Страх Мудреца. Дилогия (ЛП) - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 276

- Квоут, - он тепло улыбнулся.

- Я вижу, что ты нашел время чтобы нанести мне визит.

- Всегда с удовольствием, ваша светлость.

- Пройдемся? - спросил он.

- Прекрасный вид открывается с южного моста в это время.

Я последовал за ним в шаге и мы начали наш извилистый путь среди ухоженных живых изгородей.

- Я не мог не заметить, что ты вооружен, - отметил он с тяжелым неодобрением в своем голосе.

Моя рука бессознательно двинулась к Цезуре.

Она была сейчас на моем бедре, а не за плечами.

- В этом есть что-то предосудительное, ваша светлость?

Я понял, что все мужчины в Винтасе оставляют за собой право препоясаться мечом.

- Это вряд ли надлежаще. - Он подчеркнул слово.

- Я так понимаю, что при королевском дворе в Ренери ни один джентльмен не осмелиться быть увиденным без меча.

- Хорошо сказано для такого как ты, но ты не джентльмен, - хладнокровно отметил Алверон, - о чем ты должен прекрасно помнить.

Я ничего не ответил.

- Кроме того, это варварский обычай, и тот, который со временем принесет королю горе.

Неважно, что обычно в Ренери, в моем городе, моем доме и саде, ты не придешь ко мне вооруженым. - Он повернулся и посмотрел на меня жестким взглядом.

- Я прошу прощения, если совершил какой-нибудь проступок, ваша светлость. - Я остановился и отвесил ему более серьезный поклон, чем сделал до этого.

Представленное мною шоу, казалось, успокоило его.

Он улыбнулся и положил руку мне на плечо.

- Здесь не требуется всего этого.

Пойдем, полюбуемся утренней зарей.

Листья вскоре должны повернуться.

Часть часа мы ходили, дружески беседуя ни о чем.

Я был неизменно вежлив и настроение Алверона продолжало улучшаться.

Если питание его эго удерживало меня в его благосклонности, это была маленькая цена, чтобы заплатить за его покровительство.

- Надо сказать, что этот брак подходит вашей светлости.

- Благодарю. - Он грациозно кивнул.

- Я обнаружил, что это мне по вкусу.

- И ваше здоровье по-прежнему хорошо? - спросил я, сжимая границы публичного разговора.

- Более, чем хорошо, - сказал он.

- Еще одна выгода от супружеской жизни, без сомнения. - Он взглянул на меня и это сказало мне, что он не хотел бы получить дополнительную огласку, по крайней мере не в таком общественном месте, как это.

Мы продолжили нашу прогулку, кивая вельможам, мимо которых мы проходили.

Маер болтал о пустяках, придворных слухах.

Я подыгрывал, ведя мою партию в разговоре.

Но правда была в том, что мне нужно было сделать так, чтобы мы могли серьезно поговорить наедине.

Но я также знал, что Алверон не может быть втянут в дискуссию.

Наши разговоры были ритуальным узором.

Если я нарушил его, то я бы ничего не добился, а только раздражал бы его.

Поэтому я выжидал нужное время, наслаждался ароматом цветов и делал вид, что мне в самом деле интересны дворцовые сплетни.

После четверти часа в разговоре возникла характерная пауза.

Далее мы должны были перейти к дискуссии.

После этого мы могли бы пойти куда-нибудь в достаточно уединенное место, чтобы поговорить о важных вопросах.

- Я всегда думал - наконец сказал Алверон, представляя тему нашей дискуссии, - что все имеют основной вопрос, кто они есть.

- Что вы имеете в виду, ваша светлость?

Я считаю, что все имеют какие-то вопросы, которые ими движут.

Вопрос, который позволяет им спать ночами.

Вопрос, который волнует их, как собаку со старой костью.

Если вы понимаете вопрос человека, он приближает вас к пониманию самого человека. - Он посмотрел искоса на меня, наполовину улыбаясь.

- В всяком случае, я всегда в это верил.

Я на мгновение задумался.

- Я должен буду с вами согласиться, ваша светлость.

Алверон поднял бровь на это.

- Как, так легко? - Голос у него был слегка разочарованный.

- Я ожидал от тебя некоторых возражений.

