Шепот ветра - Поляков А. Ю. - Страница 42

— А где все? — спросил Лэнс. В доме было необычно тихо.

— Твой отец отвел лошадь к кузнецу, чтобы подковать, а Полли ушла с Амелией забрать новые платья из ателье.

— Новые платья? Теперь у нее должно быть собралась внушительная коллекция.

— Приближается время Танца урожая, — подмигнула Эдна Лэнсу.

— Я знаю.

— Я надеялась, что ты пригласишь Амелию. Настало время представить ее обществу нашего острова. Все наши друзья понимают, что она горюет по своей семье и восстанавливается после кораблекрушения, поэтому они не надеялись познакомиться с ней сразу после приезда, но время Танца урожая как раз подходящее для выхода в свет, и я верю, что Амелии очень поможет общение с людьми.

Лэнс испуганно посмотрел на мать.

— Я уже пригласил Оливию из банка. Теперь я не могу пойти на попятную и сказать, что пригласил кого-то еще. Оливия замечательная девушка.

Эдне нравилась Оливия. Она на секунду задумалась.

— А ты не мог бы взять с собой и Амелию? Выход в свет пойдет ей на пользу.

— Полагаю, да.

— Ты можешь представить Амелию многим молодым людям. Это подбодрит ее.

Лэнсу понравилась эта идея. Если она встретит какого-нибудь интересного молодого человека, она сможет перенести свое чувство привязанности на него.

— Конечно, я могу это сделать, — согласился Лэнс.

— Хорошо, договорились, — успокоилась Эдна. — Не затягивай с приглашением.

Позже вечером Лэнс снова пришел в дом родителей. Сара пила чай в гостиной. Лэнс обратился к ней, как просила его мать.

— В субботу будет Праздник урожая, Амелия. Ты бы хотела пойти?

— С удовольствием, — восторженно ответила Сара.

— Хорошо. Праздник проходит в Масоник-Холл в городе, и там обычно очень людно. У тебя будет возможность познакомиться с моими друзьями. — Лэнс не хотел говорить, что собирается представить ее потенциальным женихам, но он имел в виду именно это.

— Это было бы замечательно, — обрадовалась Сара. Ей показалось, что Лэнс хочет похвалиться перед своими друзьями. Это была тщеславная мысль, но о чем еще могла подумать Сара?

Карлотта прибиралась в доме Эвана после того, как дала девочкам урок по приготовлению клецек. Девочки отправились принести еще чистой воды из колодца, поэтому Карлотта была одна.

— Как прошел урок, Карлотта? — спросил Эван.

— Очень хорошо. Даже самым маленьким было интересно.

— Я очень благодарен, что вы делаете это. — Он огляделся по сторонам. — Саре тоже надо было бы присутствовать на ваших уроках. Ей совсем не помешает поучиться, ведь ее стряпню не едят далее поросята.

Карлотта все время думала, как подловить Амелию, и слова Эвана дали ей прекрасную зацепку.

— А вы многое о ней знаете?

— Не очень. Она о себе не очень-то рассказывает, да к тому же ничего не может вспомнить.

— Это она только так говорит, — почти прошептала Карлотта, но Эван расслышал ее и странно посмотрел на итальянку.

— Разве вам не говорили, откуда она или за что ее посадили в тюрьму? — спросила Карлотта.

Эвану стало немного не по себе.

— Я ничего не скажу, но мне интересно, совершила ли она жестокое преступление. Я начинаю… как вы говорите, нервничать, когда она рядом.

— Мне сказали, что она из Бристоля, — проговорил Эван, внезапно осознав, что акцент девушки слишком благородный для бристольского. — И я знаю, что она не совершила жестокое преступление, иначе я ни за что бы не потерпел ее присутствия здесь из-за детей.

— Тогда что она сделала?

Эван засомневался на мгновение.

— Она украла браслет у одной из дочерей хозяев, за что ее приговорили к семи годам. Она провела там пять лет, и на оставшиеся два года направлена сюда.

Карлотта была совсем не рада тому, что ее соперница, а именно таковой она считала осужденную, будет здесь еще целых два года. Два года встречаться с Габриелем. Карлотта еще раньше собиралась поднять шум, сказав Эвану о своих подозрениях, что у его работницы интрижка со смотрителем маяка, но если об этом узнает Габриель, он наверняка разозлится на нее, поэтому итальянка решила действовать более тонко. Эван должен заметить это сам, но, по мнению Карлотты, мужчины не наблюдательны, поэтому Эвану нужна небольшая подсказка.

