Солдаты Оборотня (СИ) - Чихирев Владимир Евгеньевич - Страница 63

К Альвинтеру подбежал офицер в изодранной и окровавленной одежде, командир одной из рот правого фланга.

— Мои люди паникуют! — прокричал он — когда противник снова пойдет в атаку, они просто разбегутся. У меня нет ни одного солдата, который бы не был ранен! Все в той или иной степени пострадали от этого….. - офицер не смог подобрать слов, чтобы охарактеризовать заклятия Доротеи.

— Надо держаться! Или нам конец, — проговорил Альвинтер.

— Дайте нам хоть какое-то подкрепление.

— Нет! Кто тогда закроет возможный прорыв…. Хотя ладно. Итри! — позвал Альвинтер офицера возглавлявшего копейщиков — быстро переводи своих людей на правый фланг. Остановите мятежников на время, чтобы дать опомнится нашим солдатам.

— Слушаюсь господин полковник.

— Где Брюгген? — он вновь обратился к офицеру — погиб?

— Его вынесли. Он ранен. Рассекло ногу. С ним сейчас лекарь.

— Хоть что-то хорошее, — пробормотал Альвинтер — Волоне!

— Да, господин полковник.

— Держитесь ближе к левому флангу. Следите за конницей, в любой момент они могут ринуться в атаку — Альвинтер уже не замечал, что отдает приказы по второму разу.

— Слушаюсь, господин полковник — Волоне был невозмутим, словно все что сейчас происходит обычное для него дело.

Вскоре к походному госпиталю доставили раненого Брюггена. Он был бледен, но старался держаться из последних сил. Альвинтер подбежал к нему и, взяв его руку, крепко сжал.

— Держитесь! Проклятье, я думал, что вы погибли!

Брюгген слабо улыбнулся. Чтобы что-то сказать у него не осталось сил. Он лишь ответил слабым рукопожатием и потерял сознание.

— Он будет жить? — Альвинтер посмотрел на лекаря, осматривающего ногу раненого.

— Кость не задета, но он потерял много крови. Не могу сказать, господин полковник. Шансы есть, если все сложиться благополучно, — добавил лекарь, посмотрев на кипящий недалеко от них бой.

— Хорошо, — вздохнул Альвинтер.

Шум боя усилился и полковник увидел, что левый фланг обороны рухнул. В появившиеся бреши ринулась кавалерия мятежников, стараясь прорваться сквозь полосу рукопашной схватки и атаковать тылы имперцев. Они с легкостью рассеяли отступающих солдат и, окончательно подавив сопротивление левого фланга, ринулись к тылам центральной группы войск, которая с большим трудом сдерживала отчаянно наступавших наемников.

На перерез им выступили рыцари Волоне, но силы были слишком не равными. Вдобавок ко всему, новое заклятие готовилось обрушиться на паникующих имперцев. Альвинтер увидел, как быстро отступили мятежники, почти по всему фронту и на ряды имперцев надвигаются темные волны тумана. Первые ряды его войска попятились, а затем бросились бежать, оставляя на поле боя оружие. Теперь армия Доротеи готовилась окончательно сокрушить деморализованного врага.

«Это конец», — подумал Альвинтер. Он подошел к месту, где в землю был, воткнут его меч. Вытащив его, он направился к тем своим немногочисленным солдатам, которые ещё готовы были драться. Но в тот момент, когда казалось, что для имперской армии все кончено, заклятие вдруг рассеялось от невесть откуда взявшегося снега.

Оторопели все и имперцы, и солдаты Доротеи. Люди задирали голову вверх, но видели лишь чистое вечернее небо, а следом послышался грохот, который прогремел прямо в центре уничтожавшей все на своем пути мятежной кавалерии. Образовалась свалка, многие лошади падали и мгновением позже в потерявшую стройность кавалерию мятежников вклинились имперские рыцари. Они сметали со своего пути растерявшихся и оглушенных всадников Доротеи.

Альвинтер ошарашено вертел головой, а оглянувшись, увидел, как на возвышенности у самого леса появляются новые войска. Над передовыми частями развивалось знамя с изображением морды волка. Все новые и новые солдаты появлялись из леса. Первые ряды уже спешили на помощь гибнущей армии Альвинтера и Брюггена. Полковник услышал, как его солдаты криками приветствуют своих спасителей, а сам он вдруг понял, что плачет. По его щекам текли слезы. Слезы радости за тех, кто выжил в этом аду и горечь за тех, кто так и не дождался спасения.

