Страх Мудреца. Дилогия (ЛП) - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 275

В конце концов они схватили его только, когда подожгли это место.

- И что случилось тогда? - спросил я.

- Не суд, конечно.

- Вопрос был улажен, - повторил Стейпс.

- Должным образом. - Сказал он, наконец, с большим весом мрачной завершенности.

Его обычно добрые глаза были узкими и ненавидящими.

В этот момент круглолицый маленький человек вообще очень мало походил на бакалейщика.

Я вспомнил, как Алверон спокойно сказал: "отрезать его большие пальцы." Учитывая то, что я знал о быстром и решительном гневе Алверона, я сомневался, что кто-то когда-либо увидит Кадикуса снова.

- Разве Маеру удалось раскрыть, почему? - Хотя я и говорил тихо, я оставил остальное недосказанным, зная, что Стейпс не одобрил бы мое открытое упоминание отравления.

- Здесь не место для разговоров, - осторожно сказал Стейпс.

Его тон был слегка обиженным, как будто я должен знать лучше, чем спрашивать его о таких вещах.

Я позволил теме уйти, зная, что я не был в состоянии получить что-нибудь еще из Стейпса.

- Вы сделаете мне одолжение, если принесете Маеру кое-что от меня, - сказал я, идя туда, где я сбросил мою дорожную сумку.

Я зашарил в нем до тех пор, пока я не нашел шкатулку Маера внизу, вблизи у дна.

Я протянул ее Стейпсу.

- Я не уверен, что в ней, - сказал я.

- Но у нее есть свой гребень на крышке.

И это тяжелое.

Я надеюсь, что это может быть частью украденных налогов. - Я улыбнулся.

- Скажи ему, что это свадебный подарок.

Стейпс принял шкатулку, улыбнувшись.

- Я уверен, что он будет в восторге.

Появилось еще трое бегунов, но только два из них пробежали мимо с дымящимися ведрами.

Третий подошел к Стейпсу и подал ему записку.

В другой комнате снова заплескалось и все трое мальчиков снова ушли, украдкой посмотрев на меня.

Стейпс бегло просмотрел записку а затем поднял взгляд на меня.

- Маер надеется, что вам будет удобно встретиться с ним в саду с пятым колоколом, - сказал он.

Сад означал вежливый разговор.

Если Маер хотел серьезного обсуждения, то он вызовет меня к себе в комнаты, или вознаградить меня, позвав через тайный ход, который соединял его покои с моими.

Я взглянул на часы на стене.

Это не были симпатические часы того вида, к которым я привык в Университете.

Это были гармоничные часы с качающимся маятником и все.

Красивая машина, но далеко не так точна.

Стрелки опказывали без четверти пять.

- Эти часы спешат, Стейпс? - спросил я с надеждой.

Пятнадцати минут едва хватало мне, чтобы снять мою дорожную одежду и надеть на себя кружева в достаточно приличном для двора наряде.

Но учитывая слои грязи и кислого пота, которые покрывали меня, это будет столь же бессмысленно, как обвязывать шелковую ленту вокруг дымящейся коровей лепешки.

Стейпс посмотрел через плечо, затем сверился с небольшими механическими часами, которые он держал в кармане.

- На самом деле они отстают на пять минут.

Я потер лицо, обдумывая свои возможности.

Я не был просто растрепан после дня пути.

Я был грязен.

Я то твердо шел под летним солнцем, то проводил дни в ловушке душной горячей повозки.

Хотя Маер был не тем, кто судит о вещах исключительно по внешности, он придавал значение приличиям.

Я не произведу хорошего впечатления, если появлюсь воняющим и грязным.

Незваная, память о железной виселице поднялась в моем уме, и я решил, что не могу ставить под угрозу плохое впечатление.

Не с новостями, которые я принес.

- Стейпс, я не могу быть готовым по крайней мере час.

Я могу встретиться с ним к шестому звонку, если он захочет.

Выражение лица Стейпса стало жестким и оскорбленным.

Его послание было ясным.

Вы просто не запрашивали другое время встречи с Маером Алвероном.

Он спрашивает.

Вы приходите.

Это было обычным делом.

