Спина Фортуны - Левин Георгий - Страница 16

Успел ещё и подумать:

"Ну, откройте свои лица! Я запомню их и когда со спецназом приду сюда, тогда и поговорим! Хотя это и не важно. Отловим всех по счёту и снимем капюшоны сами"

В этот момент в сознании возник знакомый голос:

— Не будешь отвечать? Ну и ладно!

В голове возникла ужасная боль, Гиль потерял сознание. Когда он пришёл в себя, и к нему вернулось зрение, он увидел своё тело, безвольно повисшее в руках роботов. Одежда его была изорвана, а на столе перед главным учителем-проповедником лежал его тайный знак. Он едва осознал это и в тот же миг знакомый голос прозвучал в его сознании:

— Значит, ты представитель власти и хочешь увидеть наши лица? Хотя вернуться сюда со спецназом ты не сможешь ещё и по той причине, что властям планеты мы тебя передавать не будем. Ты убил Мифа, нашего сородича. Он погиб выполняя волю Вага, главы наших роев, за жизнь и процветание нашей расы. За его смерть ты заплатишь. Снимать капюшоны мы не будем, а тебе покажем без капюшона убитого тобой. Сейчас, подожди немного. Его тело принесут сюда.

Два других робота принесли тело, завёрнутое в плащ, они положили его на стол, затем отбросили полы плаща и Гиль увидел костюм на основе изоскелета. Один из роботов набрал код на браслете, висевшем на запястье. Костюм распахнулся и Гиль содрогнулся. Перед ним лежала что-то странное. Это было тело осы с шестью лапами и головой рептилии. Голову венчала жёлтая шапочка, она заканчивалась на теле. Гиль смотрел, открыв рот.

Он не знал, что первым из разумных видел лада, точнее "вещающего", симбиоз лада и паразита-усилителя внушений, сросшегося с ним. Его газ убил паразита и тот послал мощный сигнал боли в мозг своего носителя. Мозг не выдержал возникшего давления, разорвавшись, он выплеснулся наружу. Это было последнее, что увидел Гиль. От мощного импульса в его мозгу возникло сильное давление, от которого он разрушился. Гиль умер той же смертью, что и убитый им лад.

Повинуясь мысленному приказу главного учителя-проповедника, роботы отнесли оба тела в одно из ответвлений коридора и бросили их в глубокий колодец, ведущий в расщелину горного хребта.

На следующий день к связному пришёл "Гиль". Он отдал свой тайный знак и сообщил, что покидает службу так, как стал адептом новой веры. Связной растеряно смотрел на лежащий перед ним знак и мысленно составлял рапорт для руководства. Когда "Гиль" ушёл, связной не посмотрел в окно, не проводил его взглядом. А даже если бы он посмотрел и проводил взглядом уходившего "Гиля"? Это ничего не изменило б, он не мог видеть выходившую из его двери закутанную в блестящий чёрный плащ фигуру с капюшоном на голове, "внушающий" приказал ему видеть "Гиля" он его и видел. Хотя Гиль, точнее останки его тела, уже почти сутки были разбросаны по выступам стен ущелья, идти куда-то или к кому-то он уже не мог никогда. Гиль был уничтожен за то, что был единственным, из всех разумный существ, кто знал истинный облик, скрывающихся под чёрными блестящими плащами, истинный облик ладов…

Глава 10

… Командование эскадры "Око" ждало сообщения от 10-020 ещё месяц. Потом он был занесен в списки пропавших кораблей. Это случилось как раз в тот день, когда Рему исполнилось пять лет. В этот день Тала получила сообщение, о пропавших без вести офицерах армады, дочери и зяте. Она не плакала. Она тоже была в первую очередь офицером армады, а уже потом матерью. Да и у Рема собрались гости, они праздновали его день рождения. Выплакалась она ночью, проводив гостей и уложив спать внука. Геб был в очередной командировке…

