Искушение герцогини - Уайлдс Эмма - Страница 8

– Мисс Марстон?

Ребекка ухватила Роберта за руку.

– Помогите мне спрятаться.

– Спрятаться? – Он удивленно приподнял брови.

– Прошу вас. – Она огляделась по сторонам с выражением паники на прелестном лице. – Я больше не смогу выдержать ни минуты в обществе лорда Уоттса, боюсь, это меня доконает.

Роберт знал упомянутого лорда и мог только посочувствовать Ребекке, вспомнив, как поспешно она покинула дом. Он никогда не мог отказать даме, просившей его о спасении, и, заметив узкую тропинку, ведущую через живую изгородь, произнес:

– Идите сюда.

Ребекка живо повиновалась, бросившись впереди него, и хотя было бы намного пристойнее предоставить ей возможность самой избежать общества скучного виконта, Роберт с улыбкой последовал за ней. Тропинка вела вдоль маленького пруда с лилиями и рыбками и резко обрывалась в нише, вырезанной в изгороди. Им открылась бронзовая статуя Пана с флейтой и двумя маленькими скамьями по бокам. Наверное, здесь было приятно посидеть в теплый день, но сейчас тут царили полумрак и уединение.

Мисс Марстон обернулась, глядя мимо Роберта, и прошептала:

– Думаете, он меня видел?

«Видел нас, – услужливо подсказал Роберту внутренний голос. – Наедине в темном саду».

Что он, черт возьми, делает?

– Мисс Марстон? – На этот раз голос звучал увереннее и ближе. – Ребекка!

Проклятие, было слишком темно, и Уоттс не мог ясно разглядеть их, но, должно быть, уловил какое-то движение и теперь шел следом.

Роберт приложил палец к губам и потянул Ребекку в тень. Поставив девушку спиной к изгороди, он отвел от ее изящных плеч жесткие ветки, и шепнул ей на ухо:

– Я от него избавлюсь, если вы мне подыграете. Только ничего не говорите, и прячьте лицо.

Она кивнула, ее огромные глаза блестели.

Роберт был значительно выше и более крепко сложен, поэтому решил, что при слабом свете никто наверняка не сможет различить лицо Ребекки. Он услышал приближающиеся шаги и понял – ему жизненно необходимо избавиться от назойливого поклонника мисс Марстон. И зачем только Роберт пошел за ней следом? Этот странный импульс имел бы очень нехорошие последствия, застань их кто-нибудь в укромном уголке сада вдвоем.

Роберт склонил голову и губами легко коснулся щеки Ребекки. Даже не губ, хотя и почувствовал их соблазнительную близость и уловил ее нежное дыхание. Это был не настоящий поцелуй.

Целовалась ли она когда-нибудь по-настоящему? Что за неуместные мысли!

– Положите руку мне на плечо, – попросил он.

Ребекка повиновалась, и Роберт ощутил легкое и неуверенное прикосновение ее пальцев.

Как он и предвидел, незадачливый поклонник Ребекки добрался до их уголка сада, однако лорду Уоттсу потребовалось некоторое время, чтобы заметить мнимых любовников.

Что ж, здесь его репутация сыграет ему на руку, подумал Роберт. Никто не подумает, будто он зажал в уголок невинную молодую женщину. Его любовницами всегда были умудренные опытом дамы, которых не интересовали постоянные отношения. Ребекка Марстон совершенно не походила на них, поэтому вряд ли Уоттс смог бы догадаться.

Роберт повернулся к Уоттсу, давая тому возможность узнать его, и отчетливо произнес:

– Я был бы премного благодарен, если бы вы ушли отсюда, милорд.

– Ох… прошу меня простить, Нортфилд. Я тут кое-кого искал… Сейчас уйду. – В голосе лорда слышалось смущение. – Простите. Не ожидал вас тут встретить. Мне нужен кое-кто другой.

Роберт молча отвернулся якобы поцеловать молодую женщину, чье нежное тело почти прикасалось к нему, и он явно ощущал под платьем ее теплую упругую грудь и вдыхал дурманящий аромат духов – опыт подсказывал ему, что это жасмин.

Его любимый аромат.

У Ребекки поразительно нежная кожа, думал Роберт, едва касаясь ее щеки и прислушиваясь, как этот клоун Уоттс уходит прочь.

К досаде Роберта, его тело начало реагировать на близость Ребекки и манящий запах ее духов.

Но к счастью, он сумел прислушаться к голосу разума. Да, у нее прекрасная кожа, гибкое тело, блестящие в лунном свете волосы. А сколько ей лет? Девятнадцать? Самое большее двадцать? Ей вполне можно выходить замуж. И если отец заметит ее исчезновение и решит последовать…

Учитывая отношение к нему сэра Бенедикта, на рассвете они могут сойтись на дуэли.

Роберт поспешно выпрямился и шагнул назад.

– Возможно, вам стоит переждать тут несколько минут. Я все равно собирался уходить и покину сад через задние ворота.

Ребекка кивнула, глядя на него, чуть приоткрыв губы:

– Спасибо. Вы очень изобретательны.

Ее губы соблазнительно блестели. И даже скромный наряд не мог скрыть фигуру, которая самой природой была создана привлекать внимание мужчин. В отличие от некоторых его знакомых Роберт не очень любил миниатюрных женщин. И хотя Ребекка была на голову ниже его, рост у нее был значительно выше среднего, и наверняка ее обнаженная грудь поражала воображение – Роберт отметил это взглядом знатока. Ничего удивительного, если Уоттс болтается по саду в поисках этой прелестной юной леди.

Наверное, Роберт так же глуп, как Уоттс, стоя с ней наедине в темном саду и мечтая прикоснуться к этому соблазнительному телу, а теперь доказательством его сладострастных мечтаний были ставшие довольно тесными брюки.

А ведь Ребекка, судя по всему, совершенно невинна и неопытна. Пора уходить как можно скорее.

Роберт беспечно улыбнулся:

– Пожалуйста. – И хотя разум уже подавал ему тревожные сигналы, он все же не удержался и добавил: – Если вам когда-нибудь понадобится спрятаться от других назойливых поклонников, дайте мне знать.

После этого он благоразумно развернулся и покинул Ребекку.

Глава 3

– Не хочешь поведать мне, о чем ты думала? – спросила Лия, неодобрительно приподняв бровь.

Был чудесный теплый осенний день, на небе ни облачка, и молодые женщины расположились в маленьком саду старшей сестры Брианны. Одна из дочерей Лий носилась неподалеку, с пронзительным радостным визгом падала на траву и каталась по ней, не боясь запачкать кружевное платьице. Брианна следила за проделками племянниц, едва скрывая улыбку.

– О чем это ты?

Сестра бросила на нее испепеляющий взгляд. Лия была на пять лет старше, стройная и с такими же светлыми волосами. Между ними было явное сходство, только Лия всегда отличалась некоторой чопорностью.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Этот случай попал на страницы всех газет – на тебе было платье французской модистки, о котором опера шепталась весь вечер. По общим отзывам, это был либо последний писк моды, либо самый провоцирующий наряд, который когда-либо носили на публике:

Несмотря на свой высокий титул и положение в обществе, Брианна почувствовала себе ребенком, которого распекает старшая сестра.

– Платье довольно смелое, – призналась она, – но у меня имелась веская причина надеть его. И потом, там были и другие женщины с не меньшими декольте.

– Надеюсь, ты понимаешь, тебе многие завидуют. – Лия подняла дочь на руки, отряхнула травинки с ее платья и снова отправила играть с двумя другими детьми, после чего опустилась на нагретую солнцем скамейку, придерживая пышные юбки. – Разве столь вызывающий поступок может остаться незамеченным? Ты ведь герцогиня Ролтвен.

– Я всего лишь пыталась привлечь внимание Колтона, а не кого-то еще.

– О чем ты говоришь? Мне кажется, он проявляет к тебе достаточно внимания. Он твой муж.

– В тот вечер он не отрывал от меня взгляда. – Улыбнувшись про себя, Брианна припомнила поездку в экипаже.

– И что это значит?

Брианна небрежно пожала плечами. На самом деле случившееся глубоко затронуло ее.