Кварталы Нелюдей - Ивен Кейт - Страница 3

Но — не будем об этом.

Собственно, это Ник у нас постоянный „санитар“ и это он сегодня выйдет на арену отстаивать какие-то свои принципы. Я даже не стала уточнять., какие, а на его месте трижды б подумала перед дракой с тем, кто принял вызов к сегодняшнему поединку. Терпеть не могу, когда надо мной, избитой и валяющейся в алой от крови грязи, кто-то потешается, пусть это даже тот самый один-единственный паразит — мой противник.

Но ещё больше я ненавижу, когда этот же паразит размазывает по траве моих друзей или приятелей, а я вынуждена просто смотреть на всё это, уже бессмысленно шепча „Сделай его!!!“, когда абсолютно ясно, что сделать-то как раз и не получится. Точнее, получится, но не тому и не того. Если поверженый имеет для меня значение меньшее, чем имеет, скажем, Джо или Киара, то в драку я, за исключением, если являюсь Подхватом, не встряю. Но если случается наоборот, я не успокаиваюсь до тех пор, пока мой противник — да всё тот же, о ком я расскажу после — не сотрёт меня в порошок в буквальном смысле этих слов просто потому, что он — сильнее, а я — плохо соображаю от ярости.

И знаете, сегодня будет как раз такой случай…

— Ты ещё и радуешься, — оторвавшись от своих мыслей, когда перед моим невидящим взором кто-то щёлкнул пальцами, я покачала головой. — Ник, тебе сегодня всыпят по первое число!

— Может быть, — небрежно встряхнул кудрявой рыжей шевелюрой парень, массируя свои накачанные предплечья. Он был в майке, в просторных брюках карго, и на него было приятно посмотреть.

А кроме того, от него ощутимо попахивало пивом.

— Где ты уже успел надраться? — скептически приподняла бровь моя сестра. Готова биться об заклад, что где-то у неё лежит членский билет Клуба Трезвенников.

— Я ещё не „надрался“, вот этого не надо. А насчёт „где?“ — места знать надо.

Я озадаченно осмотрела тёмный лес и произнесла:

— Ах, ну да! Новая пивнушка за шишечным углом. Называется „В гостях у белочки“.

— Ну почему сразу про белочку? — скривился Ник. — Есть же ещё синдромы раннего похмелья и утреннего бодуна.

— От пива вырастает живот, — я слегка стукнула его по железному прессу. — Скоро не сможешь драться.

— От парней тоже животы вырастают, да ещё какие! — неожиданно — просто не в его стиле были такие шуточки — осклабился Никита и в две глотки захохотал вместе с Джо.

— Мудак! — я почему-то покраснела, хотя в таких сумраках, надеюсь, этого никто не заметил.

Рыжеволосый парень только развёл руками, мол, кому как, кому что и каждый имеет право на собственное мнение. Я очень точно скопировала его движение, так как могла сказать ему то же самое и хотела перекривлять. Тогда он начал пародировать девушку, которая красит глаза карандашом и, разумеется, на пол-лица. Ну, это намёк на меня. На меня, которая в долгу не осталась и изобразила толстого неповоротливого бойца с большим пузом, который лезет в драку и при этом пытается допить своё пиво, хотя оно в него уже не лезет, да и ноги отказывают. Вообще-то, ни с кем из девушек Никита так не шутил — только со мной, потому что я была для него своим парнем. А в эту пантомиму мы по старой традиции могли играть долго. Как-то раз такое дураковаляние затянулось на несколько дней.

— Поставь меня Подхватом! — неожиданно вклинилась между нами Киара, которая этими нашими приколами была сыта, мягко говоря, по горло. Однако Джо живо остудил её азарт:

— Ты была на прошлой массовке. Правила сама знаешь. Тем более, что ты победила.

Подхваты, кстати говоря — это те, кто в случае поражения Бросившего (или Принявшего) вызов становятся на арену и продолжают вместо него бой с его противником. А для этого им необходимо всего-то, что прикоснуться к крови проигравшего, тем самым взяв Право.

— Я буду Подхватом, — мой голос, когда я окончила показывать белочку, душущую одного любителя выпить, прозвучал неожиданно ровно. Он вообще прозвучал неожиданно для меня самой.

Все трое с сомнением посмотрели на меня. За что? Я ж не объявляла себя Жанной д`Арк?

