Экстаз в изумрудах - Бернард Рене - Страница 2

Картер покачал головой:

– Отказалась, но заверила, что у нее к вам неотложное дело личного характера. Когда она только появилась, я и представить не мог, что все закончится столь странной осадой.

– Не волнуйтесь, Картер. Я увижусь с ней и как можно быстрее поставлю в деле точку. – Роуэн направился в гостиную, но вдруг остановился. – Подождите здесь, если можно, Картер, вдруг что-то понадобится.

– Да, конечно!

Картер не скрывал своего облегчения. Прежде чем открыть дверь, Роуэн сделал еще один глубокий вдох в попытке прогнать досадную боль в глазах. Глядя на выражение лица дворецкого, он не знал, чего ожидать. Визит дамы в столь поздний час в любом случае не предвещал ничего хорошего. Хотя он не сомневался, что будь это проститутка, Картер не пустил бы ее на порог. «Возможно, дама из робости постеснялась назначить встречу. Хотя…»

Но закончить мысль он не сумел, потому что увидел свою незваную гостью. Восседая на резном деревянном стуле в красивом дорожном платье, придававшем ее облику изящество лебедя, она была подобна экзотической птице. Ее темные блестящие волосы, собранные сзади, ниспадали локонами вниз, подчеркивая грациозные линии лица и шеи. Правильные черты лица выдавали аристократическое происхождение. Взгляд, которым она его встретила, сквозил легким нетерпением и холодным спокойствием. Когда он вошел, она встала, фарфоровая камея, в которую вдохнули жизнь. Когда фиалковые глаза замерли на его лице, Роуэн затаил дыхание.

– Чем могу вам помочь? Мисс?

Когда детали, которые он не сразу заметил, отразились в его сознании, натянутые нервы зазвенели, как струны.

«Она все еще в перчатках. А это уж не ее ли багаж?»

– Доктор Уэст! Счастлива с вами познакомиться. Я – Реншоу. Гейл Реншоу.

Но выглядела она отнюдь не счастливой.

Глядя на нее, можно было подумать, что она ошиблась домом или же нашла не того доктора Уэста. Она открыто оценивала его, и Роуэн не мог избавиться от ощущения, что не оправдал ее ожиданий.

«Гейл Реншоу. Реншоу. Имя кажется смутно знакомым, но эту леди я бы точно вспомнил, даже если бы у меня от боли раскалывалась голова».

Он кивнул, но взгляда не опустил. Боже, спаси и помилуй! Он, похоже, не мог оторвать от нее глаз, даже если бы это грозило ему смертью.

«Думаю, что следует держаться с ней официально, насколько это возможно, потому что не представляю, что нужно говорить леди, явившейся с вещами».

– Хотя я тоже всегда рад новым знакомствам, но в данный момент слегка растерян. Для визитов сейчас слишком поздно, впрочем, если речь идет о срочности…

Она покачала головой, слегка хмуря лоб, как будто его слова ее раздосадовали.

Роуэн сделал глубокий вдох и второй заход.

– Прошу прощения, если я что-то неправильно понял. Но Картер был уверен, что вам нужна какая-то помощь, и я подумал…

– Не нужно извиняться, доктор Уэст. Я явилась к вам без предупреждения, но, получив ваш доброжелательный ответ на мое письмо, решила, что сейчас самое лучшее время для начинаний.

– Ваше письмо? – «Реншоу. Не может быть!» – Я ответил, получив письмо от мистера Г.Л. Реншоу, но…

– Нет, вы получили письмо от меня, в котором я спрашивала о возможности пройти у вас обучение. – Опустив руку в глубокий карман юбки, она извлекла сложенный листок веленевой бумаги с его ответом. – Вы прямо указали, что нуждаетесь в дополнительной паре рук.

– Да, но я был уверен, что имею дело с… мужчиной.

Ее спина распрямилась и цвет лица изменился, выдав, что дама не так холодна, как притворяется.

– Намеренная ложь не делает мне чести, но эта деталь не должна иметь значения для человека вашего характера. Вы назвали цену, и я приехала с деньгами.

Роуэн подумал, что ослышался.

– Прошу прощения. Вы признаетесь в обмане и наивно надеетесь, что я закрою на это глаза и заключу с вами какой-то безрассудный контракт?

– Но вы же берете учеников?

«Это какой-то абсурд».

