Мой милый грешник - Престон Фэйрин (Фей) - Страница 30

Лили замотала головой.

— Нет, пойдем сейчас!

— Лили…

— Син, если это из-за меня, то не стоит этого делать, — сказала Джиллиан. — Если хочешь, иди к Лили, а я отправлюсь к себе. Это даже неплохо.

Ее все еще немного трясло, и в ней вновь пробудился старый инстинкт — уползти к себе и зализать раны в одиночестве.

— А лучше пойдем с нами! — внезапно предложила Лили, изумив всех троих взрослых. — Папа, можно, Джиллиан тоже пойдет с нами?

— Сначала мне надо поговорить с ней наедине. А потом она может пойти с нами, если захочет. Но, знаешь, лапочка, я не смогу играть с тобой прямо сейчас. Это из-за тех злых людей, о которых я тебе говорил, помнишь? Мне надо кое-что сделать, чтобы они больше никого не обидели.

— Ладно… — сказала Лили и сползла с кушетки, держа в каждой руке по кукле.

Джиллиан улыбнулась Лили. Она приняла решение.

— Я сейчас приду.

— Иди скорее! — сказала Лили.

— Ладно.

Когда Лили с Реной вышли, Синклер обернулся к Джиллиан.

— Тебе вовсе не обязательно играть с Лили, если ты не хочешь.

— Хочу. Мне все равно делать нечего, и, может быть, это меня отвлечет от… от того, что должно произойти.

Насчет последнего она сильно сомневалась, но попробовать стоило.

— Тогда ладно, — Син еще раз обнял ее. — Ты не беспокойся. Я понимаю, что это почти невозможно, но ты все-таки постарайся, а? А я постараюсь тебя не подвести.

«Подвести?» — удивилась Джиллиан. Это она сама подвела себя — тем, что слишком хотела Сина, тем, что ей его не хватало. Но он ее подвести не может — он же ей ничего не обещал.

Джиллиан было совсем нетрудно получать удовольствие от игры с Лили. В невинном мирке девочки она чувствовала себя как дома. Но расслабиться она не могла, и, когда Лили пришла пора ужинать, она извинилась и ушла к себе.

Часы отсчитывали секунды, и с каждой секундой Джиллиан чувствовала себя все более напряженной.

Когда стемнело, ее беспокойство наконец взяло верх над ней, и она больше не могла держать себя в руках. Как только появился Синклер, она встретила его весьма воинственно.

— Где ты был? Что происходит?

— Извини, что задержался, — спокойно ответил он и сразу перешел к делу. — Несколько часов назад Уайс оставил Ближний Восток.

Джиллиан нервно сцепила руки.

— Где он?

— Это нам неизвестно.

Сердце у нее замерло, потом забилось в два раза быстрее обычного.

— Что значит «неизвестно»?

— Мы не можем обнаружить его ни с помощью наших осведомителей, ни с помощью радара.

— Нет, — Джиллиан замотала головой, отказываясь принимать то, что он сказал. — Этого не может быть. Ты говоришь…

Синклер положил ей руки на плечи, чтобы успокоить ее и чтобы успокоиться самому.

— Мы и не рассчитывали, что нам удастся следить за ним на протяжении всего пути. У него, конечно, хорошие информаторы, но мы же все-таки не располагаем такими возможностями, как Пентагон. А на подходах к острову Стефан может пойти на бреющем полете — тогда его никаким радаром не засечешь. Но это все ничего — нам точно известно, когда он вылетел и сколько времени нужно, чтобы добраться сюда. Так что даже если он остановится на дозаправку, наши люди все равно будут начеку и встретят его. И, самое главное, Уайс не сможет подобраться к острову незамеченным.

Джиллиан трясло. Пытаясь унять дрожь, она отстранилась от Сина.

Проклятый Стефан! Он годами управлял ее жизнью и до сих пор сохраняет над ней достаточно власти, чтобы напугать до полусмерти.

— Хочешь посмеяться?

Он смотрел в ее бледное лицо.

— Не вижу ничего смешного.

— Ну как же! Стефан-то воображает себя благородным рыцарем, который спешит на помощь своей даме, а дама ужасно боится, что ему удастся ее «спасти»!

