Твое прикосновение - Дьюран Мередит - Страница 35

– Думаю, у них не хватает для этого любви к научной работе. – Санберн прижался губами ко рту девушки и принялся языком ласкать ее губы. Лидия покорно позволила их раздвинуть. Вкус языка, проникшего к ней, дарил чувство сладости, и это заглушало мысли о совершаемой ею ошибке. Мужское тело прижалось к ней, задранные юбки зацепились за неровности стены, а его пальцы скользнули, минуя подвязки, прямо по ее бедру, горячей волной обжигая кожу через тонкую ткань панталон. Никогда еще чужие руки не касались ее тела в этих местах. Она и сама редко прикасалась к этим потаенным уголкам. Было принято считать, что эти части тела трогать неприлично. Однако тело Лидии ничуть не противилось. Оно даже приветствовало неизведанные ласки, требуя их все больше и больше.

Мужские пальцы добрались и до самого влажного местечка между ее ногами, они уверенно расположились там, давая ей своеобразную точку опоры. Чувствуя спиной стену, крепкую ладонь между ногами, Лидия испытала странное ощущение надежности, прочности и свободы. Девушка подалась бедрами вперед, а ладонь Санберна сильнее вдавилась ей в сокровенное место. «Распутник», – вспышкой пронеслось у нее в голове. В это мгновение рука Санберна отыскала прорезь в ее панталонах, и его пальцы дотронулись до обнаженной плоти.

– Ах! – горячо выдохнула Лидия.

– Славно, – прошептал Санберн, не отрываясь от девичьих губ. – Еще громче.

Теперь его пальцы погрузились в нее. Это вызвало легкое жжение, некоторое неудобство, которое удивительным образом, как только его палец переместился чуть выше, превратилось в неизъяснимо приятное блаженство. Все ее тело вздрогнуло от нового чувства, заливающего с ног до головы сладостным восторгом, чувства, не подвластного никаким мыслям и не выразимого никакими словами. Затем вся ее защита, осторожность и сдержанность рассыпались в прах. Бедра Лидии принялись сами собой двигаться в причудливом танце, поднимаясь и опускаясь судорожными толчками, от которых даже подкашивались колени. Санберн одной рукой удерживал девушку за талию, а другой рукой обхватывал ее за бедра сзади, надежно и крепко, позволяя Лидии до боли стискивать его за плечи. «Я погибла».

Спустя бесконечно долгую минуту, когда дыхание девушки начало успокаиваться, в голове мелькнуло осознание того, что когда-то нужно будет освободиться от этой удивительной связи с чужим телом. Перспектива встретиться с Санберном взглядом неожиданно испугала ее, приводя в трепет от предстоящего унижения. Однако… с чего бы? Что ужасного, если она узнала какой-то секрет о самой себе, секрет, настолько естественный и элементарный? Этот секрет, конечно, оказался настолько могущественным и властным, что довольно легко преодолел ее сопротивление и оставил дрожащей и беспомощной – и это в ее-то возрасте! Но если бы она и дальше не выходила из привычной трусливой роли, если бы она решила оттолкнуть этого человека от себя, то удивительный секрет так и остался бы ей неведом. Незнакомые ей люди, проповедники, стоящие за церковными кафедрами, суровые, величественные дамы, весь правильный и благовоспитанный мир – все были бы едины в одном: тело Лидии должно вечно хранить от нее свой секрет. Однако вышло так, что мужчина помог ей узнать его. Потому что он вел себя совсем не по правилам приличия. И слава Богу, ведь это было так приятно.

На глаза Лидии навернулись слезы, и она судорожно вздохнула. Нет, она не станет жалеть о случившемся.

Легкое движение Санберна прервало ход ее мыслей. Его рука отодвинулась от потаенного места – в ответ девушка вновь непроизвольно вздохнула – и переместилась на плечо Лидии, мягко отодвигая ее.

– Лидия, – заговорил виконт. – Придется вам поверить мне, когда я вам открою один секрет. Вы прекрасны.

Слова Санберна прервали ее мысли. Ей захотелось посмотреть этому мужчине прямо в глаза. Она попросит его снова повторить эти удивительные слова. А затем, может быть…

Снизу раздался крик.

Лидия вздрогнула.

– Наверное, это миссис Огилви?

