Королева Тьмы - Бишоп Энн - Страница 52

— Сюрреаль? — Трясущейся рукой эйрианец поднял ее голову за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

Он напуган до крайности. Огни Ада, Мать-Ночь, и пусть Тьма будет милосердна!

— Сюрреаль… Ты ранена?

Беспокойство, ясно прозвучавшее в голосе Люцивара, заставило девушку сосредоточиться на вопросе.

— Ранена? Нет, не думаю…

— У тебя кровь на лице и на шее.

— О… — Девушка судорожно сглотнула. — Наверное, на меня брызнула кровь, когда… — Внезапно ей показалось, что сейчас гораздо лучше держать рот закрытым — во избежание казусов.

Люцивар оглянулся через плечо:

— Фалонар?

— Князь Яслана, — тихо отозвался эйрианец.

— Ваша обязанность на протяжении сегодняшнего дня заботиться о леди Сюрреаль.

— Почту за честь.

— Леди Венье необходима Целительница, — суетливо произнес один из эскортов.

— Вот дерьмо, — произнесла Сюрреаль, внезапно почувствовав себя так, словно успела хлебнуть для храбрости. — Они, оказывается, и вправду живые! Умеют говорить и даже двигаться. А когда несколько минут назад они сидели, словно примерзли задницами к креслам, я начала в этом сомневаться. Честное слово.

— Заткнись, сука! — взревел мужчина.

Люцивар, Шаости и Фалонар, оскалившись, зарычали на него.

— Могу предложить вам попросить лорда Беале послать за одной из Целительниц в Хэлавэй, — холодно ответил Люцивар, взяв себя в руки.

— Но ведь наверняка в Зале есть нужная женщина! — разгневанно бросила Александра.

— Совершенно верно, леди Габриэль и леди Карла, — отозвался Люцивар. — И на вашем месте я не стал бы сейчас обращаться ни к одной из них.

— Правда, вы всегда можете обратиться к Джанелль, — с ядовитой ухмылкой произнесла Сюрреаль.

Это предложение было встречено испуганным молчанием.

Когда Венья, поддерживаемая под обе руки своими эскортами, вышла, Александра и ее сопровождающие тоже покинули столовую. Люцивар и Шаости одарили Фалонара предостерегающим взглядом и последовали за женщинами.

Эйрианец с опаской приблизился к Сюрреаль.

— Наверное… для тебя это было несколько… неприятным. — Он выглядел так, словно только что наступил на что-то мерзкое и склизкое. — Тебе нужны нюхательные соли или что-то в этом роде?

Сюрреаль опасно прищурилась:

— Дорогуша, я наемная убийца. Я проделывала вещи и похуже.

— Да я говорил не об… этом, — произнес он, устремив взор на забрызганный кровью стол.

Что ж, по крайней мере, ему хватило ума сообразить, что напугал ее отнюдь не Аарон.

Фалонар помолчал, а затем неуверенно добавил:

— Я не хотел тебя оскорбить.

— Все в порядке, — заверила Сюрреаль. Она ненадолго задумалась. — В любой другой день мне бы очень захотелось выяснить, как пригласить мужчину провести прекрасный вечер наедине с дамой и как следует пропотеть в постели, просто чтобы сбросить напряжение и на пару часов забыть о случившемся. Но не думаю, что секс сегодня — это удачная идея.

Удивление и интерес промелькнули в глазах Фалонара, а в его голосе прозвучало сдержанное сожаление.

— Нет, полагаю, это не самая лучшая мысль… сегодня.

— Возможно, в таком случае мы могли бы еще немного потренироваться с посохами? Я бы хотела ненадолго выйти из этого милого здания.

Фалонар задумчиво кивнул.

— Ты владеешь ножом?

Сюрреаль улыбнулась:

— Я прекрасно управляюсь с ножом. — Выразительно покосившись на его пах, девушка добавила: — А еще я прекрасно управляюсь с копьями.

Фалонар слегка покраснел:

— А лук?

По-прежнему улыбаясь, Сюрреаль покачала головой:

— Обучение новому навыку требует концентрации.

— Как и некоторые старые умения… если хочешь все сделать правильно.

Румянец стал насыщеннее — как и интерес к девушке.

Сюрреаль поднялась:

— Что ж, пойдем сконцентрируемся на новом навыке.

— И обсудим возможность тренировки старых?..

— Определенно.

