Режим черной магии (Санкция на черную магию) (ЛП) - Харрисон Ким - Страница 129

Круглое лицо Оливера выражало ужас.

Трент разжал руки и одернул рукава.

— Мы можем пропустить эту часть? У меня через полчаса назначена встреча с прессой.

Нащупав спинку стула, Оливер сел. Думаю, он всего этого не знал. Замечательно. Возможно, он выслушает меня.

— Конечно, — сказала я медленно, отвечая на вопрос Трента. — Мы можем вернуться к этому при необходимости. Позволь рассказать, чего я хочу. — Я собираюсь иметь дело с двумя мужчинами, которые пытались убить меня. Я настолько глупа или очень умна? У звезд таких проблем не возникает.

Оливер усмехнулся.

— Ты в тюрьме. Ты не в том положении, чтобы требовать что-либо.

Трент скрыл улыбку, а я копошилась в своем обеде, стараясь найти водный каштан.

— Я в тюрьме лишь потому, что захотела этого. Разве ты не понял, что целью всего этого представления на Площади Фонтанов было привлечь внимание прессы и добраться до тебя, а? Здесь безопасно и еда лучше, чем в Алкатрасе, — я взглянула на него, позволяя увидеть раздражение, проскочившее на моем лице. — Ты когда-нибудь пробовал ее, а, Олли? В ней есть действительно вкусные специи, примешанные к насыщенным жирам.

Оливер нахмурился, и Трент влез бесцеремонно:

— Прислушайся к этой женщине, или это займет весь день. Дай ей договорить, а потом можешь болтать, сколько влезет.

С раздражением на лице колдун откинулся на спинку стула, и я посмотрела на Трента, вспомнив его чары Пандоры и договор с Ником, и напряглась сильнее. Меня удивили его слова о том, что я честна, и могу поклясться, он не знал о жучке, пока не нашел его. Но умение врать было одним из его лучших навыков. Переведя свой противоречивый взгляд с Трента, я указала палочками для еды на Оливера.

— Я хочу отмены изгнания и чтобы вы прекратили угрожать мне.

Он раздраженно одернул манжеты, отчего блеснули его запонки.

— Подобные действия требуют полного собрания, которое не состоится раньше следующей намеченной официальной встречи и восстановления числа членов.

Официальная встреча… конференция колдунов? Хорошая уловка.

— Соглашайся, — сказала я, — или моя следующая беседа будет с прессой, и все узнают не только о расколе в Ковене, но и то, что некоторые из вас продажны и вызывают демонов.

— Мы не продажны! — воскликнул Оливер, и Трент вздрогнул. — Тебе никто не поверит!

Я приподняла брови.

— И когда ты последний раз говорил с Брук?

Гнев Оливера испарился. Честно говоря, думаю, им стоит выбирать людей на такие посты более тщательно. Он, возможно, великолепный колдун, но все его мысли легко читались по лицу, и мое мнение о Ковене упало еще ниже.

— Я не знал, что она делала, — проговорил Оливер медленно. — И у Вивиан, как у младшего член Ковена, руки были вроде как связаны. Брук официально изгнали, лишили ее звания.

Я зарылась в сабгам, произнеся:

— Ей повезло, что она в Безвременье и вам не удастся похоронить ее заживо, так ведь? Разве кто-нибудь мог подумать, что служба у демона может оказаться хорошей новостью?

Подняв глаза, я встретила потрясенный взгляд Оливера.

— Мы будем все отрицать, — сказал он, и Трент громко вздохнул. — Никто не прислушается к заявлениям изгнанной ведьмы!

— Как насчет заявления члена Ковена? — спросила я. — У меня есть запись звонка Вивиан, в которой она говорит мне, что вы знали о нападении, что вы пересмотрели мое дело, и что, возможно, будут предприняты действия против моей семьи, если я не соглашусь на химическую нейтрализацию своих способностей иметь детей и заниматься магией. Запись на моем телефоне, Олли. Я думаю, она разозлилась, когда вы назвали ее лгуньей.

Он выглядел ошеломленным, и Трент прочистил горло, ему явно было неудобно из-за глупости Оливера. Мне тоже стало неловко, и я отодвинула брокколи в сторону, чтобы добраться до ломтика сквоша. И на зарплату таким, как он, шли наши ежегодные взносы?