— Ты уверена? — начала моя сестра. — Принявший вызов — это же…

— Знаю! — грубо оборвала я её. — Ну и что теперь?

— Но у меня уже есть Подхват, — улыбнулся Никита и сделал вид, будто мажет помадой губы. А-а-а, это напоминание о празднике по поводу окончания учебного года, помню… Меня за очень тёмную помаду из зала выгнали и заставили умыться. Но когда я умылась простой водой из-под крана, размазав косметику по лицу, стало ещё хуже, и завучи отправили меня домой.

Таким образом я успела пересмотреть в чёрт-зна какой раз фильм „Люди в чёрном“.

— А как же, — на плечо рыжего парня легла дружеская рука Майка (оба с ясель были закадычными приятелями и сегодня оба, опять-таки, воняли пивом). — Побьёмся и пойдём праздновать, я кое-что припас…

— Белочка! — выглянула Киара из-за его плеча и как-то вдруг сразу оказалась рядом со мной, словно никуда не уходила.

— Которая белая и горячая? — хохотнул Джо.

— А как же! — кивнул Майк. — Вы с нами, близняшки?

— Нет, — ответила я, а моя сестра задумчиво покачала головой, представляя, чем обернётся это „празднование“, — ты знаешь, что мы готовимся поступать в военное Училище Наблюдателей Мрака (училище, в котором готовят военных, специализирующихся на ликвидации всех противоестественных существ, враждебно настроенных к человечеству — прим. авт.), а там с этим строго. Курил раньше, пил раньше — пролетаешь.

— Как хотите, — пожал плечами стриженый наголо Майк, с видом, будто ему всё равно. Может и так. Нашему безбашенному Майку Смитту иногда всё бывает либо до лампочки, либо… короче, наоборот. И насколько я знаю, он сын известного в прошлом боксёра и рок-певицы из группы „Ауте“. Его отец скончался после того, как в одном из поединков ему отбили то ли почки, то ли печень. А мать, не вынеся утраты, перерезала себе вены. В результате Майк сейчас с нами. Не сочтите меня шизоидной, но иногда я благодарна его (и другим) погибшим родителям за то, что они умерли. Просто без этого у нас с Киарой не было б ни Джо, ни Никиты, ни Майка. Они, в общем-то, не шибко у нас есть, но это лучше, чем ничего.

Неожиданно бритоголовый парень поглядел куда-то за наши спины и широко улыбнулся:

— Ну чё, Ник, потопали? Труба зовёт.

Судья, который успел незаметно отделиться от нас, и впрямь давал знаки заболтавшимся со зрителями Бросившему и Принявшему сойтись на арене для взаимных приветствий. Глупый обычай. Нужны им приветствия друг друга, как заноза в заднице или мне — миксер…

Болтая с ребятами, я не заметила, как на поляне появилась пятёрка несущих вокруг себя аромат парфумов девчонок при штукатурке на физиономиях, в юбках и декольтированных кофточках. Я, к слову сказать, была одета совсем по-другому. Почти как Джо. Киара — аналогично. Никто из нас двоих не признавал каблуков, платьев и остальных презренных бабьих шмоток. Это ж издевательство над собой! Мазохизм высшей степени! Все эти юбки, кружева, кофточки и особенно розовые платья… Бр-р-р!!! Какая мерзость! Когда-то не носили, но теперь носить ни за что не будем. Точка.

— Группа поддержки, — тихонько хохотнула моя близняшка, глядя, как эта компания ломает ноги на своих шпильках и гвоздиках, тщательно оберегая свои капроновые колготки от веток. Я и сама не сдержала ухмылки. Самая удобная обувь — кроссовки, уверяю вас, они мне не раз шкуру спасали. А эти тоненькие чулки? Их разве что грабителям банков на головы натягивать. И то, если они не кружевные. Впрочем, готова биться об заклад — эти именно что кружевные. Не понимаю я их. Уж если и одевать колготки, то, пардон, нормальные, а не эти… Ладно, промолчу.

Эти болельщики в юбках (коровы на льду, между нами говоря) пришли вовремя: на арене рядом с Судьёй стояли двое. И вот на них-то и сосредоточились взгляды и помыслы всех, кто покинул свои постели этой ночью и пришёл сюда. Всем любопытно, что сейчас за бойня произойдёт…

Никиту я уже описала, в нём ничего такого нет, нормальный, классный парень. Но тот, кто стоял перед ним, пряча лицо от света…