Санберн повернулся, и она увидела его в профиль. Взгляд молодого человека был устремлен в ту сторону, откуда они выбрались на крышу.

– Кажется, да.

Послышался еще один вопль. Далее последовал звук чего-то разбивающегося в чердачном помещении. Господи, да что там разбивать, в этой комнатушке? Кажется, там и вещей-то почти не было.

– Побудьте здесь, – бросил Санберн. Одним широким шагом он приблизился к краю крыши, ухватился руками за раму мансардного окна и тут же скрылся из вида.

В первую секунду Лидия бросилась следом, но быстро вспомнила, что находится высоко над землей и не располагает крыльями для полетов. Судорожно всхлипнув, она отшатнулась и прижалась к стене мансарды. Руки девушки дрожали и ныли от непонятной боли. Она напоминала самой себе механическую игрушку, у которой закончился завод и она останавливается.

Так, хорошо, а что же будет дальше?

Трясущимися руками Лидия принялась разглаживать свои юбки. Ей представлялось, что даже распутным мужчинам должно быть понятно: есть другие способы добиться расположения женщины, чем соблазнить ее, а потом бросить одну на крыше дома.

Небо темнело, и становилось как-то мрачно от надвигающихся туч. Если пойдет дождь, передвигаться можно будет лишь с большой осторожностью.

Лидия успела досчитать до двадцати, когда послышался еще один отчаянный крик. Очевидно, его издала женщина.

– Да вы же убьете его!

Лидия прикусила зубами костяшки пальцев. Перед ней промелькнуло видение ее вероятного будущего: лежащий на крыше скелет, нелепая смерть из-за глупой попытки виконта вмешаться в ссору обитателей чердака, оставив свою спутницу в страхе дожидаться его наверху. Неординарный финал ее уступчивости посягательствам соблазнителя: несомненно, моралисты одобрят подобный конец.

– Прекратите!

Ну ладно, с нее достаточно. Лидия заставила себя сделать еще один шаг к краю. Дальше двигаться она бы не смогла, так как впала в оцепенение от жуткого страха. Ей нередко снились кошмары, в которых она падала с высоты, не находя за что зацепиться. Какие-то руки протягивались к ней из темноты, но тут же исчезали, когда она пыталась схватиться за них. Нет, она не в силах подойти к краю. Пожалуй, ей легче было бы попытаться полететь по воздуху.

«Какая же ты трусиха!»

Лидия с шумом выдохнула воздух. Ладно. В таком случае она попробует передвигаться ползком. Девушка опустилась на теплые плиты крыши и очень медленно стала продвигаться вперед. Ей показалось, что до края она ползла целую вечность. «Если я погибну на этой Сент-Джайлс, Софи ни за что не простит меня. А Джордж придет в ужас». Лидия засмеялась, пугаясь собственного смеха. Надо же, какая она оптимистка, если находит повод для веселья в одном шаге от своей вероятной гибели.

Добравшись до края крыши, Лидия развернулась, пытаясь встать на ноги, а затем ухватилась за край мансардного окна и шагнула на узкий выступ. До окна нужно было пройти пять шагов, если она осмелится их сделать. Пальцы девушки застыли на деревянной раме.

На то место, где недавно сидела Лидия, опустился голубь. Его глаза-бусинки смотрели на нее, пока он важно расхаживал по крыше. Сначала девушка хотела прогнать птицу рукой, но не решилась отпустить раму. Лидия решила быстро преодолеть по выступу расстояние, отделявшее ее от окна. Однако зрелище, увиденное через открытое окно, вынудило девушку застыть на месте. В чердачной комнате Санберн стоял, прижимая Реджи к стене. Одной рукой виконт держал мужчину за горло, а другой часто наносил удары по его лицу. Реджи издавал какие-то хлюпающие звуки в то время, как миссис Огилви отчаянно и безуспешно пыталась оттащить Санберна, вцепившись ему в руку.

Хозяйка квартиры заметила Лидию и проворно метнулась через всю комнату, чтобы помочь ей забраться внутрь. Лидия влезла через окно и опустилась на колени. Тогда миссис Огилви обхватила ее за талию и помогла девушке встать на ноги.

– Остановите его! – взмолилась она. Лицо женщины было в крови, один глаз распух. – Он убьет Реджи!