Я покачал головой, радуясь легкой возможности, чтобы представить тему из моих собственных.

- Я был обеспокоен этим вопросом уже несколько лет, и я полагаю, что буду беспокоиться об этом еще несколько лет.

Поэтому то, что вы говорите имеет для меня превосходный смысл.

- В самом деле? - спросил он с жадностью.

- И что же это?

Я рассматривал вопрос, говорить ли ему правду.

О своих поисках Чандриан и смерти моей труппы.

Но для этого не было никакой реальной возможности.

Это секрет все еще сидел в моем сердце, тяжелый, как большой гладкий камень.

Это была слишком личная вещь, чтобы сказать кому-то такому умному, как Маер.

Более того, это бы показало мою кровь Эдема Руэ, нечто, что я не сделал достоянием общественности при дворе Маера.

Маер знал, что я не знатного происхождения, но он не знал, что моя кровь настолько низкая.

- Это должно быть тяжелый вопрос, раз ты так долго его взвешиваешь, - пошутил Алверон, пока я колебался.

- Ну, я настаиваю.

На деле я хочу тебе предложить обмен - вопрос на вопрос.

Быть может мы сможем помочь друг другу с ответом.

Я едва ли мог надеяться на лучшее поощрение, чем это.

Я на мгновение задумался, осторожно подбирая свои слова.

- Где находятся Амир?

- Кроваворукие Амир, - Алверон мягко размышлял сам с собой.

Он искоса взглянул на меня.

- Я полагаю, что ты не спрашиваешь, кто сотворил их тела?

- Нет, ваша светлость, - сказал я мрачно.

Его лицо стало задумчивым.

- Интересно. - Я облегченно выдохнул.

Я наполовину надеялся, что он отмахнется ответом, сказав мне, что Амир были уже веками мертвы.

Вместо этого он сказал: - Я много изучал Амир, когда был моложе, знаешь ли.

- Действительно, ваша светлость? - сказал я, удивленный своей удачей.

Он посмотрел на меня и чуть заметная улыбка коснулась его губ.

- Не то, чтобы удивительно.

Я хотел быть одним из Амир, когда был мальчиком. - Он выглядел чуть-чуть смущенным.

- Но все истории темны, ты знаешь.

Они делали важные вещи.

Они сделали трудный выбор, к чему никто не был готов.

Подобные вещи пугают людей, но я считаю, что они были большой силой добра.

- Я всегда думал точно так же, - признался я.

- Только из интереса, какой была ваша самая любимая история?

- Атрейон, - немного грустно сказал он.

- Я не думал об этом в последние годы.

Я мог прочитать Восемь клятв Атрейона по памяти. - Он покачал головой и посмотрел в мою сторону.

- А ты?

- Атрейон немного кровав для меня, - признался я.

Алверон выглядел довольным.

- Они не назвали бы Амир кроваворукими ни за что, - сказал он.

- Татуировки Цирадае вряд ли были декоративными.

- Правда, - признал я.

- Тем не менее, я предпочитаю сэра Савиена.

- Конечно, - сказал он, кивая.

- Ты романтик.

Какое-то мгновение мы шли молча, поворачивая за угол и прогуливаясь мимо фонтана.

- Я был очарован им, когда был ребенком, - наконец сказал Алверон, как будто это признание было немного неловким.

- Мужчины и женщины со всей силой церкви за ними.

И это в то время, когда все атуранские силы стояли позади церкви. - Он улыбнулся.

- Храбрые, жестокие и не отвечающие никому, кроме себя и Бога.

- И остальных Амир, - добавил я.

- И, в конечном счете, понтификом, - закончил он.

- Я полагаю, ты читал его провозглашение, декламируя его?

- Да.

Мы пришли к небольшому выгнутому мосту из дерева и камня, а потом остановились в верхней части арки и смотрели на воду, наблюдая, как лебеди медленно маневрируют.

- Ты знаешь, что я нашел, когда был моложе? - спросил Маер.

Я покачал головой.

- Как только я стал слишком старым для детских рассказов об Амир, я начал задаваться вопросом о более конкретных вещах.

Сколько Амир было здесь?

Сколько было дворян?

Сколько лошадей могли они выставить на поле для вооруженных действий? - Он повернулся немного, чтобы оценить мою реакцию.