Тьма, выкованная в огне - Эванс Крис - Страница 69

Глава 37

   Он тонул. Элвин изо всех сил задерживал дыхание и даже слабо барахтался, пытаясь всплыть. Далеко вверху маячил неровный свет, здесь же со всех сторон давила черная ледяная вода. Но чем сильнее он сопротивлялся, тем глубже его затягивало. Силы покидали тело. С каждым движением юноша казался себе все более легким и бестелесным. Свет начинал угасать. Элвин понял: ему не выплыть. Он сдался и сделал вдох. В легкие хлынул теплый воздух.

   — Джилк норе грина хи дфир! — произнес женский голос.

   Элвин разлепил веки. Поначалу он решил, будто видит перед собой два вправленных в дерево янтаря. Секунду спустя юноша сообразил, что на самом деле смотрит в чьи-то глаза, а лицо принадлежит эльфу. Ренвар поднял руку. Грязные пальцы уперлись в стекла очков, оставив на них разводы. Отлично, значит, они не потерялись. Элвин проморгался. Женщина-эльфийка, опустившись на колени, склонилась над ним и изучала с тем же неподдельным интересом, с каким еще недавно его разглядывал майоров бенгар. Кожа у нее оказалась такая же смуглая, как и у сэра Освина. Тугая черная коса свисала поверх плеча и зелено-бурого одеяния. Ткань, хотя, скорее, не ткань, менялась на глазах. Листья и ветви, оплетавшие ее тело, задвигались и закачались, когда она наклонилась ближе. Впрочем, разглядеть незнакомку полностью все равно не получалось, от этого начинала болеть голова. Элвин решил сосредоточиться на лице.

   Тут он вспомнил жуткого черного эльфа и взвыл от ужаса. Женщина накрыла ему рот теплой ладонью.

   «Ты в безопасности. Пока. Те, другие, сбежали при нашем появлении. Они ушли на восток».

   Юноша сделал несколько вдохов-выдохов и позволил себе расслабиться. Чуть-чуть. Эльфийка совсем не походила на существо, подстрелившее его. Однако у нее, в отличие от майора и Криттона, оба уха имели целые кончики. Юношу вдруг осенило.

   — Вы — из Недремлющей стражи!

   Элвин как будто наяву угодил в сказку.

   «Да».

   Женщина добавила какую-то фразу на эльфийском. Ее голос плыл по воздуху, точно листок по поверхности тихого ручья.

   — Что-что?

   Несмотря на тьму, откуда-то сверху сквозь полог леса сочился прохладный свет. «Странно, — подумал Элвин, — почему отсюда так хорошо видно луну?» В следующий миг земля под ним заколыхалась. Юноше скрутило живот от ужаса. Он находился вовсе не на дне лесного моря, а в развилке огромного сука, на дереве вагатти. Молодой солдат осторожно повернул голову и посмотрел вниз. От земли его отделяло футов пятьдесят.

   Элвин закрыл глаза. Может, ему просто снится сон? Он открыл глаза. Эльфийка по-прежнему сидела рядом, пристально глядя на него. Потом ему почудилось, будто одна особенно густая ветка также наблюдает за ним. Но тут она шевельнулась, и юноша с разинутым ртом изумленно захлопал глазами. Перед ним материализовался другой эльф, судя по всему мужчина, густо оплетенный зеленью. Проступавшая сквозь листья темно-бурая кора покрывала его грудь и предплечья. Видимо, она служила доспехами. Странные сучья при внимательном рассмотрении оказалось мечом в ножнах и длинным изогнутым луком. Если бы не луна, Элвин бы ни за что не разглядел эльфа. Юноша и так заметил его, лишь когда тот пошевелился.

   — Я сказал остальным, что морхар жив.

   — Морхар? — Ренвар вопросительно взглянул на женщину. Мысли путались, и он счел наиболее разумным задавать самые простые вопросы.

   — Убийца деревьев, — просто ответила эльфийка.

   — Но я…

   Он собрался заверить их, что никогда в жизни ничего такого не делал, но тут на глаза ему снова попался лук в руках мужчины. Элвин как наяву увидел перед собой первую стрелу, торчавшую из шеи Алика, и ту, что вонзилась в грудь ему самому. Юноша невольно коснулся раны. Пальцы нащупали прохладные, влажные листья, сплошь покрывавшие левое плечо и грудь. Как ни мучительна физическая боль, душевная была тяжелее.

   — Что с моими товарищами?!