— Вы не боитесь, что она что-нибудь украдет у вас? — спросила Карлотта.

— У нас нечего красть, — ответил Эван. — Вот почему я и попросил прислать ее. Я думал, что она будет хорошо выполнять домашние обязанности, но все вышло совсем не так, как я планировал.

Сначала девушка не очень поладила с его дочерьми, но теперь все изменилось, и это радовало Эвана.

— От нее было бы больше пользы, если бы она могла готовить для детей, — язвительно заметила Карлотта.

— Как-нибудь переживем.

Случай с Сисси заставил Эвана понять, что две его старшие дочери быстро вырастают и становятся молодыми дамами. Ему потребовалось время, чтобы разобраться, что произошло с Сисси. Эвану было очень неловко за свое поведение. Однако он не мог заставить себя извиниться перед дочерью, он не хотел еще больше смущать ее.

— От Сары есть толк в других делах, — хрипло проговорил он.

— Она привлекательная девушка, vero?Придется присмотреть за Эдгаром. Он падок на симпатичных девушек.

Эван был поражен.

— Не думаю, что вам стоит волноваться, что ваш Эдгар посмотрит на кого-то, кроме вас, Карлотта, — успокоил он женщину. Эван был уверен в том, что Эдгар не посмеет совершить нечто подобное, впрочем, Карлотта не позволит ему даже подумать об этом.

— Спасибо, синьор, — улыбнулась итальянка. Она надеялась намеком заставить Эвана задуматься, что между осужденной и Габриелем могут быть отношения, противоречащие морали, но это не сработало. Тогда Карлотта поняла, что надо действовать более прямолинейно.

— Возможно, она видит себя женой фермера, — съехидничала Карлотта. — Или женой смотрителя маяка.

— Она не может быть ничьей женой, Карлотта, по крайней мере, два года.

Эвану было очень неловко говорить об этом, и он, извинившись, отправился по делам.

Карлотта была довольна собой. Теперь она была уверена, что Эван будет более внимательно следить за своей работницей.

Глава 13

Кингскот

Сара не могла дождаться субботы. Ей очень хотелось пойти на праздник. Она была в полной уверенности, своим приглашением Лэнс ясно объявил о своих притязаниях на нее.

Вечером в субботу Сара оделась с максимальной тщательностью. Она выбрала одно из своих новых платьев, цвета бургундского вина с кремовыми кружевами. В пятницу вечером Эдна накрутила девушке волосы, оставив их на ночь, и в субботу ее прическа представляла собой композицию из сотен завитушек.

— Ты такая красивая, словно с картинки, — восхитилась Эдна. — Я очень тобой горжусь.

В глазах Сары заблестели слезы.

— Что случилось, дорогая?

— Я просто волнуюсь.

— Это понятно, Амелия, милая. Я так любила твою маму, и я знаю, что она гордилась бы сейчас тобой. Вероятно, ты чувствуешь себя немного виноватой, не так ли?

— Виноватой? — Неужели Эдна обо всем догадалась? Сара удивленно взглянула на Эдну.

— Да, за то, что чувствуешь себя счастливой. Но ты не должна себя винить. Твоя мать хотела бы, чтобы ты была счастлива в жизни. Ты сейчас не веришь в это, но однажды ты будешь снова счастлива.

— Надеюсь.

— Ты можешь кое-что сделать для меня, дорогая? — спросила Эдна.

— Конечно.

Эдна пошла в свою комнату и вернулась с жемчужным ожерельем в руках.

— Твоя мать подарила мне это. Ты наденешь его сегодня?

Сара не могла промолвить ни слова. Ожерелье было прекрасным, но Сара почувствовала себя как никогда мерзко за свой обман.

— Оно очень много значит для меня, — проговорила Эдна. — Я уверена, что и твоей матери оно было очень дорого.

Сара кивнула, вспомнив о своей матери. Девушка не могла смотреть на себя в зеркало туалетного столика, когда Эдна застегивала на ее шее жемчужное ожерелье.