Скорбная весть добавила ей морщин и серебряных нитей в волосах. Сначала Тала хотела сказать внуку о том, что его родители не вернулись с похода, но поразмыслив, передумала. Корабль дочери и зятя числился пропавшим, а не погибшим. Сигнала о гибели с него не поступило, оставалась надежда, что они потерпели аварию и их найдут. Такие случаи были. Надежда слабое утешение, но с ней жить легче. Поэтому и промолчала. Рем особо родителями не интересовался, привык, что они звонили не часто, а тем более приезжать тоже не могли. Основной причиной его равнодушия был страх перед школой. Ему предстояло идти в неё на следующий год, но он начал бояться заранее, с ужасом представляя, что придётся сидеть за столами по 5–6 часов в день, не имея возможности побегать и поиграть. Это было ужасно! Обычно его так наказывала "бамапа" заставляя целый час сидеть и читать, выдерживал такое наказание с трудом, а здесь это сидение было в 5–6 раз дольше! Как выдержать? Периодически доведя себя до предела, он требовал не забирать у него детства, угрожая побегом из дому. Тала советовала ему подать собственноручно написанное заявление с протестом на имя кирта. Рем соглашался, но вспоминал, что писать не умеет. Тала пожимала плечами и давала совет:

— Тогда иди и учись! Напишешь потом.

Рем дулся и шёл к своим друзьям. От его друзей Тала приходила в ужас, визжала или сбегала из дому, если он тайком приводил их в гости. Дело в том, что этими друзьями были представители местной фауны и многие далеко не безобидные. Но Рем их не боялся, а они его не трогали. На планете за всеми представителями фауны следила специальная служба, но это не знали представители фауны. Грызуны, пауки, ящерицы и другие часто появлялись там, где их не ждали. Это появление вызывало лёгкий стресс у всех, кроме Рема.

Первый раз Тала наткнулась на паука-птицелова в комнате Рема. Из неё вылетела мгновенно. Это было не удивительно так, как паук был размером с два кулака взрослого мужчины. Санитарная служба примчалась быстро. Паука отловили и забрали. Рем мужественно защищал своего друга, но санитаров было больше, они были взрослыми, поэтому победа досталась им. Тала запретила ему приводить друзей в свою комнату. Рем сдался, но понял запрет, как ему было удобно.

Через два месяца Тала узнала, как он его понял. Днём она в обед приехала домой и вошла в гостиную. Через мгновение её крики и разряды парализира всполошили всех соседей. Они кинулись в её дом. Картину увидели ужасную. Тала замерла у двери, с зажатым в руке оружием, а посреди гостиной лежал крыс. Существо с серой шкурой, длинным, безволосым тонким хвостом, четырьмя лапами, с узкой вытянутой вперёд мордой, размером со среднего ката. Приехавшие на вызов санитары долго рассматривали парализованное животное. О том, что бывают особи таких размеров, они не слышали. Допрос Рема результатов не дал. Он заявил:

— Друзей я не предаю! Места их обитания тем более! Вы все убийцы! Когда, я вырасту, стану взрослым, заведу себе целую сотню именно таких крыс.

Услышав такое высказывание, соседи сразу подумали, что к этому моменту им лучше переехать, а санитары вздохнули облегчённо. Возраст Рема и свой они знали, вот и имели надежду, что к тому моменту, когда он осуществит свою угрозу, они уже будут отдыхать от своей работы в силу преклонного возраста.

После последнего случая Тала входила в дом, соблюдая все предосторожности, как космический разведчик, выходящий из своего корабля на землю только открытой и неисследованной планеты. Она благодарила своих преподавателей и наставников, которые в период учёбы на Завре, обучили её азам этого предмета под названием "выживание в экстремальных условиях, на неизвестной планете".

Эти заботы отвлекали её от горестных раздумий о судьбе дочери и зятя. Они так и продолжали числиться "без вести пропавшими офицерами" при выполнении задания командования армады. Скупая формулировка, дающая надежду, которая тает с течением неумолимо идущего времени.

Прошёл год.

В это лето к матери приехал Дуг, брат-близнец пропавшей Яги, сын Талы. Он приехал не один. Его спутницу звали Эли, она была латенентом армады, эпидемиологом, сослуживицей и бывшей по её согласию невестой. Рем сразу утянул её знакомиться со своими друзьями. Этот экзамен она выдержала достойно, за обедом он дал своему дяде совет: