В погоне за удачей - Коннелли Майкл - Страница 39

Стараясь не тревожить больное тело, Пирс осторожно вытянул руку, поднял трубку и поднес ее к лицу, чтобы видеть наборную панель. Нажал кнопку автодозвона и стал ждать. Снова раздался голос автоответчика. Ему захотелось громко выругаться, но это вызвало бы напряжение и дополнительную боль лицевых мышц, поэтому он только скрипнул зубами. Полуслепым взглядом он отыскал телефон и положил на него трубку.

Но не успел Пирс выпустить ее из рук, как раздался звонок, и он поднес трубку к уху.

— Алло?

— Это Ники. Ты можешь говорить? У тебя все в порядке?

— Нет.

— Мне позвонить позднее?

— Нет. Прос...о не все в пр...яд...е.

— Что случилось? Почему ты так странно говоришь? И зачем тебе понадобился телефон той женщины?

Несмотря на боль, страх и все остальное, Пирс ощутил раздражение от того, как Никол презрительно произнесла последние слова — «той женщины».

— Дли...ная... стория...и я не...

Пирс чувствовал, что совсем ослаб. И когда стал медленно сползать по стене и неловко повернулся, то острая боль прорезала его грудь и он застонал.

— Генри! Ты болен? Генри! Ты меня слышишь?

Пирс вытянул ноги и медленно улегся спиной на ковер. Напоследок в затуманенной голове вспыхнул предостерегающий сигнал. Он понял, что если останется в таком положении, то может захлебнуться в собственной крови. В голове мелькнули имена знаменитых рок-певцов, захлебнувшихся в собственной рвоте. Падая, Пирс выронил телефонную трубку, которая лежала на ковре рядом с его головой. Правым ухом он слышал, как оттуда доносится слабый отдаленный голос, повторяющий его имя. От осознания, что этот голос ему хорошо знаком, он улыбнулся. Почему-то вспомнив Джими Хендрикса, утонувшего в собственной рвоте, он успел подумать, что лучше уж задохнуться в своей крови. Он даже попытался что-то напеть едва слышным шепотом: за...рой глаза, и поцелую я тебя...

По какой-то причине Пирс не мог выговорить букву "к". Вначале это показалось ему странным, но вскоре перестало иметь значение. Слабый женский голос продолжал издалека звать его по имени, потом расплылся и вовсе растаял в темноте, которая окутала и успокоила его. А темноту Пирс всегда любил.

Глава 21

Открыв глаза, Пирс увидел рядом незнакомую женщину, которая гладила его по волосам. Но вид у нее был уж слишком спокойный и официальный. Она наклонилась к нему и, казалось, собиралась поцеловать его, но вместо этого положила руку ему на лоб. Затем взяла какой-то прибор и посветила по очереди в оба его глаза. В этот момент рядом раздался мужской голос.

— Ребра, — произнес мужчина. — Третье и четвертое. Надо сделать укол.

— Мы наложили ему маску на нос, и, похоже, у него повреждена носоглотка, — сказала женщина.

— Сейчас мы ему кое-что сделаем.

Теперь Пирс рассмотрел и мужчину. В руке, обтянутой резиновой перчаткой, тот держал шприц с иглой, из которого выдавил немного жидкости в воздух. Почти сразу Пирс почувствовал легкий укол в руку и разлившееся по всему телу приятное тепло, вытеснившее боль из груди. От облегчения он улыбнулся и чуть не рассмеялся. Спасительная игла дала ему тепло и вернула сознание. Вот они, чудеса химии! Все-таки Пирс правильно выбрал профессию.

— Нужны еще ремни, — заметила женщина. — И давайте приведем его в вертикальное положение.

Что бы это ни значило, Пирс уже закрыл глаза. И последнее, что он увидел перед тем, как провалиться в теплое забытье, был стоявший у кровати полицейский.

— Как думаете, он сможет? — спросил тот.

Ответа Пирс уже не слышал.

Когда он пришел в сознание, ему показалось, что он стоит в какой-то тесной кабине. Открыв глаза, Пирс увидел стоявших поблизости людей. Знакомого мужчину со шприцем и женщину с лампой. И все того же копа. Здесь была и Никол, из ее темно-зеленых глаз капали слезы. Но даже в таком виде она показалась Пирсу очень красивой — с нежной загорелой кожей и собранными в хвостик пшеничными волосами.

В этот момент лифт начал стремительно падать, и Пирсу вдруг показалось, что его подбросило вверх. Он хотел предупредить остальных, но не мог даже пошевелить челюстью. Было ощущение, что он намертво привязан к стене. Пирс изо всех сил попытался сдвинуться с места, но бесполезно. Он даже головой не мог покачать.

Его глаза встретились с глазами Никол. Она подняла руку и нежно провела ладонью по его щеке.

— Держись, Хьюлетт, — проговорила она. — Все будет в порядке.

Пирс обратил внимание, насколько он выше ее ростом. Раньше он не замечал этого. Раздалось гудение, эхом отозвавшееся в голове, и дверь лифта откатилась в сторону. Мужчина и женщина подхватили его с двух сторон и вынесли из кабины. Сам он идти не мог, и до него только сейчас дошло, что значило «вертикальное положение».

Пирса положили на носилки и покатили через вестибюль к выходу. За ним наблюдало множество незнакомых глаз. Когда носилки с Пирсом уже задвигали в машину «скорой помощи», он почувствовал на себе печально-угрюмый взгляд привратника, имени которого не знал. Он не ощущал никакой боли, было лишь трудно дышать, что требовало дополнительных усилий.

Пирс заметил, что рядом с ним присела Никол. Она уже рыдала в открытую. Он с удивлением заметил, что в горизонтальном положении может хоть немного двигаться. Когда он заговорил, его голос больше напоминал глухое эхо из подземелья. В поле зрения Пирса появилась склонившаяся над ним медсестра, которая посмотрела ему в глаза и сказала:

— Не надо говорить, на вас маска.

«Тоже мне шутки, — подумал Пирс. — Все люди носят маски». И он попробовал снова заговорить, на этот раз уже громче. Но опять услышал лишь собственное мычание. Медсестра протянула руку и приподняла дыхательную маску с его лица.

— Ну, что вы хотели сказать? Маску лучше не снимать.

Он перевел взгляд на сидевшую рядом Никол.

— Поз...они Люси. Она... опасности.

Маска снова заняла прежнее место. Наклонившись пониже, Никол спросила:

— Люси? Какая Люси, Генри?

— Я хо...

Маска снова приподнялась.

— Робин. Поз...они ей.

Никол молча кивнула, дав знать, что поняла его. Дыхательная маска снова закрыла нос и рот.

— Хорошо, позвоню. Как только доберемся до больницы. У меня был где-то ее номер.

— Нет, сейчас, — глухо простонал Пирс сквозь маску.

Он внимательно наблюдал, как Никол открыла сумочку и вытащила оттуда мобильный телефон и небольшой отрывной блокнот. Она набрала номер, поднесла трубку к уху и стала ждать. Дождавшись сигнала, Никол приблизила телефон к его голове, и тот снова услышал голос Люси на автоответчике.

— Только осторожнее, — предупредила медсестра. — Не так резко. Когда доберемся до приемного покоя, мы его отстегнем.

Пирс прикрыл глаза. Ему хотелось обратно в тепло и темноту, где все понятно и никто не спрашивает почему. И прежде всего он сам.

И Пирс снова провалился в убаюкивающую мягкую тьму.

Несколько часов сознание то возвращалось, то покидало Пирса. Он смутно помнил, как в приемном покое его осмотрел доктор с прической ежиком, как у Цезаря в кино. Пирс окончательно пришел в себя уже в белой больничной палате, когда его разбудил чей-то кашель из-за пластиковой занавески, отделявшей кровать от остальной комнаты. Осмотревшись, он заметил Никол, сидевшую на стуле с телефонной трубкой, прижатой к уху. Теперь ее светлые волосы мягкой волной ниспадали на плечи. Пирс видел, как она захлопнула крышку телефона, не произнеся ни слова.

— Ни...и, — произнес он надтреснутым голосом. — Что...

Любая попытка выговорить букву "к" вызывала боль и першение в горле. Никол поднялась и подошла к кровати.

— Генри. Ты...

Из-за пластиковой шторы опять послышался резкий кашель.

— Сейчас для тебя подыскивают отдельную палату, — сказала она шепотом. — Твоя медицинская страховка дает на это право.

— Где я?

— В больница Святого Иоанна. Генри, что случилось? Еще до меня в квартиру приехала полиция. Им позвонили люди с пляжа и сообщили, что двое мужчин подвесили кого-то на балконе за ноги. Это был ты, Генри. На бетонной стене снаружи остались следы крови.