Лето для тебя - Ноубл Кейт - Страница 27

— Теперь уже к Пенелопе Брэндон, — поправил Джейсон, однако нервно одернул манжеты. Сладко улыбнулся и протянул письмо. — Доверяю оплатить почтовые расходы. Весьма признателен.

Маркиз действительно направился к двери, и Джейн растерянно оглянулась, не зная, принимать ли разговор всерьез. И вдруг — о чудо! — под стопкой толстых хозяйственных книг заметила голубой лоскуток.

— Вот они где! Так и знала, что это ты спрятал мои перчатки!

Мисс Каммингс сидела на диване в гостиной Уилтонов. Вообще-то она приехала, чтобы выведать у хозяина дома подробности ограблений, но теперь не знала, как это сделать: вдохновленная присутствием маркиза Виктория неумолчно трещала.

Гостей принимали в так называемой западной комнате, куда солнце заглядывало только к вечеру. Общество состояло из самой Джейн, Джейсона, Пенелопы, Виктории и сэра Уилтона. Мальчики, Джошуа и Майкл, время от времени с шумом вбегали, подчиняясь собственному распорядку, а малышек увезли в деревню. Леди Уилтон отправилась за покупками вместе с экономкой и решила показать внучек всем и каждому, начиная с мясника и заканчивая пастором. Если бы гости не успели откланяться до возвращения радушной хозяйки, то им неминуемо пришлось бы остаться на ленч. Джейн считала перспективу неприемлемой: во-первых, отсутствие дочери за столом крайне расстроило бы герцога Рейна, а во-вторых, леди Уилтон всегда кормила невероятно щедро. Оставалось лишь удивляться, как дочерям удалось сохранить стройные фигурки; должно быть, умеренность в еде требовала недюжинной силы воли.

Итак, Джейн, Джейсон, Пенелопа, Виктория и сэр Уилтон расположились приятным кружком. Горничная принесла поднос с чаем, Виктория неустанно потчевала, а остальные вежливо отказывались. Разговор складывался примерно следующим образом.

— Сэр Уилтон, за время нашего отсутствия Рестон заметно похорошел, — заметила гостья. — Должно быть, вы, как один из самых уважаемых людей графства, приложили немалые усилия к процветанию родного края.

Лицо сэра Уилтона порозовело от приятного смущения, а грудь гордо выпятилась, испытывая на прочность медные пуговицы на жилете.

— Да, мы действительно достигли определенных успехов, — подтвердил он, слегка прищурившись. — Туристы находят нашу старомодность привлекательной, особенно по сравнению с новшествами, которые вводят у себя жители Эмбелсайда. Представляете, даже замостили брусчаткой свою главную улицу. Вообразили себя городом! Рестон по-прежнему остается деревней, и для скота наши условия более благоприятны. Ну а если Морганы наконец согласятся устроить на своей земле дорогу на пастбище…

Здесь Джейсон счел необходимым высказать собственное мнение:

— Право, сэр Уилтон, как показывает история, брусчатка лишь способствует украшению и придает облику улицы особую характерность. Вот, например, когда мы с друзьями были в Копенгагене, местные жители с гордостью рассказывали, что дороги мостили еще их прапрадеды.

Виктория, руки которой были заняты чашками и блюдцами, восторженно закатила глаза:

— О, милорд, до чего же увлекательно ходить по историческим мостовым!

А Пенелопа, в свою очередь, лукаво уточнила:

— Уж не предлагали ли они камешек по сходной цене, милорд?

Джейсон понимающе улыбнулся:

— Должно быть, вам вспомнился тот старый уличный торговец…

— Который пытался продать нам билеты на представление бродячего цирка! — подхватила Пенелопа.

— Да-да! А цирк тем временем приезжая неделю назад! — закончил воспоминание Джейсон, и оба расхохотались, словно подростки, радующиеся удачной шалости.

Разочарование, отразившееся на лице Виктории, затронуло сердечные струны Джейн. Вернее, затронуло бы, если бы у сердца были струны.

Нет, не совсем так, подумала мисс Каммингс. Струны, разумеется, существовали, и в обычный день переживания Виктории непременно заставили бы их трепетать. Но сегодня предстояло исполнить важную миссию. А потому после нескольких витков светской беседы, каждый из которых заканчивался совместными воспоминаниями и дружным смехом Джейсона и Пенелопы, Джейн решила, что пора переходить к делу.

