы с тобой уже решили, что это значит надо убить героя, и я не сомневаюсь в том, что мы не ошиблись. Но подумай вот над чем Эмет. А не загнал ли я себя своими действиями в угол? Ведь если бы я не делал все так грубо и масштабно, героя можно было и не убивать. Он не был надеждой, если бы я действовал тоньше.

Кот подключился к компьютерам цитадели очень быстро. Этот молодой парень был одним из лучших домушников и хакеров мира еще до явления Эвана, а главным программистом цитадели был тот же Эмет, и конечно его защита не выдержала напора. А Вова тем временем открыл дверь, ведущую в коридор, и свистнул. Тут же из всевозможных щелей к нему побежали люди. В основном девушки и женщины, но было и пара мужчин. Это были его глаза и уши в крепости, но теперь они больше не нужны — скоро Эван будет мертв. А даже если и не будет, то их все равно вычислят и заменят, так что держать их здесь не было смысла. Когда они построились перед Вовой он достал компас и отдал одному из парней. Всего шпионов было девятнадцать, но в этом Вова слегка слукавил. Двое все еще остались в цитадели, и никак себя не компрометировали. Он предусматривал все.

— Значит так. — сказал им Вова. — Выходите из здания и доходите до сугробов. Там мои люди уже раздели часовых, и вы оденетесь и пойдете на восток. Через пять километров вас заметят, и подъедет грузовик. Вы сядете в него, и уже послезавтра будете в Мексике.

Все сразу заголосили, пытаясь задать вопросы или просто благодарили, но он поднял руку и все замолкли.

— У меня нет времени. Если сегодня у меня получится, то уже завтра весь мир будет свободен. Так что не отвлекайте меня и идите.

Они молча пошли к выходу из цитадели. Их рабство здесь закончилось. Вова подошел к Коту и спросил:

— Ну что?

— Да легко. — отозвался Кот. — Сейчас сделаю им "Гудзонского Ястреба" и можешь идти.

— Чего сделаешь?

— "Гудзонского Ястреба". Ну ты что фильм не видел? Это про вора, и когда он и его дружок грабили музей, они применили тот же трюк что и я хочу. Смысл в том, что камеры постоянно снимают все происходящее в коридорах, так?

— Ну.

— Но все еще одновременно снимается и записывается на носители. Через каждые двенадцать часов старые записи стираются, а на их место становятся новые. То есть не так, через двенадцать часов происходит полное обновление, а так старое стирается каждый час…

— Кот мне не интересны такие подробности. — перебил его Вова. — Ты скажи, что с камерами делать будешь, остальное расскажешь потом. У нас осталось не более получаса.

— Ладно, по существу. Я возьму запись часовой давности и поставлю ее проигрываться в эфире. То есть на экранах будет видно то, что происходило час назад, а не то, что происходит сейчас.

— Ясно. Когда?

— Через пару минут. Можете готовиться.

Вова повернулся к остальным и сказал:

— Со мной идут только главари, остальные держат вход и обеспечивают нам прикрытие. По радио не говорить, сигнал о штурме отдам я, если все выгорит. Ясно? — все кивнули. — Тогда переодевайтесь.

Это относилось уже к пятерым главарям. Петя, Кио, Али, Джек, и Берта стали раздеваться, и под шубами у всех кроме последней была сержантская форма.

— Джек, у тебя рисунок слегка стерся. — сказал Вова внимательно наблюдая за ними. Сам он переодеваться не стал, так как тогда кто-нибудь сможет заметить, что у него одна рука.

Джек подошел к стеклу и посмотрел на рисунок, начерченный на лбу. Перечеркнутый крест слегка расплылся с левого краю.

— Пойдет. — буркнул Джек.

— Нет не пойдет. — строго сказал Вова. — Или подкрасься или останешься здесь.