Тройка без тройки - Другов Вс. - Страница 36

— Еще раз! — кричит им Ипполит. — Так проделать каждому по шесть раз.

Когда все упражнения закончены и мальчики, возбужденные и радостные, собираются вокруг Ипполита, он обращается к ним с неожиданным вопросом:

— Что, ребята, сознавайтесь прямо: очень неинтересно? Неинтересно вот так делать — раз-два, раз-два? Хочется, наверное, сразу погонять мяч?

Вася выходит вперед:

— Нет, мы понимаем. Мы очень хотим стать сильными, ловкими, выносливыми, гибкими, быстро бегать…

Не найдя, какими еще качествами они хотят обладать, Вася замолкает. Володя бурчит себе под нос:

— Сразу так все это и придет!.. Не так-то это просто…

— Не просто, но и не так сложно, — возражает ему Ипполит — Только надо захотеть и упорно тренироваться. А начинать надо с того, что ежедневно по утрам делать гимнастику. Ее передают по радио, есть специальные брошюры. Кроме того, мы с Володей постараемся изобразить на бумаге весь комплекс необходимых для футболиста упражнений. Тогда каждый самостоятельно сможет делать их.

— Товарищ Дугин, — говорит Виктор, и в голосе его звучит трудно скрываемое нетерпение. — Мы будем сейчас играть?

— Обязательно будем. Разобьемся на две команды, по шести человек, и проведем игру.

Саша моментально, одними глазами, пересчитывает всех мальчиков:

— Как раз нас и есть двенадцать человек.

— Одиннадцать, — поправляет Володя. — Меня не считайте.

— Будут играть все, и ты в том числе, — объявляет Ипполит.

— И сегодня тоже дадите нам задание? — снова спрашивает Виктор. — В прошлый раз очень интересно было.

— Дам. Надо будет вести мяч низом, стараться, чтобы передачи были точными, при первой возможности бить по воротам, вратарям — не стоять прикованными к воротам, при необходимости решительно выбегать на мяч.

— Сложное дело, — говорит с важностью Саша. — Не всякий сможет выбегать на мяч.

— С вратарями я буду заниматься отдельно. А сегодня и ты и Женя обязательно попробуйте выбегать. Тем более, что сегодня мы будем разучивать продольные передачи. Нам нужно уметь применять их.

Во двор с улицы входит Таня, замечает брата и пальцем подзывает его к себе. Мальчик подходит.

— Володя! На кого ты похож? — удивленно спрашивает сестра. — Где это тебя так растерзали? Неужели играл в футбол?

Она вынимает из кармашка платья кружевной носовой платочек и стирает им пот со лба брата. Потом оправляет его рубашку и застегивает две пуговки на груди:

— Какой же из тебя футболист?

Володя пробует улыбнуться:

— Я им то же самое говорю. А они не верят. Но ничего, все равно у них ничего не получится.

— У тебя ничего не получится, — поправляет брата Таня.

— У них со мной ничего не получится, — вносит окончательную ясность в формулировку Володя. — Пока делали упражнения, бегали туда-сюда, выбрасывали руки, приседали — я с этим кое-как справлялся. Но как дойдет дело до мяча — они меня сами выгонят. Какой же из меня футболист?

— А что вы сейчас делаете?

— Сейчас будет игра. Только уже не простая — надо выбегать на мяч, бить низом, какие-то продольные передачи…

— А сейчас можно мне поговорить с Васей?

— Спроси сначала разрешения у Дугина. А то что это такое — всех по очереди будешь вызывать к себе, как генерал.

Таня смело направляется к Ипполиту:

— Товарищ Дугин! Разрешите поговорить с Васей? Хотя, собственно, тут ничего секретного нет. Я могу с ним договориться при всех.

— Говори, Таня, — разрешает Ипполит.

— Вася, я только что из библиотеки. Людмила Александровна сказала чтобы я помогла тебе заниматься французским языком. Когда кончишь здесь, — сразу приходи ко мне. Мы составим расписание занятий, наметим дни, чтобы тебе и мне было удобно. С сегодняшнего дня французский ты будешь готовить при мне.

— Вот у тебя, Вася, и нянька есть, — смеется Саша. Виктор подпрыгивает на месте и припевает:

— Нянька-Танька! Танька-нянька!

