Повелитель гномов - Хайц Маркус - Страница 10

Взглянув на стол, Гандогар сделал вид, что разглядывает карты; он заметил, как за ним наблюдают некоторые из послов. По-видимому, они ждали, что он заявит о своем праве занять место Верховного короля. Однако Бислипур предупреждал его, что не следует заговаривать об этом слишком рано. Сперва следовало обсудить положение на севере Потаенной Страны. Гандогару не терпелось узнать, поддержат ли собратья-гномы его план.

— А где девять кланов Боренгар? — спросил он, взглянув на пустые стулья племени Первых. — Они что, еще не прибыли?

— Мы не получили от них никаких известий, — покачал головой Балендилин. — Вот уже более двух сотен циклов о них ничего не слышно.

Достав топор, Балендилин указал им на карту. Гномы племени Боренгар, Первых, охраняли на западном краю Потаенной Страны Серебряный перешеек Красных гор, защищая его от возможного вторжения извне. Королевство Боренгар граничило с землями королевы людей Вей Четвертой.

— Впрочем, они до сих пор существуют. Торговцы из королевства Вейурн говорили о том, что врата Серебряного перешейка надежно запечатаны. — Балендилин опустил топор на стол. — Придется им смириться с тем, что мы проголосуем без них. Они сами виноваты в том, что не появились.

Собрание одобрительно загудело.

— Прежде чем мы изберем преемника Верховного короля, тебе следует выслушать, какие задачи тебе предстоит решить. Мертвые Земли ширятся. Каждая пядь, каждый клочок, захваченный чудовищными порождениями бога Тиона, пал пред невидимой, неведомой силой. Природа этих мест отягощена злом, даже растения пытаются нападать, неся смерть всему живому. Рассказывают, что умерший на такой земле теряет свою душу и восстает из мертвых, лишаясь свободы воли. Он обращается в раба Зла, присоединяясь к оркам для сражения с собственным народом.

— Мертвые Земли ширятся? — Гандогар резко втянул сквозь зубы воздух. Судя по всему, силы магов не хватало на то, чтобы сдержать наступление. — Я так и знал! Вся эта зрелищная магия долговязых ни на что не годна, — вырвалось у него. — Нудин, Лот-Ионан, Андокай и все хитромудрые книгочеи закрылись со своими учениками в лабораториях, замках и крепостях, пытаясь усовершенствовать свое искусство. Они жаждут бессмертия эльфов, чтобы вечно проводить свои исследования и царапать бумагу. Что нам с того! Мертвые Земли удержать не удается, и они расползаются по Стране, будто ржавчина по всеми забытому куску железа.

Гномы громкими возгласами высказали свое одобрение его откровенным словам.

— Но во всем есть свои преимущества. Эльфы почти уничтожены.

Сердце Гандогара пело от радости. Ему не придется долго ждать окончательного исчезновения этой заносчивой расы.

Он лично поведет войско в бой, чтобы милостью своей отправить их прямиком в объятия смерти. Его отец и брат умерли от рук эльфов, но теперь час его мести близился. «Вскоре всем распрям и постоянной вражде придет конец», — подумал он. Ему не терпелось посвятить остальных в свои планы.

— Почти? Складывается впечатление, будто ты что-то собираешься сказать, — поднял брови Балендилин.

— Послушайте меня, предводители кланов и лучшие представители племен. — Гандогар поднялся на ноги. Щеки у него раскраснелись, а карие глаза заблестели от воодушевления. — Враккас подарил нам возможность уничтожить порождения Ситалии. — Он ткнул указательным пальцем в небольшой участок на карте, оставшийся от королевства эльфов. — Там собрались последние из племени. Вот что я вам скажу: мы соберем сильное войско, дойдем до Аландура и покараем эльфов за неискупленные грехи, содеянные ими за последние солнечные циклы!

Все гномы уставились на него в изумлении. Гандогару удалось застать их врасплох.

— Гандогар, мы собрались здесь для того, чтобы ты вступил в свои права Верховного короля, — спокойно напомнил ему Балендилин, пытаясь унять всеобщее возбуждение, — а не для того, чтобы планировать войну. Наша задача не в этом. — По гудению зала он понял, что слова короля племени Четвертых пали на плодородную почву. — Мы защищаем народы Потаенной Страны, а не воюем с ними! Вспомните о священном долге, возложенном на нас Враккасом! — попытался вразумить он своих собратьев.

Гандогар оглянулся. Гномы обсуждали все «за» и «против» подобной идеи.

— Я вам больше скажу! Я владею древними записями нашего народа, которые нашел и передал мне Бислипур. Послушайте и сами решайте, что нам делать.

Глубоко вздохнув, он вытащил пергамент и торжественно прочел:

В зале повисла тишина. Голос короля эхом отражался от стен, даруя силу древним словам.

Замолчав, Гандогар взглянул на изумленные лица собравшихся. Требовалось приложить совсем немного усилий для того, чтобы окончательно убедить их в своей правоте, и лишь Однорукий слегка покачал головой.

— Я сомневаюсь в этих строках, король. Почему нашему народу ранее об этом ничего не было известно? Не кажется ли вам странным, что слова о вине эльфов появились именно сейчас, когда тебе так нужен аргумент в пользу твоего плана?

— Их скрывали умышленно. Возможно, это делали столь нерешительные гномы, как ты, для того чтобы предотвратить войну, — насмешливо заявил Гандогар и, подняв топор, указал им на нарисованный на карте Аландур. — Вы слышали мои слова. Виновные находятся здесь! Они должны в конце концов заплатить за свои дела и искупить смерть наших собратьев!

— И что тогда? — с нажимом спросил Балендилин. — Что тогда, король Гандогар? Кому от этого будет лучше? Не нам и не людям. Лишь Мертвым Землям. Тебя послушать, так можно подумать, что нам стоит объединиться с альвами, чтобы пойти войной на эльфов. — Советник попытался поймать его на слове. — Опомнись! Вспомни, кто наши враги, король Гандогар. Враккас не говорил нам воевать с народами Потаенной Страны. Да, мы не любим эльфов, ибо так того захотели боги. Конечно же, была вражда, и были жертвы этой вражды. — Балендилин опустил правую руку на культю. — Я отдал часть своего тела, чтобы убить четырех орков, но в бою я никогда не занесу топор над эльфом. Скорее я отрублю себе вторую руку. Несмотря на наши разногласия, мы должны хранить эльфов, и так было всегда. Таков закон Враккаса!

Гандогар в ярости уставился на Однорукого. Ему просто не хватало слов, настолько он взбесился из-за того, что Балендилин поистине уничтожил его мечту о мести. Он услышал, как скрипнули зубы Бислипура.

— Я не считаю себя приспешником альвов, — предпринял он вторую попытку. — Речь идет о том, чтобы воспользоваться подходящим моментом. А затем я, как Верховный король, поведу наш народ в бой с ордами Мертвых Земель, чтобы положить конец всем тем ужасам, что давно ширятся в королевствах нашей Страны. Там, где не удалось преуспеть людям, наш народ проявит истинную силу!

— Я не узнаю тебя, король Гандогар, — искренне удивился Балендилин. На его отмеченном возрастом и опытом лице отразилось недоумение. — Неужели ненависть к эльфам настолько по мутила твой разум, что ты хочешь поставить свои слова превыше слов нашего бога? А может быть, кто-то дает тебе плохие советы? — Он покосился на Бислипура.

По рядам представителей кланов пробежал шепот. Гном из клана Крепкоруких племени Вторых встал и уверенно заявил: