Искушение невинности - Уайн Мэри - Страница 44

— Так приятно стоять возле жаркого камина.

— Вы со мной играете.

Еще один щелчок, и платье начало скользить вниз, открывая плечи.

— Странные вещи вы говорите, учитывая, что я просто выполняю ваш приказ, милорд.

Старательно выговорив его титул, Бриджет повернулась, чтобы показать ему наполовину расстегнутое платье. Корсет был на виду, и Керан немедленно уткнулся взглядом туда, где поднималась грудь. Расстегнув два последних крючка, Бриджет снова отвернулась к камину, и платье начало спадать с её тела. Задержалось на бедрах, и Бриджет, не спеша огладив корсет, ухватила платье и стянула его вниз.

— Куртизанка сумела-таки обучить вас своим штучкам!

Платье осело бесформенной грудой на полу, и Бриджет переступила через него. Оглянувшись через плечо, принялась играть кружевной завязкой корсета.

— Я что-то не так делаю? Вы сами велели мне раздеться. Неужели у меня плохо получается? Может, попробовать все сначала?

Присев, Бриджет сделала вид, что хочет взять платье с пола.

— Оставьте, — судорожно выдохнул Керан.

Выпрямившись, Бриджет потянула кружевную ленту, удерживающую обе половинки корсета. Лента подалась, и корсет начал раскрываться под напором грудей.

— Не нужно сердиться, милорд. Я просто хочу убедиться, что правильно поняла ваше желание.

— Мне очень нравится, что вы столь послушны, Бриджет.

Его руки сжали поясной ремень, и вдруг металлическая пряжка со звоном распалась. Отработанным движением руки он подхватил ремень вместе с мечом, чтобы бросить их на стол возле двери. Расстегнул несколько пуговиц своего простого камзола. При виде его рубашки в памяти Бриджет живо воскресли события прошлой ночи. Она опустила глаза ниже — ее ум уже рисовал новые упоительные картины.

Срывающимся голосом он назвал ее имя, и Бриджет опять покраснела. Губы Керана изогнулись в улыбке.

— Смею ли надеяться, что вы продолжите это увлекательное представление?

Вместо ответа Бриджет повернулась к нему спиной. Всего несколько секунд понадобилось ей, чтобы расшнуровать корсет, который незамедлительно упал к ее ногам. С губ Бриджет слетел тихий вздох облегчения, когда сорочка мягко облекла естественные изгибы ее тела.

В следующий момент ладони Керана легли ей на грудь. Прижавшись сзади, он склонился над ней. Его ласки зажгли ее страстным желанием…

— Наверное, лучше спросить, смею ли я надеяться, что вы позволите ублажить вас, милая Бриджет.

Его ладони коснулись холмиков груди. Керан тихо рассмеялся, когда Бриджет просто откинулась назад, отдаваясь ласке его рук. Да разве могла она сопротивляться?

— Мне следовало бы заплатить этой куртизанке. Она оказала мне большую услугу, согласившись наставлять вас в своем искусстве.

Коснувшись поцелуем ее шеи, Керан разжал руки, и Бриджет обернулась к нему, жалобно хныча. Ее заинтриговало выражение лица мужа. Прошлой ночью скудное освещение комнаты не давало ей возможности как следует видеть его. Теперь, в золотистом сиянии свечей, она могла взглянуть в его горящие страстью глаза.

— Потому что она научила вас быть храброй и уверенной в себе. И это нельзя путать с непочтительностью. Слишком многие отцы требуют от дочерей робости и слабоволия.

— Я никогда не думала, что мужчина способен это понять.

— Нам еще многое предстоит узнать друг о друге. — Глаза Керана обежали ее фигуру. — Кажется, я знаю, каков будет наш следующий урок.

Под его требовательным взглядом Бриджет вдруг сделалось не по себе. Ее пальцы мял и тонкую ткань сорочки. Сорочка и подсказала ей, как снова стать хозяйкой положения. Ухватив подол, Бриджет потянула сорочку вверх, медленно обнажая колени, затем бедра. Еще выше — и вот сорочка победно взметнулась над головой.

— Превосходно проделано! — Губы Керана снова сжались в нитку. — Даже слишком.

Бриджет дернула плечиком.

— Кажется, вы только что сказали, что не терпите робости!

Керан усмехнулся. В его глазах плясали веселые огоньки.

— Ваша взяла, моя милая.

Его рука потянулась к штанам. Пальцы проворно раскрыли застежку. Бриджет следила за ними как зачарованная. Сущая правда — ей нравилось любоваться мужским телом. И Керан не сводил глаз с ее восхитительных форм. Эти темные глаза ловили ее ответные порывы. Или, может, следили, не дрогнет ли она? Очень скоро штаны были сброшены — он и не посмотрел, куда они упали.

Жар, идущий от камина, обволакивал кожу, словно теплое облако. Однако иной огонь снедал Бриджет изнутри. Она уже знала, что испытает, когда он войдет в нее, и это помогло отбросить последние сомнения. Страсть пробудилась к жизни, и разум не стал спорить. Соски мгновенно отвердели, и взгляд Керана немедленно сосредоточился на этих драгоценных горошинах. Лицо застыло в страстной гримасе. Он торопливо сорвал с себя рубашку — ткань треснула.

Бриджет не успела вдоволь на него насмотреться. Быстро подойдя к ней, он обнял ладонями ее лицо и страстно поцеловал в губы. Этот поцелуй требовал ответа, и Бриджет не осталась безучастной. Ведь она умирала без его ласк! Язык Керана дразнил ее нижнюю губу. Ее рот раскрылся, и язык немедленно скользнул внутрь, чтобы затеять танец, сплетясь с ее собственным. Бриджет провела рукой по его бедру, по плоскому животу и опустила ищущую руку вниз, где возвышался возбужденный член. Ее пальцы сомкнулись на могучем стволе. Как восхитительна была его нежная кожа на ощупь!

Подняв голову, он оставался неподвижен, наслаждаясь лаской ее проворных пальчиков.

— Вы сами не знаете, насколько вам приятен наш союз, Бриджет!

И он подхватил ее на руки. Бриджет в который раз поразилась его силе. Поднял ее, точно пушинку, и бровью не повел. Только смотрел на нее глазами победителя.

— Плотская страсть не слишком похвальное чувство.

— Не согласен.

Подойдя к постели, муж опустил Бриджет в самую середину широкого ложа.

— Страсть… Ее слишком часто лживо изображают куртизанки, и слишком часто она отсутствует на брачном ложе. — Керан растянулся на постели рядом с женой. — А я как раз намеревался показать вам, какой жаркой она может быть.

Нагнувшись, он взял сосок губами. Бриджет никогда не думала, что мужские губы могут быть такими горячими! Тело свело сладостной судорогой. Рука мужа гладила ее тело — грудь, живот, пока не коснулась мягких завитков ее лона.

— Полагаю, настало время показать вам, что я испытывал прошлой ночью, когда вы ласкали меня ртом.

Его слова не имели смысла; ей не хотелось напрягать ум. Зато ее куда больше занимали движения руки, осторожно дотрагивающейся до ее лона. Женская плоть требовала ласки.

— Сейчас я сделаю для вас то же самое, — прошептал он, и Бриджет испуганно вздрогнула.

Ее разум отказывался воспринять эту мысль. Но воображение уже разыгралось, рисуя одну поразительную картину за другой.

— Мужчины такого не делают…

Темная бровь насмешливо взметнулась вверх.

— Отчего же нет, моя милая жена? Потому что Мари об этом не рассказала? Так я объясню, почему она молчала. — Его пальцы шаловливо поглаживали влажные складки ее лона. — Мужчины платят, куртизанкам, чтобы за свои деньги получить удовольствие. Не для того, чтобы стараться самим, доставив удовольствие в ответ. Вы моя жена, и доставить вам радость — мой долг, которым я ни в коем случае не хочу пренебрегать.

— Но мужчины не могут…

Бриджет судорожно вздохнула, когда его пальцы нашли клитор. Она не успела закончить фразу — так быстро охватила ее волна чувственного удовольствия. Сердце забилось с удвоенной силой. Казалось, вот-вот разобьется о ребра.

— Могут, уверяю вас, если хотят слышать, как стонет от наслаждения жена.

Палец терся о клитор, не давая ей возможности возразить. Бриджет оказалась пленницей собственного желания сдаться на милость его ласк, его властной настойчивости.

— А я хочу.

Голос Керана был исполнен страстного обещания. Бриджет подняла глаза. Обещание было не только в голосе. Оно сияло в темных зрачках его глаз, заставляя ее дрожать от сладостного предчувствия.