Утраченная невинность - Миллер Карен - Страница 97

Но Конройд… Ах, Конройд. Душа совсем другого типа. Душа со слабыми отзвуками его собственного мрачного величия. Кроме того, они с Конройдом одной крови, через века их связывают семейные узы. У них родственные души, чего Морг никогда бы не смог сказать о Дурме.

И Конройд был принят Барлой.

Откинувшись на спинку кресла и закрыв глаза, он обратился внутрь своего сознания и мягко, осторожно коснулся крошечного разума Конройда.

«Хочешь помочь мне, кузен? Желаешь испить из кубка силы, который лишь я могу поднести к твоим губам?»

Внезапно растерявшись, маленький Конройд захныкал.

«Не бойся, мой кровный родич. Ты был рожден для великих дел, для того, чтобы поднять доранцев до невиданных высот в искусстве магии. Помоги мне, и вместе мы дадим начало веку славы, доселе небывалому в этом королевстве!»

Жадность и тщеславие маленького Конройда запылали, как факел в темноте ночи.

«Иди ко мне, Конройд, — прошептал Морг. — Давай на мгновение сольемся».

Конройд пришел к нему, не раздумывая и отбросив страхи. Морг убрал решетки, окружавшие его. Выпустил Конройда, позволил ему дышать…

…и в тот же момент сам вдохнул его. Взболтал Конройда, как масло, и впитал всеми фибрами души, перемешав собственную душу с сущностью своего пленника. Морг спрятался, как лисица прячется в проточной воде от охотничьих собак.

Конройд пронзительно вскрикнул и тут же затих.

Время шло. Наконец существо, которое являлось не совсем Конройдом и не совсем Моргом, протянуло руки к Погодному Глазу и извлекло его из деревянного ящика. Ликуя, оное улыбкой наблюдало за переливами разноцветных огней в глубине волшебного шара. Существо знало, что Глаз содержит силу, которую можно обратить на погибель и разрушение, стоит только произнести заклинание, при помощи которого магия перейдет из чудесного шара в ожидающий мозг. Оставалось произнести магическую формулу вслух. Запустить процесс передачи, украсть у стервы волшебную силу, которую она поместила в этот предмет.

Та часть существа, которая была Моргом, приготовилась действовать. Ей требовалось убедиться, что она слилась воедино с Конройдом. Удовлетворенный, Морг нырнул в глубь сознания своего пленника, растворяясь в нем, и вот существо подняло Сферу к глазам, держа его на ладонях. Произнесло магическую формулу передачи силы…

…и замерло в ожидании триумфа.

Разноцветные огни внутри Сферы задвигались быстрее. Цвета стали насыщеннее, ярче, живее. Существо с восторгом наблюдало, как разноцветное свечение выплеснулось из шара и побежало по его рукам, одновременно проникая внутрь их, впитываясь в плоть. Оно чувствовало, что холодное радужное пламя наполняет его знаниями и силой, дает ключ к пониманию того, как можно уничтожить это проклятое королевство.

Внезапно Погодный Глаз словно спохватился. Он содрогнулся в ладонях существа, цвета резко изменились, стали темными. Алый и золотой сменились багровым и черным, и полосы этих зловещих оттенков принялись извиваться и сплетаться в узлы, словно разъяренные змеи.

И тут раздался громкий голос давно умершей Барлы: «Нет! Нет! Это не для тебя, Морг! Ты никогда этого не получишь!»

Но Сфера продолжала изливать из себя магию, потому что чувствовала присутствие пустого сосуда. Существо вскочило на ноги, ощутив страшную боль в пальцах — их жгло, словно оно держало в руках раскаленный камень, и плоть уже шипела и обугливалась от невыносимого жара. Потоки черно-багрового пламени струились по рукам и охватывали все тело, словно волны крови, смешанные с чернилами.

Взбешенный Морг мгновенным усилием воли освободился от присутствия опостылевшего ему Конройда, запрокинул лицо вверх и издал вопль ярости.

— Сука! Шлюха! Тебе не уберечь эту магию! Я завладею ей!

Нет, Морган, послышался спокойный тихий голос. Не завладеешь.

Погодный Глаз охватило невыносимо яркое пламя. Через секунду всю библиотеку заволокло чадом горящей плоти и горящей магии.

Морг пронзительно закричал и выпустил из рук погибающий волшебный шар. Ударившись о пол, Глаз разбился на мелкие кусочки. Мгновением позже упал и Морг; извиваясь в конвульсиях, он раздавил осколки шара в пыль, а потом потерял сознание.

Дневник нашел не кто-нибудь, а Дарран. Ворчливый, кропотливый, дотошный Дарран, помешанный на дисциплине и порядке и точно знающий, как надо себя вести и как следует поступать в тех или иных случаях. Его чуткие пальцы заметили необычную толщину обложки той книги, в которой приводилось описание простейших упражнений для начинающих магов. Критический взгляд подметил разницу между толщиной передней и задней обложки переплета и заставил старика задуматься.

Сидя прямо на полу кабинета, Гар вспорол острым кинжалом шов, соединяющий куски кожи на обложке, и извлек из этого тайника искомый дневник. Он держал его в дрожащих руках и спрашивал себя: не сон ли это?

— Да спасет нас Барла, — изумленно выдохнул Дарран. — Действительно, дневник!

Барла в самом деле решила спасти их. Причем посредством своих собственных слов, если дневник действительно принадлежал когда-то ей. Было ли это чудо, которого ждал Гар? На которое так надеялся, в которое так верил в глубине души вопреки всем печальным событиям.

Если уж подобную удачу нельзя назвать чудом, думал Гар, то я не знаю тогда, что такое настоящее чудо.

Затаив дыхание, он раскрыл дневник. Всмотрелся в торопливый, неаккуратный почерк, заметил брызги высохших поблекших чернил. Он с трудом смог прочесть первые несколько строк, но смысл их постиг совершенно.

— Прелестно, — произнес Дарран, всматриваясь в строчки. — Очень похоже, что тут не одна курица лапой царапала, а целый курятник. Вы полагаете, что сможете прочитать это, господин?

Гар с трепетом коснулся страницы кончиками пальцев. Он вдыхал запахи пыли и времени и чувствовал, как в сердце загорается надежда. Улыбнувшись, он уверенно ответил:

— Да. Я могу это прочесть.

Дарран облегченно вздохнул.

— Возблагодарим Барлу за маленькие радости, — сказал он. — Может, вы займетесь чтением несколько позже? Скоро слуги короля явятся за книгами. На этот раз я согласен с Уиллером: не следует заставлять их ждать.

Засунув дневник за книжную полку, Гар поспешил на помощь Даррану. Они закончили упаковывать книги и записи Дурма и вынесли ящики к дверям Башни. Тут Гар остановился, чтобы перевести дух и минутку постоять, просто постоять в центре вестибюля.

— Что дальше, господин? — спросил Дарран.

— Дальше? — Он тряхнул головой, словно очнувшись, вытер ладонью пот со лба. — Дальше я должен работать, Дарран. И если Барла милосердна и слышит наши молитвы, то на этих страницах мы найдем нечто, способное спасти не только королевство, но и Эшера.

— Тогда вам следует начать, господин, — сказал Даррана. — И не беспокойтесь. Я не допущу, чтобы вас отвлекали.

Улыбнувшись старику, Гар произнес:

— Спасибо, друг.

Усталое, осунувшееся лицо Даррана озарилось улыбкой, а Гар повернулся и направился к винтовой лестнице. Прыгая через три ступеньки, он молился про себя:

Прошу тебя, Барла, прошу. Будь милосердна, хотя бы на этот раз.