   — Некоторым из них более не придется бродить среди деревьев. Мы похоронили их на поляне неподалеку отсюда. Стрелы, что забрали их жизнь, были ээри-токма, выкованными в огне, как и та, что пронзила тебя. Тебе повезло, что мы успели вынуть ее до того, как она причинила тебе серьезный вред.

   Элвин взглянул туда, куда указала эльфийка. Рядом с ним на широком листе лежали уродливые черные обломки стрелы. Оперением ей служили бритвенно-острые лепестки стального цвета, а из сломанных краев сочился черный ихор, пятная зеленую поверхность. Древко сплошь покрывали колючие, угловатые руны, и хотя прочесть их Элвин не мог, он чувствовал таящуюся в них угрозу.

   — А где остальные?

   Женщина помогла ему сесть. Грудь пронзило рвущей болью. Юноша охнул и едва не свалился, но эльфийка его удержала. Когда боль улеглась, она напоила Ренвара из бутылочной тыквы.

   — Другие тоже ранены. Сейчас их лечат. — Она придерживала его за плечо.

   Элвин заставил себя не думать о Йимте и остальных, чтобы не терзаться понапрасну. Кожу покалывало. Вокруг стрекотали насекомые, и он удивился, как громко и отчетливо звучат их голоса.

   Мужчина-эльф внезапно встал и пошел по ветке, точно по городской улице. Его походка напоминала Джира. Неторопливого, грациозного и смертельно опасного. Элвин опустил руки в поисках опоры и нащупал под собой гнездо из листьев и мягкого мха. Он осторожно поворочался из стороны в сторону. Насест оказался вполне надежен. Юноша почувствовал себя немного увереннее. Эльф наклонился, внимательно его рассматривая.

   Элвин невольно уставился на него в ответ. Он понимал, насколько невежливо поступает, но ничего не мог с собой поделать. В отличие от женщины, чью кожу украшал лишь загар, лицо мужчины покрывала частая татуировка в виде листьев. Эльф по-звериному поворачивал голову с боку на бок. Солдат его, без сомнения, чрезвычайно интересовал. Над плечом лесного воина внезапно блеснула пара темных глазок. На Элвина глядел маленький темно-коричневый пушистый зверек.

   — Белка?

   Животное сидело на задних лапках у левого уха эльфа, подергивая черным носиком. Длинные золотистые усы непрерывно дрожали. Существо шевельнуло ушками, издавая негромкое мурлыканье. Зверек подобрался и прыгнул, всего на несколько дюймов разминувшись с головой Элвина. Прямо на лету он растопырил все четыре лапки и спланировал к соседнему дереву, ярдах в двадцати от них. Секундой позже белка вернулась, грациозно скакнув на плечо мужчины. В зубах она держала змею в добрый фут длиной. Змея еще извивалась. Зверек стремительно сожрал добычу, не сводя с Элвина глазок-бусин. Управившись с ужином, он снова замурлыкал.

   — Да, своего рода, — ответила женщина.

   Она заговорила с воином по-эльфийски. Тот ответил ей, по-видимому, на каком-то другом языке, звучавшем скорее как шелест ветра в кронах. Однако эльфийка понимающе кивнула. Мужчина повернулся и растворился в сплетении ветвей. Последним, что видел Элвин, были черные глазки, сверкнувшие на него из листвы. Взгляд их был куда осмысленнее, чем то обычно свойственно белкам.

   — Кто этот эльф? — спросил Элвин.

   Женщина ответила не сразу. Ее лицо мучительно исказилось.

   — Его звали Тиул Горный Родник. Он стал дииова грусс, одним из потерянных.

   У Элвина на языке вертелась куча вопросов, но он чувствовал, что время для них не самое подходящее.

   — Вы спасли нам жизнь, — сказал он.

   Ему как-то довелось подслушать разговор, а точнее, ссору майора с ведьмой. Эльфов из Недремлющей стражи люди вообще не интересовали. Можно себе представить, как они относятся к солдатам империи!

   — Мы не собирались этого делать, — ответила эльфийка. — Мы охотились за иной добычей. Мы покинули свою родину в Великом лесу и пересекли большие воды, чтобы выследить их здесь. Мы не рассчитывали найти вас, когда наконец отыскали их. Разумеется, мы в любом случае предоставили бы вас естественному порядку, но, как ни странно, Ее твари напали на вас, хотя вы носите одежды ээри-токма, и мы решили разузнать о вас побольше.