— Так это работает, — сказала я, стараясь, чтобы в голосе не слышалось раздражения. — Я дам тебе что-нибудь, ты дашь мне что-нибудь. И все расходимся по домам счастливые. — видя, что он молчит, я добавила, — так все и будет. Если вы не отмените мое изгнание и не согласитесь оставить попытки убить меня, я, благодаря этой кипе документов на столе, потребую справедливого суда присяжных. И пресса утвердится в мысли, что Ковен коррумпирован, и я выиграла. Это будет освещено на телевидении, на радио, да везде.

Оливер уставился на мои бумаги, и я положила на них руку.

— Даже если вы сумеете опровергнуть мое заявление, что Ковен коррумпирован, все равно всплывет правда о нашей истории, основанная на древней пропаганде эльфов, и что наши корни берут начало в незрелых демонах, появившихся из-за эльфийского проклятья. Это очень сильно повлияет на общественное мнение как о ведьмах, так и об эльфах, — я посмотрела на Трента. — Не то чтобы кто-то думал, что они еще существуют, но ведь так и есть. Я, вероятно, окажусь в тюрьме, но в любой момент я смогу связаться со своим демонским наставником и выбраться оттуда, оставив тебя разбираться с этим хаосом.

— Ты не посмеешь! — выговорил Оливер потрясенно. — Начнется же геноцид!

— Она посмеет, — пробормотал Трент, было видно, что он совсем не рад, что я втянула в это эльфов.

— Посмею, — подтвердила я, отставляя свой обед. — Благодаря Вам, господа, мне уже нечего терять. Вы меня в это втянули, и я могу не выдержать и сломаться. Если меня будут преследовать лишь на основании того, что я являюсь переходным звеном между ведьмами и демонами, то я собираюсь потянуть вас на дно вместе за собой, — я посмотрела на Трента. Его образ, созданный для публики, разваливался на части, и он выглядел разъяренным. — И если вы не согласитесь с моими условиями, мистер Каламак, я расскажу им, как я до этого дошла.

Его пристальный взгляд стал еще внимательней.

— Мой отец спас тебе жизнь, — сказал он горько.

— Но это не дает тебе право распоряжаться ей, — устав, я начала крутить в руках предсказание из печенья. Я не хотела поднимать эту тему перед Оливером, но почему бы и нет? — Трент, была бы признательна, если бы ты оставил свои попытки заполучить меня в свою собственность, хорошо? Если у тебя есть проблема, в решении которой ты хочешь, чтобы я тебе помогла, то приди и поговори со мной. Если ты просто напишешь записку, я смогу убедиться, что пикси все еще в саду.

Трент выпрямил ноги, шелест шелка прозвучал громко в повисшей тишине.

— Не я сказал Ковену, но будь проклят, если я не извлеку из этого выгоду. Я не буду ничьим фамилиаром.

— Трент… — почти заныла я. — Я не собираюсь пользоваться этим правом. Может, уже выбросишь это из головы?

Нахмурившись, он наклонился вперед, мельком глянув на Оливера.

— Послушай меня. Ты подала заявку на меня. Меня не волнует, собираешься ли ты придать ей законную силу. У меня на плече метка. Она соответствует твоей. Аннулируй ее.

Моя рука машинально поползла вверх и коснулась ее, скрытой под чьей-то рубашкой. С моего лица медленно сошли все эмоции. Он был прав. Правда была в том, что я наслаждалась тем немногим ощущением силы и превосходства над ним, так же, как со мной делал Ал.

— Ты прав, — сказала я, не желая признавать этого. — Но я уже давно на тебя зла, — я положила руку на стол и встретила его пристальный взгляд. Его зеленые глаза были полны решимости, они смотрели на меня разочарованно, раздраженно… но в них не было ненависти, которую я увидела, когда он пытался разбить мою голову о надгробный камень и задушить меня. Возможно, пришло время перестать наслаждаться, приводя его в ярость и… повзрослеть.

— Трент, я должна знать, — сказала я, пристально посмотрев на него. — Чары Пандоры, которые ты дал мне, были изменены, так чтобы я не смогла разорвать их, в итоге я почти задохнулась. Ты этого добивался?

Трент нахмурился, и его взгляд метнулся к коридору, где поджидал Джонатан.

— Нет, — ответил он, выглядя исключительно недовольным. — Прошу за это прощения, я разберусь с этим.