Ипполит строго смотрит на мальчика, и тот сразу умолкает. Вася стоит насупившись. Потом медленно поднимает глаза на Ипполита и, с трудом выдавливая из себя слова, произносит:

— Ничего не выйдет, товарищ Дугин. С мальчиками, с любым, буду заниматься. А с девчонками — ни за что!

— Они и говорят по-французски не так, как все, — снова вмешивается Виктор. — Они щебечут, как птички. А Васе нужно твердое мужское произношение. Разве для мальчиков годится…

Ипполит опять одним только взглядом останавливает словоизлияния Виктора. Потом обращается к девочке:

— Таня, после занятий он придет к тебе и вы договоритесь.

— Не о чем мне с ней договариваться! — упрямо твердит Вася. — Я один буду заниматься. И днем буду заниматься, и ночью буду…

— После разберемся. Вася. А пока выполняй свои обязанности капитана. Разбивай мальчиков на две команды.

Несколько мгновений Вася находится в сильнейшем смятении. Он смотрит на Ипполита, словно желая проверить, не оговорился ли тот, обводит взглядом ребят, желая прочесть на их лицах подтверждение тому, что он слышал, снова обращает глаза к Ипполиту. Потом, сразу приняв озабоченный и деловой вид, делает несколько шагов в сторону и решительно начинает с Виктора:

— Ты становись сюда. Ты, Саша, — туда. Гриша пойдет сюда. Валя и Женя — туда…

Мальчики разбегаются в стороны и образуют две группы. Лишь трое друзей — Петя, Коля и Вася — остаются на месте. Коля берет за руку Васю и строго говорит ему:

— Слышишь, капитан! Ты теперь не фантазируй. По-моему, Таня — так Таня. Такая девчонка, как она, лучше любого мальчишки.

— Она тебе так поможет, что ты скоро начнешь командовать нами по-французски, — поддерживает друга Петя.

Вася как будто бы и не слушает всего того, что ему говорят. Потом вдруг кладет руки на плечи обоих своих друзей, притягивает их к себе и тихо, чтобы никто не слышал, говорит:

— Я, ребята, думаю не об этом. Совсем о другом я думаю. О том, что так вот из-за ерунды распалась бы наша тройка. А сейчас она будет крепче гранита, наша «Тройка без тройки».

Гаврилов выздоровел

Узенькая, еле заметная в траве тропинка, которая еще совсем не так давно вела к заброшенному гаражу, теперь расширилась и превратилась в хорошо утрамбованную дорожку. Прежде по ней проходили только некоторые, посвященные в тайны «П. В.», мальчики, сейчас в штаб футбольной команды ходит очень много народу. Да и понятно — много дел надо делать и все они делаются в штабе.

А в этот час здесь даже тесно. В глубине помещения за столом стоят Андрюша, Саша и Валя. На столе — большой лист белой плотной бумаги. Рядом, на табурете, — кипа журналов, баночка с клеем, ножницы. Мальчики что-то вырезывают, примеряют, наклеивают. Это — редакция стенной газеты. У другого стола — Володя. Он вынимает из папки листы с рисунками, одни укладывает аккуратной стопкой в одном углу стола, другие — в противоположном, третьи — посередине. Еще один лист бумаги кладет перед собой, садится на стул и принимается за дело.

Работать очень удобно: краски, тушь, карандаши — все под рукой. Стол не шатается. Над столом электрическая лампочка. Очень хорошая обстановка! И на чистом листе бумаги появляются фигурки — одна, другая, третья, четвертая, пятая… Рисунок закончен, Володя подкладывает его к уже готовым, берется за новый лист.

К столу с ножницами и баночкой клея в руках подходит Андрюша.

— Володя, ты когда-нибудь нам покажешь, что нарисовал? Или так это и будет все засекречено?

Мальчик опускает кисточку в воду и, не поднимая головы от стола, отвечает:

— Я уже сказал, что не могу показывать. Не могу, пока Дугин не утвердит рисунки. Может, я наврал, а вы не так воспримете эти правила.

В штаб входит Ипполит и направляется к столу, за которым расположилась редакционная коллегия:

— Есть еще материал для газеты. Я был у Антона Яковлевича. Он предлагает созвать всех родителей, чтобы выбрать шефский совет. А шефы будут помогать нам во всем. Андрюша, напиши об этом заметку.