– Брал в прошлом, но…

– Я хочу стать врачом, доктор Уэст, и приехала сюда с единственной целью – поступить к вам в ученики. Я много о вас слышала и, поскольку это дело не совсем обычное, была уверена, что вы согласитесь.

Он медленно покачал головой. Все происходящее представлялось ему сном.

– Вы сказали, что много обо мне слышали? Как моя известность могла спровоцировать столь абсурдное обращение?

– Что абсурдного в желании стать врачом?

Роуэн прикрыл глаза ладонью и слегка надавил на веки, чтобы облегчить боль.

– Уже поздно, мисс Реншоу.

– Если бы я хотела совершить мошенничество, то закончила бы переговоры в письменном виде и внесла бы предоплату до своего приезда, доктор Уэст. Но я внушила себе, что вы человек открытого мышления и отнесетесь к прямому подходу с уважением.

Она сунула его письмо в карман, словно боялась, что Роуэн отберет его.

– Что-что, а прямой вас никак не назовешь, мисс Реншоу. – Роуэн прошел к буфету, чтобы налить себе чего-нибудь выпить. – Давайте снова попробуем.

– Да, давайте. – Она спокойно села, как будто он пригласил ее на чай. – Когда я с успехом завершу обучение, то, надеюсь, университет не сочтет возможным усомниться в моей подготовленности. Конечно, пойти в ученики к сельскому доктору было бы проще, но и отмахнуться от меня в таком случае тоже было бы проще. Поскольку вы лондонец, выпускник Оксфорда с дипломом Королевской академии, к моему обучению и самоотверженности отнесутся с большей серьезностью. Поскольку я не намерена позволить им прогнать меня по той простой причине, что я женщина, этот план представляется мне стоящим.

«План действительно стоящий».

В душе он был с ней согласен. Если бы можно было пренебречь реальностью, безраздельным влиянием маститых стариков и традиционным мышлением, то прелестная пташка могла бы добиться своего. К боли в глазах добавилась боль в шее.

– Мисс Реншоу, что вы такое слышали, что убедило вас в моем открытом мышлении?

– Я родом из Стэндиш-Кроссинга.

«Потянуло холодком из прошлого. Проклятие! Стоило провести в Стэндиш-Кроссинге одну-единственную зиму, и мне уже не забыть этого до самой старости».

– И в деревне ходят слухи о моем тайном желании взять в ученики женщину?

– Не думаю, что вы захотите снова это услышать, доктор Уэст. Достаточно сказать, что вы – человек, который не боится нарушать правила.

Прежде чем ответить, он сделал большой глоток бренди.

– В самом деле? Не припомню, чтобы меня характеризовали в подобных терминах. Вы неправильно восприняли слухи, мисс Реншоу, и совершенно напрасно проделали этот длинный путь.

Гостья не пошевелилась, и Роуэну в какой-то момент показалось, что она его не услышала. Но когда она ответила, небрежно поправив перчатки и разгладив юбки, он едва не выронил стакан из рук.

– Слухи – это такая странная вещь, доктор Уэст. Хватит одного шепота, чтобы они разнеслись по всему свету. Приятно думать, что в Лондоне никто не слышал о вашей жизни в этой деревне, вы со мной не согласны?

«При всей вашей красоте, мисс Реншоу, вы – маленькая порочная дрянь!»

– Уж не пытаетесь ли вы столь утонченным образом угрожать моей репутации?

– Вовсе нет. И не было никакой утонченности. Позвольте начать сначала, доктор Уэст. Мое предложение взаимовыгодно. Вам нужна помощь, а я полна решимости делать все, что в моих силах, лишь бы получить знания и опыт, необходимые мне, чтобы стать настоящим доктором. У меня есть деньги и возможности. Мой пол значения не имеет, и больше никто не станет говорить со мной на эту тему… Узнав от причастного лица некоторые подробности из вашего прошлого, я не могла упустить этой возможности. Я подумала, что человек с вашей квалификацией и тщательно оберегаемой репутацией, пожалуй, согласится поступиться правилами, когда узнает, сколь решительно я настроена.

– Уже час ночи, мисс Реншоу.

– Тогда, возможно, вы попросите вашего слугу проводить меня в комнату? – Она встала и наклонилась, чтобы взять свои сумки. – Мы можем прийти к соглашению утром.