Довольные друг другом, они поспешили сбежать из Зала, наполненного бушующей ледяной яростью.

Деймон задержался у двери, ведущей в гостиную Джанелль. Он сделал глубокий вдох, выпрямился и постучал.

Никакого ответа.

Она была там. Он чувствовал бурлящую за дверью ярость. И пробирающий до костей холод.

Деймон снова постучал, а затем вошел в комнату, решив проигнорировать тот факт, что его никто не приглашал.

Джанелль металась по гостиной, обхватив себя руками. Она яростно воззрилась на него и рявкнула:

— Уходи, Деймон!

Ей ведь сегодня следовало бы отдохнуть, подумал Деймон, чувствуя, как глубоко в душе пробуждается гнев. Возможно, Джанелль это и делала — вплоть до сегодняшнего происшествия в столовой.

— Поскольку я — единственный мужчина, входящий в Первый Круг, на которого не пал гнев королевской немилости, я подумал, что следует заглянуть и узнать, не нужно ли тебе что-нибудь. И кстати, почему так вышло? — Несмотря на все усилия, прилагаемые, чтобы голос звучал ровно и мягко, резкие нотки прозвучали весьма отчетливо.

Умом Деймон понимал, что должен быть благодарен за то, что на его долю не выпало недовольства Леди. Но вместо этого он обиделся на пренебрежение. Джанелль резко остановилась, и ледяной взгляд сапфировых глаз вонзился в Деймона.

— А ты знал, что обязан доложить о происходящем? О том, что Венья преследует Аарона? — слишком тихо поинтересовалась Джанелль.

— Нет. Но даже если бы знал, я не сделал бы этого.

— Почему нет, во имя Ада?! — воскликнула Джанелль.

Жар. Деймон почувствовал, как подогнулись колени, когда на него волной нахлынуло облегчение. Хвала Тьме, Джанелль теперь обуял не ледяной гнев, а жаркая, горячая ярость. С ней он был способен справиться.

— Потому что она действительно выслеживала его. Аарон не делал никаких намеков, не желал ее внимания, не отпускал двусмысленных замечаний. Она пыталась заставить его разделить с ней ложе, потому что хотела одержать победу. И этой суке было плевать на то, что будет с ним.

— Вот именно!

Джанелль никак не могла понять, что он пытается ей сказать. Деймон беспомощно взъерошил волосы.

— Огни Ада, женщина, у Аарона жена и маленькая дочь! Если бы он обронил хоть слово насчет Веньи, по-твоему, Калуш действительно поверила бы в то, что он ни в чем не виноват?

— Разумеется, она бы ему поверила! — крикнула Джанелль. — Но если он не хотел расстраивать Калуш, можно было рассказать мне, или Карле, или Габриэль!

— И каким образом это бы ему помогло?! — заорал Деймон в ответ. — Вы бы сами рассказали обо всем Калуш, и он попал бы под подозрение за то, чего не делал, более того, даже не собирался делать!

— Почему ты все время ноешь о каких-то подозрениях?! Это…

— Я не ною!

— …совершенно не связано с подозрениями.

— Тогда почему ты так злишься на него?! — взревел Деймон.

— ПОТОМУ ЧТО ОН ПОСТРАДАЛ, А ЭТОГО НЕ ДОЛЖНО БЫЛО СЛУЧИТЬСЯ!!! — Глаза Джанелль неожиданно наполнились слезами. — Я так разозлилась, потому что все это время он молча страдал. Ты что, думаешь, я не знаю, как он одновременно обрадовался и испугался, когда Калуш забеременела? Или о том, что для него значат жена и Арианна? Или о том, каким уязвимым он чувствует себя, когда другая женщина начинает проявлять к нему нездоровый интерес? — Джанелль смахнула слезу, скатившуюся по щеке. — Но вы все старательно скрывали это от нас, да с таким успехом, что никто из ковена даже не заподозрил, почему мальчики стали такими нервными и вспыльчивыми, стоило этим… людям… приехать в Зал. Если бы мы знали, то уже давно что-нибудь предприняли бы!

Но что-то так и осталось невысказанным, и, поняв это, Деймон нехорошо сузил свои золотистые глаза.

— Что еще тебя беспокоит?

Джанелль ответила не сразу.

— Александра — моя бабушка.

Он так быстро оказался рядом с ней, что девушка поспешила отступить на шаг и наступила на подол своего платья. Поймав Джанелль за руки, Деймон притянул ее к себе.