Дни знамений - Керр Катарина - Страница 92

– Знаю. – Она вытерла слезы и заставила себя улыбнуться. – Тогда убей побольше бандитов, ладно? Я не могу забыть ту женщину…

– Дважды клянусь тебе в этом, любимая. До свидания.

В разгорающемся свете утра он повернулся и ушел, и его лучники последовали за ним. Карра махала ему рукой и старалась улыбаться до тех пор, пока все они не скрылись за поворотом. Отон откашлялся и задул свечу.

– Госпожа, заходите. Город просыпается.

– Да-да, – кивнула Джилл. – Карра, не волнуйся так. Я еду с отрядом, ты же знаешь.

– Нет, я не знала. Но если так правда, это согреет мне душу.

Джилл легкими шагами пошла вверх по холму. Старый коричневый плащ развевался за ее плечами. На полдороге она остановилась, последний раз помахала рукой и вскоре затерялась между домов. В последний момент что-то переливчатое, как лунный луч, слетело с ткани плаща и понеслось, подхваченное просыпающимся ветром. Карра бросилась вдогонку и поймала то, что принес ветер – серебристое перо, длиной с ладонь. Отон что-то пробормотал, Молния негромко залаял, соглашаясь с гномом, пока Карра разглядывала перо.

– Госпожа, нам действительно нужно уходить с улицы.

– Конечно, Отон, прости. Но это перо! Оно же настоящее! Значит, она умеет превращаться в птицу.

– Ну, умеет. Что, так непонятно? И чему вас, молодежь, только учат? Заходите, внутри безопаснее.

Карра спрятала перо в складках накидки и вошла следом за Отоном в деревянную дверь. «Внутри» оказался длинный коридор из красивых каменных блоков, уводящий вглубь холма. Тут и там на маленьких полочках, приблизительно на высоте шести футов, стояли корзины со светящимся мхом. Воздух был удивительно прохладным и свежим. Пройдя около двухсот ярдов, они вошли в круглую комнату пятидесяти футов в диаметре, заставленную невысокими столами и маленькими скамейками. В центре комнаты находился горящий очаг, а над ним висел и испускал пар огромный котел. Карра машинально посмотрела вверх и заметила дымовую трубу, уходящую вверх, а рядом – множество мелких отверстий, откуда, видимо, и поступал свежий воздух. Три двери в стенах уводили в другие туннели. За одним из столов сидели двое мужчин – ростом еще меньше Отона, но моложе – мускулистые и тяжело вооруженные. Они зевали и клевали носом над большими металлическими кружками.

– Остальные еще спят, – пояснил Отон. – А я вчера так утомился, что и заснуть не смог, когда сюда добрался…

Он повернулся и заговорил с гномами на незнакомом Карре языке. Оба подскочили и поклонились ей, затем что-то сказали по очереди.

– Они здесь сторожат по ночам. Заканчивают завтрак. Пожалуйста, госпожа, садитесь вот здесь, возле стены, а я сбегаю, принесу что-нибудь поесть.

Рядом с деревянным шкафчиком Карра обнаружила кресло с высокой спинкой и подлокотниками, небольшое, но очень удобное. Зевнув, Молния улегся у ее ног и положил голову на передние лапы. Тем временем Отон сбегал к очагу и вернулся с тарелкой каши, приправленной маслом, и куском хлеба, затем снова убежал и вернулся с кружкой молока с медом.

– Джила сказала, вам нужно пить много молока ради ребенка, – пояснил он.

Пока Карра завтракала, Отон рылся в шкафчике. Наконец, он извлек оттуда странноватый набор предметов: две продолговатых деревянных подноса, мешочек с песком, несколько острых палочек, и кость, похожую на маленький гребень. Все это он выложил на стол. Белый речной песок он высыпал на подносы и разгладил его до толщины пергамента. Затем с помощью острой палочки начертил на песке несколько линий, разделив дощечку на четыре треугольника, потом отметил на внешних краях дощечки середину основания каждого треугольника и соединил их, разделив поверхность на двенадцать частей.

– Это карта, – пояснил он свои манипуляции. – Так мы, гномы, делаем предсказания, и если на свете есть человек, который нуждается в парочке предсказаний, то это я. Смотри сюда. Каждое поле соотнесено с металлом.