— Сэр Уилтон, бурное развитие края, должно быть, повлекло за собой и нежелательные последствия? — предположила она, пытаясь повернуть разговор в нужное русло.

— Конечно! Бог мой, девочка, разве вы не слышали мой рассказ о брусчатке? — воскликнул достойный джентльмен.

— Должно быть, папа, леди Джейн имеет в виду появление в округе разбойника, — подсказала сообразительная Виктория.

Гостья прониклась к ней благодарностью и решила, что в следующий раз позволит сердечным струнам немного повибрировать.

— Разбойник! Вот уж кто всласть потрепал нам нервы!

Лицо сэра Уилтона приобрело кирпичный оттенок.

Пенелопа кивнула, соглашаясь:

— Слухи о бесчинствах дошли даже до Манчестера.

— Правда? — тут же отозвался Джейсон, чье внимание оставалось безраздельно прикованным к очаровательной миссис Брэндон.

— О да! Говорят, негодяй окончательно лишил Озерный край покоя. Нападает ночью и днем, забирает лошадей, деньги. Да что там! Украл половину всех драгоценностей Англии!

— Если этот человек украл половину драгоценностей, то странно, что известия о преступлениях не распространились южнее Манчестера, — заметила Джейн, стараясь скрыть сарказм.

Заметив, как дрогнули губы Пенелопы, она поспешила обратиться к сэру Уилтону:

— Но вы, милорд, наверняка располагаете точными данными и можете сказать, что именно было похищено.

— Ээ… в общем-то, да, — уклончиво ответил тот. — Но почему это вас интересует?

— Если бы мы знали истинные масштабы разбоя, то, возможно, не стали бы превращать банального вора в легендарного героя.

Сэр Уилтон задумчиво потер подбородок и посмотрел в окно.

— К тому же, сэр, — настойчиво продолжала Джейн, — если человек так прославился благодаря репутации, которой не заслужил, значит…

Однако закончить мысль не удалось, так как в этот момент в дверях показалась леди Уилтон в сопровождении Минни. Экономка с трудом удерживала в руках пакеты с провизией, а хозяйка едва не лопалась от обилия новостей.

— Представляете, только что увидела то, чего и представить не могла! — воскликнула она, едва войдя в гостиную и яростно обмахиваясь веером — должно быть, не столько от жары, сколько от возбуждения.

— Милорд.

Леди Уилтон сдержанно поклонилась Джейсону и метнула острый взгляд на старшую дочь. Впрочем, если Пенелопа спокойно приняла появление маркиза, то матушке оставалось лишь последовать ее примеру.

— Мама, где девочки? — спросила Пенелопа, вставая.

— За ними следит Бриджит, дорогая, — ответила леди Уилтон и поспешила снять шляпу.

Поскольку почтенная матрона ни за что не вышла бы на улицу без надежного сопровождения, оставалось предположить, что Бриджит — это няня.

— Ленивая девчонка замешкалась во дворе, а я поспешила, чтобы сообщить вам потрясающую новость! — воскликнула леди Уилтон и, убедившись, что все глаза устремлены на нее, театрально оповестила: — Мистер Уорт появился в деревне.

К огромному разочарованию, должный интерес проявили только Виктория и сэр Уилтон, а остальные присутствующие встретили известие равнодушными взглядами.

— О Господи! — едва ли не в ужасе выдохнула младшая дочь.

— Представляете, как ни в чем не бывало он разгуливал по главной улице! Поздоровался со мной и даже приподнял шляпу! Невероятно!

Джейн едва заметно улыбнулась, а Пенелопа недоуменно пожала плечами.

— Я чего-то не понимаю? Джентльмен вежливо приподнял шляпу… что в этом особенного?

В ответ леди Уилтон разразилась бурной тирадой относительно личности и поведения мистера Уорта, которую Джейн пусть и с трудом, но стерпела.

— Должен сказать, — начал Джейсон, когда леди Уилтон взяла с блюда пышку и наконец-то замолчала, — что мое общение с этим джентльменом трудно назвать дружеским.

Джейн мрачно посмотрела на брата, и маркиз поспешил отвести взгляд.