- Стейпс, - сказал я так мягко, как мог.

- Посмотри на меня.

Понюхай меня.

Я преодолел три сотни миль за последний оборот дней.

Я не собираюсь идти гулять в саду покрытый дорожной пылью и воняющий, как варвар.

Рот Стейпса утвердительно нахмурился.

- Я скажу ему, что вы, иначе говоря, заняты.

Прибыло еще больше парящих ведер.

- Скажите ему правду, Стейпс, - сказал я, когда начал расстегивать рубашку.

- Я уверен, что он поймет.

***

После того как я был отскоблен, протерт и должным образом одет, я послал Маеру мое золотое кольцо и карту, которая говорила: - Частная беседа при первой возможности.

В течение часа бегун вернулся с картой Маера, говорящей: - Ждите мой вызов.

Я ждал.

Я послал гонца, чтобы принести обед, а затем ждал весь вечер.

Следующий день прошел без каких-либо сообщений.

И, поскольку я не знал, когда могло прийти известие от Алверона, я вновь был фактически пойман в ловушку в моих комнатах, ожидая его кольцо.

Это было приятное время, чтобы догнать мой сон и принять вторую ванну.

Но я беспокоился, что новости из Левиншира догонят меня.

Тот факт, что я не мог спуститься вниз в Нижний Северен, искать Денну, также вызывало огромное раздражение.

Это был своего рода молчаливый упрек, слишком частый в придворных обычаях.

Сообщение Маера было ясным: Когда я зову, ты приходишь.

Мой приказ или ничего более.

Это было настолько детским, что было возможно только у дворянства.

Тем не менее, нельзя было ничего сделать.

Поэтому я послал мое серебряное кольцо Бредону.

Он прибыл вовремя, чтобы разделить со мной ужин и поведал мне сезон сплетен, которые я пропустил.

Придворный слух мог быть ужасно бесвкусным, но Бредон снял для меня сверху все сливки.

Большинство из них были связаны с вихрем ухаживаний Маера и браке с наследницей Лаклесс.

Они были одурманены друг другом, по видимому.

Многие подозревали, что дело движется к ребенку.

Королевский двор в Ренери был слишком занят.

Принц-регент Алайтис был убит на дуэли, ввергнув большую часть южных окраин в хаос, так как различные дворяне сделали все, чтобы извлечь выгоду из смерти такого высокопоставленного члена двора.

Это также были слухи.

Людям Маера пришлось позаботиться о некоторых бандитах из отдаленной части Элда.

Они были, по-видимому, особыми сборщиками налогов.

Были возмущения на севере, где людям пришлось пострадать из-за второго визита сборщиков Маера.

Но по крайней мере дороги были снова чисты и виновные были мертвы.

Бредон также отметил интересный слух о молодом человеке, который зашел погостить к Фелуриан и вернулся более или менее нетронутым, хотя и ставший несколько фаэподобным.

Конечно, это не был придворный слух.

Это был слух того вида, который можно услышать в таверне.

Слухи низкого происхождения, не достойные того, чтобы знатный человек к ним прислушивался.

Его темные, похожие на совиные глаза весело блестели, когда он рассказывал.

Я согласился, что такие истории действительно были довольно низкопробными, и ниже нашего собственного достоинства.

Мой плащ?

Он был довольно хорош, не правда ли?

Я не мог вспомнить, где точно он был скроен.

Несколько экзотический.

Кстати, я слышал очень интересную песню на днях по поводу Фелуриан.

Не хотите ли послушать ее?

Мы также сыграем в так, конечно.

Несмотря на то, что я провел долгое время вдали от доски, Бредон сказал, что моя игра стала намного лучше.

Казалось, я научился, как играть красивую игру.

***

Излишне говорить, что когда Алверон послал свое следующее приглашение, я пришел.

Мне очень хотелось приехать на несколько минут позже, но я воспротивился этому чувству, зная, что из этого не может получиться ничего хорошего.

Маер ходил сам по себе, когда я встретился с ним в саду.

Он стоял прямой и высокий, глядя на весь мир, как будто ему никогда не требовалось опираться на мою руку или использовать трость.