Первое – с железом, второе – с медью, и так далее. Пятое поле – золото, оно соответствует мастерству, и неважно, идет ли речь о работе по камню или по серебру, девятое – олово, наша религия. Понимаешь, мы ценим наших богов, как олово, ибо редко от них можно добиться чего-то ценного.

– Отон! Ты говоришь ужасные вещи!

– Ну-у… Вы, люди, часто клянетесь своими богами, но как часто они помогают вам – несмотря на все ваши жертвы и песнопения? В общем, каждое поле соответствует металлу, но двенадцатое – вот здесь, рядом с первым, они образуют круг – это поле соли, а соль вовсе не металл. Это поле всего скрытого и непонятного, и магии в том числе.

– Интересно. А как можно предсказывать с помощью этого?

– Смотри. Я покажу тебе.

Отон взял другую палочку, поднес ее ко второй дощечке, отвернулся и начал быстро-быстро усеивать дощечку точками. Когда он закончил, на доске было шестнадцать линий из точек и пустое пространство для обдумывания.

– Ну вот, эти вот линии мы называем основными, или материнскими. Нечетные можно соединить и получить первую дочернюю линию, четные дают вторую и так далее. Я не стану объяснять тебе все правила, на это уйдет целый день, и тебе наскучит. Но посмотри, с чего я начну! На железном поле у нас будет голова Дракона. – Он проворно соединил точки в песке в единое изображение. – Так, смотрим дальше. О! Маленькая Удача на соляном поле. Меня это радует, знамения не предвещают ничего ужасного. Может и не все будет хорошо, но – ничего ужасного.

Карра увлеченно наблюдала за его действиями. Отон бормотал что-то себе под нос на разных языках, размышлял над точками, время от времени вырисовывая фигурки на полях. Когда все было готово, он долго качал головой и смотрел на доску.

– Отон, не тяни! Скажи, что ты видишь?

– Ну, я не уверен. Гм. С этими пророчествами всегда так. Чем сильнее оно тебе необходимо, тем меньше в нем ясности. Впрочем, кажется, все кончится хорошо. Понимаешь, я недавно отправил письмо родным, выясняя, можно ли мне вернуться домой. В молодости я натворил делов… ну, это было давно, и вдобавок у меня есть пара красивых камешков, так что я даже смогу заплатить штраф, если будет нужно. – Он сделал паузу и задумчиво покусал усы. – Похоже, что они примут меня обратно, но меня смущает вот это, – он показал на третье поле. – Дорога на поле ртути. Обычно это означает долгое незапланированное путешествие. Меня это немного волнует.

Карра присмотрелась повнимательнее, но Дорога оказалась обыкновенной линией из четырех точек. Ей это ничего не говорило.

– А разве это не может означать то путешествие, которое мы уже проделали? Я имею в виду, когда ехали сюда. Я…

Тихий свист прервал ее и заставил поднять голову. Молодой гном, с клинком наготове, медленно подходил к столу. Неожиданно Отон тоже свистнул и затаил дыхание.

– Не шевелитесь, госпожа. Просто замрите. Как камень. Пожалуйста.

Спокойный настолько, что Молния даже не пошевелился, гном подошел к столу, медленно замахнулся, выждал – и с силой ударил мечом в пол, совсем рядом с локтем Карры. Карра отшатнулась, когда что-то хрустнуло – и из-под лезвия брызнула струйка бледной слизи. Второй охранник бежал к ним, что-то невнятно выкрикивая; Отон стремительно выскочил из-за стола, чтобы посмотреть, как молодой гном переворачивает измятую, длинноногую тварь кончиком меча. Все трое мужчин умолкли на несколько секунд.

– Видишь эту бурую отметину у него на брюхе? Словно кубок на высокой ножке? Мы называем его Смерть-в-бокале. – Отон повернулся к Карре. – Это паук – вернее, это то, что от него осталось. Размером с твой кулак. Ядовитый что надо. Вернее, как не надо…

– Фу! Какая мерзость! – Она посмотрела на потолок и содрогнулась, представляя себе, как целое гнездо пауков лопается и падает ей на голову. – А их здесь много?

– Их здесь вообще нет, госпожа. В наших туннелях их невозможно найти. Они трусливы, как и большинство животных. При желании их можно отыскать разве что под камнями высоко в горах, да и то – поискать придется.

– А как тогда… – Она умолкла, читая ответ на их лицах. – Вы хотите сказать, что кто-то принес его сюда?