— А ты думаешь, он в самом деле верит, что ему это удастся?

— Безусловно! Я тебе говорю, он никогда не сдается!

— Ну что ж, на этот раз ему придется сдаться. У него просто не будет другого выхода. Либо смерть, либо тюрьма.

Джиллиан трудно было поверить, что Стефан когда-нибудь утратит власть над ней, возможность мучить ее, управлять издали ее жизнью. Но ей придется держаться за эту мысль — это единственное, что может помочь ей пережить эту ночь.

— Лили спит?

Синклер кивнул.

— Она была так рада, что ты поиграла с ней! Она мне все рассказала, имей в виду. Но она так устала, что теперь сладко спит.

— Мне тоже было хорошо с ней. — Джиллиан робко подняла глаза на Сина. — Ты не мог бы немного побыть со мной?

Он стиснул зубы.

— Я никуда не спешу. Лайону я сказал, что буду здесь. Пока я ему не понадоблюсь, я могу побыть с тобой.

Он взял ее за руку и повел к кровати.

Немного позже Син лежал рядом с Джиллиан. Она дремала, привалившись к нему спиной.

Какая ирония судьбы! Скоро смертельный враг, погубивший всю его семью, окажется у него в руках. Он ждал этого момента много лет. Но в, тот же момент он потеряет женщину, которую любит.

Вот оно! Наконец-то Синклер признался в этом самому себе. Он любит ее.

Он никогда раньше не влюблялся. Никогда раньше не представлял себе, что женщина Может проникнуть ему в душу и завладеть его сердцем. Но Джиллиан сделала это.

И теперь ему суждено потерять ее.

Скоро надо будет вставать, одеваться…

Но Синклер всё не мог заставить себя оторваться от нее. Еще несколько драгоценных минут…

Он хотел оставить на себе отпечаток её тела, так, чтобы ощущать ее даже тогда, когда ее уже не будет. И оставить клеймо на ее теле — чтобы она запомнила его навсегда. Но больше всего ему хотелось не отпускать ее.

Время было его врагом. Времени были слишком мало. На самом деле Сину казалось, что ему и вечности было бы мало на то, чтобы любить ее. Но она никогда не узнает об этом, а если узнает, то только разозлится.

Часы продолжали отсчитывать секунды. И наконец Син не выдержал. Он подумал о том, что больше никогда не будет с ней — одна эта мысль причинила ему боль. И чем больше он думал об этом, тем более нестерпимой становилась эта боль.

Синклер осторожно взял ее за плечо, развернул к себе и вошел в нее как можно глубже.

Он не мог не обладать ею хотя бы еще один раз. Последний раз.

Джиллиан лежала, прислонившись головой к широкой груди Сина, и слушала ровное биение его сердца. Этот звук успокаивал ее, заставлял ее чувствовать себя в тепле и безопасности, под надежной защитой. Но Джиллиан знала, что скоро все это кончится и она снова останется одна.

Большую часть своей жизни она провела именно так. В одиночестве. На колесах. Пытаясь скрыться от Стефана. Это было не так-то просто, но она привыкла к такой жизни.

А теперь, чем бы ни кончилось столкновение между Синклером и Стефаном, ее жизнь будет другой.

После того, как она встретилась с Сином и изведала вкус его любви, она уже никогда не сможет стать прежней. Как она может оставаться прежней, зная, что на свете есть Син?

Зазвонил телефон. Ну, вот и все. Прежде, чем Джиллиан успела шевельнуться, Син протянул руку к телефону.

— Да?

Пауза.

— Хорошо, я пока буду здесь.

Джиллиан села. Все ее страхи, связанные со Стефаном, снова ожили и вырвались на поверхность.

— В чем дело?

Син бросил трубку, вылез из постели и начал одеваться. Когда он встал, Джиллиан сразу стало холодно — ужасно холодно.

— Син, ответь, пожалуйста!

— У берега засекли два «Зодиака», один в Лазурной бухте, второй на другом берегу, в Журавлиной бухте, и над посадочной полосой кружат два вертолета. — Он застегнул брюки и потянулся за рубашкой. — Вот пока и все.