Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 77

В любом случае, я постараюсь как можно быстрее начать раскопки. Надо успеть прежде, чем эта несносная жара расплавит меня и мои доспехи…

П.С. Кстати, пока мы гуляли до Ильсияра и обратно, в лагере магического народа, собравшегося к началу гонок Покровителя Года, видела много забавных зверьков. Не таких забавных и хорошеньких, какого приготовил к гонкам мэтр В., но тоже ничего.

Хотя на что рассчитывают хитрецы, пригнавшие в Эль-Джалад стайку ташунов, я не поняла.

Где-то в провинции Триверн

Дорогая Напа!

Где бы ты сейчас ни была, очень прошу — возвращайся скорее. Твое наследство чувствует себя хорошо, чего нельзя сказать обо мне. Учти, перед тем, как в следующий раз оставить меня распоряжаться твоей ресторацией, тебе придется предусмотреть расходы на мазь от ссадин и ушибов. Или на цепи покрепче…

Одним словом, мы где-то под Тривернскими горами. Свинья разыскала восемь кладов (общей суммой на девяносто две золотые, сто двадцать три серебряные и четырнадцать медных монет) и две полуобвалившихся, заброшенных штольни. Местные пытались нас поймать, но пока у них ничего не выходит. Да и не родился еще тот Данкенхольф, который поймает Кордсдейла.

В любом случае — долго сторожить твою копилку от посещения золотых тривернских рудников и местных мастерских по обработке драгкамней я не собираюсь. Твоя свинья — твои проблемы, поняла, мелкая? Я так, только присматриваю… И за ресторацией, а не за твоим хрюкающим наследством.

Ньюфун на минуту отложил карандаш, чтобы почесать в середине бороды — и таким способом стимулировать приход очередного приступа вдохновения. Металлическая свинья-копилка чуть слышно хрюкнула, мелкими шажками приблизилась, и, улучив момент, когда гном чуть отвлечется — поправить закрепленный на шлеме свечной огарок, — набросилась на последнюю оставшуюся в распоряжении Ньюфуна ценность — обломок карандаша.

— Клятая волшебная скотина! — заорал Ньюфун. Свинка отпрыгнула в сторону и нахально заявила: "Хогри-хок! Хогри! Хогри!"

— Да где ж у тебя глушитель, чтоб ты золото мое не жрала?! Как же тебя выключить?! — бушевал гном. Впрочем, подходить близко к имуществу своей сестрицы он опасался: свинья уже проглотила пряжку с левого сапога храброго Кордсдейла — в первую же ночь, когда Ньюфун заснул, опрометчиво привязав "транспортно-розыскное" средство на расстоянии всего лишь двух локтей от собственных подметок. Теперь бывшее имущество старого Дюши Кордсдейла охотилось за пряжкой с правого сапога и узорчатых металлических пуговиц на куртке гнома… — Как же я теперь напишу Напе, что с ее котом, да пожрут его демоны, всё в порядке? Ты об этом, кабанятина, подумала?!

— Хогри-хогри, — самодовольно ответила свинка.

— Саг'лиэ бъяу! — выругался Ньюфун. Посмотрел на недописанное письмо. — И как я теперь его отправлю? Да и вообще, — вдруг осенило гнома, — с чего это я пишу, что я в Триверне, когда, по официальной версии, я приглядываю за "Алой розой" в Талерине? Это все ты на меня так действуешь! Шпацех уэш! — гном замахнулся, явно намереваясь стукнуть копилку от всей возмущенной души.

Свинка как-то нехорошо обрадовалась, приоткрыла металлическую пасть, показывая ровные ряды металлических же зубов, и Ньюфун передумал.

— На, жри, — протянул он обрывок, на котором сочинял слезное послание сестрице Напе. Артефактная копилка с удовольствием приняла подношение. — Что, клятая волшебная скотина, наелась? Теперь поехали дальше… И куда эту малохольную деваху украли? — возмущался Ньюфун, забираясь свинке на спинку. — Очень надеюсь, что Кота Напиного пока никто не съел… Не то обидно, что отравятся, а то, что, получится, зря я на этой вражине магической всю задницу себе отбил…

Слабый огонек, едва живой от постоянных сквозняков, освещал ближайшие каменные стены — Ньюфун догадывался, что забрался в самые глубины Тривернских гор, что еще немного — и он станет первым в мире гномом, все-таки отыскавшим путь к Центру Земли. Перспектива первооткрывателя, учитывая, как настороженно относились кланы ко всяческим мертвякам и прочим неформатным обитателям подземелий, не радовала.

Ньюфун очень хотел бы выйти на поверхность, посмотреть на свежий воздух, еще больше — нормально пообедать, ибо бутерброды давно кончились, а в подземельях, как ни странно, ни харчевен, ни трактиров, ни просто пивнушек, не находилось. Да, иногда вдали мелькали крысиные хвосты — но разве успеешь поохотиться, когда тебя тянет за собой клятая магическая кабанятина?!

Да куда ж девчонка и ее хитрый Черно-Белый Кот пропали? Ньюфун уже был не рад, что согласился на просьбу сестры присмотреть за ее имуществом. Сейчас бы он, как все порядочные, мастеровитые гномы, спешил бы в Великую Пустыню, в город Ильсияр, подковывал бы разных магических тварей…

— Хогри-хогри-хогри-хок! Уиии! — радостно завизжала свинка, закладывая крутой вираж и выскакивая в очередной коридор.

VII. Фальстарт

Всем участникам магических состязаний по выбору Покровителя Года необходимо:

—  Зарегистрироваться у Распорядителя соревнований, помощника главного судьи Ильсияра господина Иолинари (проживающего по адресу: Ильсияр, улица за колодцем Слезы Неба, д. 1)

—  Предъявить господину Иолинари существо-претендента. Внимание! Существо предъявлять в его естественном виде, без маскирующих чар, без воздействия магических зелий и эликсиров, и без всяческих увеличивающих силу, скорость и выносливость амулетов.

—  Заплатить сбор за право участвовать в состязаниях, равный девяти динарам, или пяти кавладорским золотым, или четырем с половиной ллойярдским голденам, или десяти буренавским рубликам.

—  Дать клятву Честного Участника состязаний, для чего разыскать в Хетмироше или поблизости ученика Величайшего из Магов, Кадика ибн-Самума, Далхаддина. Ознакомиться с текстом клятвы можно у господина Иолинари или непосредственно у Далхаддина. Клятву подписывать собственной кровью, использование магических заменителей или другие способы подделки будут караться дисквалификацией.

Также дисквалификацией будут караться попытки заколдовать, отравить, украсть или иным способом навредить существу-претенденту, являющемуся собственностью другого участника; грубые нарушения порядка и спокойствия подданных эмира Джавы (да правит он три сотни лет!); разрушение, затопление, поджог или противоестественное использование чужой частной собственности, и прочее. Полный список причин, по которым Участника могут отстранить от участия в состязаниях, есть у господина Распорядителя. Но во избежание недоразумений предупреждаем сразу: ночной вой оборотней совершенно точно попадает под действие пункта о нарушении спокойствия и порядка в городе Ильсияре.

Также напоминаем, что любые попытки колдовать, угрожать, соблазнять, подкупать или иначе воздействовать на Распорядителя соревнований не допустимы и могут повлечь за собой штрафы, взыскания и дисквалификацию…

10-й день месяца Барса, после обеда. Ильсияр

Господин Иолинари был в восточных провинциях Эмирата весьма уважаемым человеком. Во-первых, он был потомком почтенного рода — в разлапистой чаще его родословной заблудились двоюродные сестры пятой жены эмира Джавы (да правит он триста лет!), несколько весьма обеспеченных торговцев из Омара и Ильсияра, дворяне из Брабанса, купцы из Фносса и даже парочка эльфов. Во-вторых, он прослужил несколько лет писарем в эльджаладском посольстве в Аль-Миридо, еще пять лет — личным помощником Шестого Визиря Эмирата, и вообще считался специалистом компетентным и знающим. А в-третьих, главному судье Ильсияра, унаследовавшем этот высокий пост от своих предков, было восемь лет, и все более-менее важные дела по традиции передавались на рассмотрение помощника судьи, господина Иолинари.