Глава 22. Доротея

Доротея, и её старшие офицеры стояли у края леса и смотрели на то, как имперская армия развертывается в боевые порядки.

— Значит не всех вестовых, переловил ваш Гнилой, — заметил наемник.

— И надо отдать должное имперцам, они оказались на удивление проворными, — кивнула в ответ Доротея — это сводная армия, собранная наспех из различных подразделений.

— Откуда вам знать? — удивился Соднар.

— Нет полковых знамен. Только имперский стяг.

— И что?

— В имперской армии у каждого полка есть своя символика, а если подразделение выступает только под знаменем Аэрона, значит, такую армию собирали по батальонам и ротам. С миру по нитке.

— Это хорошо, — Соднар удовлетворенно кивнул — в таком стаде не может быть дисциплины. Каждый офицер среднего звена считает себя большой шишкой.

Губы Доротеи тронула легкая улыбка.

— Интересно, кто ими командует? — задумчиво проговорила она.

— Кто бы он ни был, мне ясно, что это полный осел!

Девушка удивленно посмотрела на своего офицера.

— Он разворачивает свои войска, даже не удосужившись провести разведку окрестностей. Тем более у него на фланге густой лес, где могут размещаться засадные войска противника.

— Что и произошло, — вновь улыбнулась Доротея — нам крупно повезло, что они не сунулись сюда.

— Именно! Поэтому я и назвал их командира ослом. И через несколько часов этот человек будет валяться у ваших ног, и молить о пощаде!

— А может он все же знает о нас?

— Исключено, — отрезал Соднар — три моих дозорных разъезда не переставая, прощупывали местность, пока наша армия выходила на исходные позиции. Смею вас заверить, что мои разведчики знают свое дело, и они доложили, что встречных разъездов не было.

Доротея внимательно разглядывала шеренги имперских войск медленно двигающихся к лагерю.

— Бросим вперед кавалерию, — проговорила она — благодаря неожиданности они должны будут легко разрубить этот фланг имперцев, после чего им никто не помешает пройтись по тылам и нарушить боевой порядок всей армии.

— У них достаточное количество копейщиков и рыцарей по флангам, — возразил Готнар — мы можем понести значительные потери среди кавалерии, и маневр не удастся.

— Неожиданность и стремительность, те качества, которые принесут нам победу. А о рыцарях я позабочусь.

Офицеры промолчали. Скрытые лесом они наблюдали, как в сотне метрах от их затаившихся солдат войска Аэрона шли на штурм лагеря.

— Дадим им дойти до палисада. Как только они окажутся на валу, тогда мы и начнем атаку. Вернее я преподнесу им подарок, а потом уже пойдут наши люди. Надеюсь, ваш человек донес до Модераса, чтобы он не высовывался из лагеря до начала нашей атаки? — она посмотрела на Готнара.

— Все в точности исполнено, госпожа, — ответил он. — Модерасу был так же передан ваш приказ о переносе основного удара на правый фланг имперцев.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнула Доротея, и вдруг глаза её вспыхнули, она вся поддалась вперед.

Соднар повернулся в сторону, где двигалась армия имперцев, чтобы посмотреть на то, что могло вызвать такую реакцию Доротеи. Он увидел, как в окружении рыцарей за своей армией следуют два офицера, на черных, покрытых пластинчатой броней конях.

— Брюгген! — прошептала Доротея.

— Который из них?

— Тот, что находится ближе к нам, — ответила она, не отрывая глаз от имперского офицера.

— Судя по всему эти двое, и есть командиры этой армии.

— Да, наверное, — проговорила Доротея — второго я тоже знаю. Это Альвинтер, командир императорского полка. Очень странная парочка. У императора больше нет командиров, если он посылает в поход своего личного телохранителя? — хмыкнула Доротея.

— Видимо дела в Аэроне неважные.

— Нет. Это ничего не значит, — Доротея мотнула головой — отец говорил, что император хитер, и порой его странные и нелепые на первый взгляд поступки, через некоторое время оказываются шагами прекрасно разыгранной партии.